Газпромбанк, который полтора года назад помог менеджменту «ВСМПО-Ависма» получить контроль в компании, выходит из ее капитала. О том, что менеджмент компании во главе с Михаилом Шелковым и Михаилом Воеводиным выкупил у Газпромбанка 15% ее акций, рассказали «Коммерсанту» источники, близкие к акционерам ВСМПО, и подтвердили совладелец и гендиректор компании Михаил Воеводин и вице-президент банка Андрей Зокин. В результате Шелков и Воеводин консолидируют около 65% акций ВСМПО. Сумма сделки превысит 14 млрд рублей, профинансирует ее Сбербанк, уточнил Воеводин.

Газпромбанк начал скупать акции ВСМПО в 2012 году, к августу увеличил пакет до 13,2%. А уже в ноябре «Ростех», контролировавший 70,42% ВСМПО, объявил, что менеджмент компании в консорциуме с банком выкупит 45,42% ее акций за 970 млн долларов. В итоге консорциум менеджмента ВСМПО и Газпромбанка ЗАО «Бизнес Альянс Компани» (БАК), где 75% плюс одна акция принадлежали руководству ВСМПО, получил 50% плюс одну акцию титановой компании (ее менеджеры внесли в БАК принадлежавшие им 4,6%). Пакет Газпромбанка, к декабрю 2013 года выросший до 15%, в БАК не вносился. В банке вхождение в капитал ВСМПО объясняли «расчетами, показывающими очень хорошие перспективы роста капитализации».

Андрей Зокин заявил «Коммерсанту», что банк «достиг целевого уровня доходности, который планировался при вхождении в сделку». Цена продажи пакета, по его словам, «немного превысила текущие рыночные котировки». На Московской бирже в среду 15% акций ВСМПО стоили 14,35 млрд рублей. С августа 2012 года бумаги компании подорожали на 60%, но эксперты полагают, что в 2012-м банк скупал бумаги у фондов с премией и реальная доходность его инвестиции могла составить около 30%.

С учетом принадлежавших банку акций БАК его эффективная доля в ВСМПО составляла 27,5% акций. По сведениям «Коммерсанта», банк продает и долю в БАК, но «за символическую сумму». Официально стороны этот вопрос не комментируют. Один из участников рынка говорит, что это «исходно была сделка, во многом строившаяся на договоренностях»: и Воеводин, и Шелков могли просто уже вернуть Газпромбанку деньги, обеспечением для которых служила доля в БАК.