Эффект Гриффина в деньгах: почему наличные выходят из тени только при инфляции
В классической экономической теории есть понятие «товар Гиффена» - низкокачественный товар, спрос на который растёт при повышении цены, потому что люди замещают им более дорогие альтернативы. К наличным деньгам этот парадокс тоже применим, но с обратным знаком: чем выше инфляция и чем быстрее обесцениваются бумажные деньги, тем больше люди стремятся их хранить и использовать. Звучит нелогично? Именно в этом и заключается парадокс.
Наличные в 2026 году: цифры говорят сами за себя
К 1 июня 2026 года объём наличных денег в обращении достиг 19,4 трлн рублей. За май этот показатель вырос на 381,2 млрд рублей (+2%). В годовом выражении рост составил 17,5%, максимальное значение с октября 2023 года. С начала 2026 года объём наличных увеличился на 1,7 трлн рублей, что более чем вдвое превышает прирост за весь 2025 год.
При этом доля наличных в денежной массе (агрегат М0 в составе М2) выросла незначительно, с 14% год назад до 14,4%. Как отметил зампред ЦБ Алексей Заботкин, это «вблизи исторических минимумов», и говорить о переломе тренда нельзя. Но сам факт роста на фоне продолжающейся цифровизации (безналичными пользуются уже 94% граждан) заслуживает внимания.
Почему люди держат наличные, которые обесцениваются?
При инфляции (официальной) около 5,6-5,8% годовых покупательная способность наличных за пять лет может снизиться примерно на треть. Казалось бы, это весомый аргумент против хранения денег «под матрасом». Однако спрос на наличные продолжает расти.
Глава ЦБ Эльвира Набиуллина назвала несколько причин: налоговые адаптации, затруднения с безналичными платежами, а также общее изменение поведения. Эксперты добавляют к этому списку перебои с мобильным интернетом, усиление контроля за денежными переводами и снижение доходности депозитов вслед за ключевой ставкой. Каждый седьмой россиянин сегодня предпочитает хранить все сбережения в наличных.
Парадокс Гриффина в действии
Вот где проявляется эффект Гриффина. Когда инфляция ускоряется, доверие к банковской системе и к долгосрочным сбережениям падает. Люди начинают забирать деньги со счетов, даже понимая, что инфляция их «съедает». Почему? Потому что наличные дают ощущение контроля и доступности в условиях неопределённости. Это иррациональное с экономической точки зрения, но рациональное с психологической решение.
Чем выше инфляция, тем больше людей предпочитают «живые» деньги, несмотря на их обесценивание. Они перестают доверять цифровым платформам, банковским счетам и отложенному потреблению. Наличные становятся товаром Гиффена: рост цены (инфляция) ведёт к росту спроса.
Цена этого парадокса для экономики
Рекордный спрос на наличные уже привёл к дефициту ликвидности в банковском секторе, к середине июня он достиг 1,9-2 трлн рублей. Банки активнее занимают у ЦБ: в апреле привлечения от регулятора выросли на 18%, до 6,1 трлн рублей. ЦБ повысил прогноз структурного дефицита ликвидности на 2026 год до 2,4-3,6 трлн рублей.
Дефицит ликвидности тормозит денежно-кредитную политику: даже при снижении ключевой ставки банки не могут быстро уменьшать ставки по кредитам, потому что для них самих дорожает привлечение средств. Потребительское кредитование уже сокращается примерно на 2% в годовом выражении, выдачи малому и среднему бизнесу на 7%.
При этом, как подчеркнула Набиуллина, сам по себе рост наличных не влияет на инфляцию и денежно-кредитную политику напрямую: общий объём денежной массы не меняется при снятии со счёта, меняется лишь его форма. Но косвенные последствия ощутимы.
Что в итоге?
Эффект Гриффина в обращении наличных - это парадокс доверия. Чем выше инфляция, тем больше люди не доверяют финансовой системе и забирают деньги в кэш. А чем больше денег уходит в наличные, тем сложнее банкам кредитовать экономику, и тем медленнее инфляция снижается. Получается замкнутый круг.
Как отмечают эксперты, текущий отток в кэш носит обратимый характер. При стабилизации цифровой инфраструктуры и восстановлении привлекательных условий по депозитам средства могут вернуться в банки. Но пока мы наблюдаем классический пример того, как экономические парадоксы работают в реальной жизни: люди выбирают наличные не вопреки инфляции, а именно из-за неё.
А вы храните часть сбережений в наличных или полностью доверяете безналичным деньгам?
Мы продолжаем поддерживать авторов, кто готов писать регулярно, но не ради количества, а ради действительно сильного контента.
На площадке «Диалога» можно часто встретить тех, кто приходит и цепляется к авторам, пишущим про лайфхаки по экономии. Пусть это небольшие деньги, но у всех ведь разные потребности. Вот приходят и говорят: «Ну и что, твоя экономия — это всего лишь тарелка супа. Стоит ли вообще об этом писать?»
Пришло время подвести итоги конкурса, в котором вы публиковали в Диалоге посты о финансовых продуктах, которыми вы пользуетесь или пользовались раньше, и объясняли неочевидные вещи про них. Столько много полезного и интересного было опубликовано. Спасибо всем участникам!
Сегодня в чате поддержки Т-банка появилось сообщение о том, что с 15 сентября 2026 года вступают в силу изменения по условиям переводов между физическими лицами.
Пришло время подвести итоги конкурса, в котором вы рассказывали, во сколько вам обошлись (или обойдутся) сборы ребенка в школу в этом году. Комментарии этого конкурса — просто кладезь лайфаков для родителей;)
В последнее время всё больше банков запускают накопительные счета, где проценты считают не на минимальный остаток за месяц (как раньше), а на ежедневный. Для клиента это почти всегда выгоднее: положил деньги в середине месяца — и они сразу начинают «работать», а не ждут следующего месяца.
Почему многие пользуются единственной картой Сбера? Когда давно существует много карт с кешбеком. Думаю, думаю и не могу понять. Неужели людям не нужны деньги, ради которых мы вынуждены работать. Ведь,чем больше карт мы заводим, тем больше плюшек мы получаем. Плюшка за открытие, улучшенный кешбек новому клиенту. Рекомендация карт домашним. Ну и когда много карт, всегда любую покупку можно сделать с кешбеком. Так что же людей заставляет иметь единственную карту сбербанка? Поразмышляем!
Сейчас этот вопрос уже не гипотетический - банки и маркетплейсы активно движутся навстречу друг другу, и процесс набирает обороты.
Не осуждаем, понимаем ... Но даже самая простая «быстрая еда» не равно экономия (и здоровье!). Да, заставить себя готовить бывает тяжело. Возможно, это не так вкусно. Но сделанная своими руками домашняя пицца или бургер точно обойдутся дешевле. А если добавить больше овощей и зелени, получится почти не вредно.
Покупка товаров низкого качества
Подписки незаметно съедают бюджет: по 200–500 рублей тут, по 300 там — и за год набегает приличная сумма. Причём часть сервисов мы почти не используем, но продолжаем платить «на всякий случай».
Покупать продукты — одна из самых частых статей расходов, и тут легко тратить больше, чем нужно. Но есть простые приёмы, которые помогают заметно сократить траты без потери качества еды.
Экономия — это не про то, чтобы отказывать себе во всём. Это про то, чтобы тратить деньги осознанно: получать нужное, но не переплачивать. И начать можно с совсем небольших шагов.
19 июня 2026 года Банк России в девятый раз подряд снизил ключевую ставку - до 14,25% годовых. Регулятор отмечает: экономика растёт умеренными темпами, инфляционные ожидания населения и бизнеса снижаются. Но есть ли предпосылки для раскручивания инфляционной спирали «цена - зарплата»? Чтобы ответить на этот вопрос, нужно посмотреть на несколько ключевых показателей.
Модель IS-LM, разработанная Джоном Хиксом и Элвином Хансеном в середине XX века, остаётся одним из базовых инструментов макроэкономического анализа. Она описывает равновесие на товарном и денежном рынках через пересечение двух кривых: IS (инвестиции - сбережения) и LM (ликвидность - деньги). В июне 2026 года российская экономика даёт богатый материал для наблюдения за тем, как реальные процессы сдвигают эти теоретические кривые.