Интервью с молодым инженером: «Я работаю на опасном объекте и никого не боюсь»

Когда выпускник технического вуза получает диплом, перед ним открывается множество возможностей. Что выбрать? Однозначного ответа нет. Но есть люди, которые уже сделали свой выбор и готовы честно рассказать, почему поступили именно так. Мы встретились с инженером Воронежского регионального экспертного центра Владимиром Золототрубовым. Сегодня он участвует в обследовании опасных производственных объектов, работает с промышленным оборудованием, которое ежедневно обеспечивает работу крупных предприятий, и постепенно идет к своей главной профессиональной цели. Он хочет, чтобы его имя стало знаком профессионального доверия.

Виктория Кутузова, шеф-редактор (ВК): Владимир, когда выпускник получает диплом, первое, о чем он думает: «Куда идти работать?». Почему ты выбрал именно экспертную организацию?

Владимир Золототрубов, инженер (ВЗ): Наверное, потому что мне всегда хотелось стать больше, чем инженер.

ВК: Многие считают, что начинать карьеру лучше в очень крупной компании. Там громкое имя, хорошие условия, понятная система развития.

ВЗ: Да, это сильные стороны. Серьезные программы адаптации молодых специалистов. Помощь с переездом, компенсация аренды жилья, выплачивают подъемные, социальный пакет. Для человека, который только окончил университет, это целое состояние. И это действительно здорово, но я довольно быстро понял одну вещь: все эти программы помогают начать самостоятельную жизнь, но они не сделают меня профессионалом.

Все рано или поздно заканчивается: период адаптации, компенсации, подъемные. Остается только один вопрос: кем ты успел стать за это время? Потому что дальше растут обычные жизненные расходы: семья, ипотека и т.д. И если твоя профессиональная стоимость растет медленнее, чем растут расходы, ты начинаешь постоянно догонять собственную жизнь. Поэтому мне показалось, что в начале карьеры гораздо важнее инвестировать не в сегодняшнюю зарплату, а в скорость своего профессионального развития. Если через несколько лет ты становишься сильным инженером, умеешь принимать решения и отвечать за них, стоимость твоего труда начинает расти сама.

ВК: Получается, ты выбирал не компанию, а профессию?

ВЗ: Именно так. Мне кажется, многие молодые специалисты совершают одну ошибку: бегают за высокой зарплатой и трендами. На самом деле первая работа — это, прежде всего, школа. Это место, где формируется инженерное мышление, где учишься принимать решения. Поэтому я спрашивал себя совсем не о том, где зарплата выше сегодня, а о том, где через пять лет я стану более сильным специалистом? Вот и ответ.

ВК: Что оказалось самым неожиданным после университета?

ВЗ: Объем ответственности. За оборудование, безопасность, людей, решения. Когда ты видишь перед собой сложное оборудование, уже не получится сказать: «Ну, примерно так…». Либо ты понимаешь, что происходит, либо нет. Третьего не дано.

ВК: Было страшно в первые месяцы?

ВЗ: Конечно. Сначала кажется, что ты ничего не знаешь. Но потом начинаешь задавать вопросы. Постепенно складывается понимание. Чем больше спрашиваешь, тем быстрее учишься.

ВК: Кто помогал тебе пройти этот путь?

ВЗ: Наставники. Можно отлично знать нормативные документы. Но когда рядом опытный эксперт объясняет, почему именно здесь нужно обратить внимание на этот узел, почему дефект развивается именно так, почему одно решение правильное, а другое — нет, — это знания совсем другого уровня. Мне давали возможность думать самостоятельно, но при этом были рядом.

ВК: То есть самое ценное в начале карьеры — это даже не деньги?

ВЗ: Деньги, конечно, важны. Любой молодой человек хочет хорошо зарабатывать. Это абсолютно естественно. Но высокая зарплата в двадцать три года еще не делает человека успешным. Гораздо важнее, насколько быстро растет его профессиональная ценность.

ВК: Многие считают, что инженер — это просто профессия. Чем, по-твоему, отличается эксперт по промышленной безопасности?

ВЗ: Наверное, тем, что в какой-то момент ты перестаешь работать только за зарплату. Не потому, что деньги становятся неважными. Наоборот. Просто приходит понимание, что в нашей профессии однажды начинают платить не только за время, которое ты провел на работе, а за твои знания и опыт. За способность увидеть то, что другие не замечают, и принять правильное решение. И самое главное — за готовность отвечать за него. Мне кажется, именно это и отличает эксперта.

ВК: То есть ответственность становится другой?

ВЗ: Совсем другой. Когда ты молодой инженер, тебе кажется, что заключение — это просто документ. Потом понимаешь, что за каждым документом стоят реальные люди. Предприятия продолжают работать. На оборудовании ежедневно трудятся люди. И если что-то не увидеть, не разобраться или подойти к работе формально, последствия могут быть очень серьезными.

Поэтому эксперт никогда не имеет права работать спустя рукава. Сказать: «Наверное, всё нормально» или «Скорее всего, ничего страшного» не получится. Ты либо уверен в своем выводе, либо продолжаешь искать ответ. А, значит, думаем, проверяем выводы, понимая цену собственной подписи.

ВК: Ты говорил, что важнее скорость профессионального роста, чем высокая стартовая зарплата. Многие выпускники с этим не согласятся.

ВЗ: И я их понимаю. Когда заканчиваешь университет, хочется быстрее начать нормально зарабатывать. Хочется почувствовать финансовую самостоятельность — это абсолютно естественное желание. Но мне кажется, здесь очень важно смотреть немного дальше первого года работы. Через пять лет стартовые зарплаты уже никого не будут интересовать. Будут смотреть совсем на другое: что умеешь, какие задачи способен решить, какую ответственность готов взять на себя. Вот и получается, что главным капиталом были не первые деньги, а время, которое я вложил в свое развитие.

ВК: Получается, первые годы — это инвестиция в самого себя?

ВЗ: Наверное, именно так. Самая выгодная инвестиция, которую может сделать молодой инженер, — это инвестиция в собственную квалификацию.

ВК: А бывает ощущение, что ты еще слишком мало знаешь?

ВЗ: Постоянно. Чем больше работаешь, тем лучше понимаешь, насколько огромна наша профессия. Каждый новый объект чему-то учит. Наверное, именно поэтому хороший инженер никогда не перестает учиться. Как только человек начинает считать, что уже знает всё, именно тогда он становится опасным специалистом.

ВК: Представь, что прошло десять лет. Кем ты видишь себя?

ВЗ: Я никогда не мечтал о какой-то конкретной должности. Все меняется, но есть то, что больше этого.

ВК: Что же?

ВЗ: Репутация. Я бы очень хотел однажды стать специалистом, которому доверяют. Мне кажется, это гораздо важнее любой записи в трудовой книжке.

ВК: Почему именно доверие?

ВЗ: Потому что доверие нельзя получить приказом и купить. Его приходится зарабатывать, иногда годами. И если однажды люди начинают доверять твоему профессиональному мнению — наверное, это и есть главный результат работы инженера.

ВК: Получается, экспертом становятся не после получения удостоверения?

ВЗ: Удостоверение подтверждает право работать. Поэтому эксперт — это, наверное, не должность, это состояние.

ВК: Что бы ты сказал сегодняшнему студенту, который сейчас выбирает первое место работы?

ВЗ: Не гонитесь только за первой зарплатой. Не думайте, что кто-то сможет построить вашу карьеру вместо вас. Не бойтесь начинать там, где придется много учиться. Через несколько лет вы обязательно скажете себе спасибо.

Если говорить про будущее, то я бы сказал так: Я работаю сейчас, понимая, что у моего будущего может быть имя. Сначала это покажется глупостью, но в этом есть смысл. Сейчас я молодой инженер, работаю ради опыта, через несколько лет — ради профессионального развития, потом ответственность, куда без нее. А потом наступает момент, когда заказчик выбирает не организацию, а конкретного эксперта, а это уже актив, который работает на тебя.