Мало кто заметил, что один из топов российского Центробанка еще в октябре достаточно прозрачно намекал на то, что произойдет с экономикой в ближайший месяц. Скорее всего, и сам чиновник не совсем понимал, что и почему пишет, но дух времени угадал точно. Пора понять это и остальным.

11 октября нынешнего года, находясь в Вашингтоне, первый заместитель председателя Банка России Ксения Юдаева написала на своей странице в Facebook: «Transition from inconceivable to inevitable can be surprisingly rapid. — Larry Summers». В переводе с английского эта фраза, сказанная бывшим секретарем Казначейства США (министром финансов) Ларри Саммерсом в 2012 году, означает: «Переход от немыслимого к неизбежному может быть удивительно быстрым».

Не знаю, на что намекала Ксения своим читателям в Facebook. Тем более что в комментарии со смайликом написала, что имела в виду политику ФРС, но доллар тогда стоил 40 рублей, а уровень 50 рублей подавляющему большинству казался немыслимым. Через удивительно короткое время отметка «50» стала неизбежной, а потом и привычной, курс ушел значительно дальше. Сейчас только немногие всерьез рассматривают в качестве неизбежных, например, отметки «100» или «80», считая их «немыслимыми». Хотя 60 рублей за доллар уже на горизонте.

Запись Ксении Юдаевой в сочетании с произошедшими позже событиями напоминает, что по-настоящему серьезные изменения происходят быстро, неожиданно и непредсказуемо. И дело даже не в долларе или евро — в конце концов, ничего особо страшного в этих котировках для подавляющего большинства россиян нет. Дело во всей экономике и обычной ежедневной жизни «простых людей».

Рост экономики уже затормозился до нуля (не упал он в основном за счет большого урожая и военных расходов), на следующий год даже первые сверхоптимистичные прогнозы Минэкономики предсказывают падение ВВП на 0,8%, что должно означать 1,5—2% как минимум, а некоторые иностранные эксперты говорят о 5% снижения. И это лишь инерционная оценка, не учитывающая повышение градуса политического безумия и возможных внешних шоков. Инфляция на начало года ожидается на уровне 12% годовых (то есть 3—4% за I квартал), продовольственная — выше, что в сочетании с уже подросшими ценами начинает быть неприятным для кошельков россиян.

Добавим к этому списку рост налоговой нагрузки, исключение из потребления части привычных товаров, увольнения и снижение зарплат в бюджетной сфере (теряющие работу московские врачи безуспешно пытаются обратить на себя внимание публики, всем не до того, но процесс-то идет), отсутствие перспектив роста зарплаты в следующем году у большинства работающих… При желании можно продолжать, каждый в состоянии перечислить десяток перемен к худшему, произошедших с ним или знакомыми за последние полгода. А ведь до этого было как минимум четыре «тучных» года, когда, казалось, «ничто не предвещало». И вдруг, откуда ни возьмись...

Да даже если взять более широкий контекст: еще год назад Россия была не очень экономически здоровой, но развивающейся и относительно открытой страной, претендующей на серьезное место в мировой экономике и политике (помните БРИК, Единое экономическое пространство, G20?). Буквально несколько месяцев потребовалось, чтобы страна стала изгоем «в окружении врагов», ее опасаются и стараются держать на расстоянии даже ближайшие соседи — Белоруссия с Казахстаном.

Обратите внимание на скорость, с которой немыслимое стало неизбежным: месяцы, в каких-то вопросах даже недели. Подумайте над словами, процитированными Ксенией Юдаевой, — она намного лучше нас знает, что и как делается в этом мире и в этой стране. И когда в следующий раз захотите произнести или написать в комментарии «Ну уж такого-то точно не будет», остановитесь. Вполне возможно, что именно это и будет. И намного быстрее, чем вы можете представить.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции