В России сформировался специфический банковский рынок: заемщиков на нем в полтора раза больше, чем вкладчиков. При этом не более 1% населения контролируют половину всех вкладов, а 88% суммарного прироста вкладов определяется всего 3% населения страны.

Динамика рынка вкладов на этапах перелома трендов зачастую способна поставить в тупик. Например, в этом году мы видим падение реальных доходов населения и ухудшение сберегательных настроений. Казалось бы, можно уверенно прогнозировать стагнацию, если не снижение рынка вкладов. Однако фактические темпы роста вкладов оказываются максимальными за длительный период времени. В чем причина такого парадокса?

Главной тенденцией 2014 года был отток из банковской системы средств крупнейших вкладчиков. В результате, пожалуй, впервые в российской истории произошел значительный отток средств из крупнейших банков (в том числе с государственным участием). Но уже в январе 2015 года тренды развернулись. За февраль – август валютные вклады в банках увеличились на 7,7 млрд долларов США, а рублевые – на 1,5 трлн рублей.

Рост нормы сбережений в кризис – на самом деле типичное явление. Он характерен для всех категорий клиентов банков, в том числе и для низкодоходных. После кризисов социологи всегда отмечают резкий рост доли респондентов, которые все доходы тратят на текущее потребление. Однако решающее влияние на динамику вкладов в России оказывает не то, сколько миллионов людей не делают сбережений, а как ведет себя всего 1% населения, контролирующий почти половину всех вкладов в стране.

Рассмотрим структуру рынка вкладов по суммам. Согласно данным АСВ, почти половина рынка (46%) приходится на вклады свыше 1 млн рублей. Можно оценить, что таких вкладчиков не более 1,5 млн человек (а это 1% населения России). В том числе почти 30% вкладов принадлежат не более чем 400 тыс. человек с вкладами от 5 млн рублей. В этой группе высока концентрация: есть вклады и на сумму 1 млрд рублей, и даже в небольших банках регулярно встречаются вкладчики с несколькими сотнями миллионов рублей.

Поговорим о динамике этих сегментов. С 2011 года по I квартал 2015-го вклады до 100 тыс. рублей выросли на 20%, от 100 тыс. до 400 тыс. рублей – на 40%, а вклады от 400 тыс. до 700 тыс. рублей (как раз в пределах страховой суммы) – на 122%, от 700 тыс. до 1 млн – на 165%, а свыше 1 млн – на 157%. Получается, что сегмент свыше 400 тыс. рублей последние годы демонстрировал повышенные темпы роста в основном за счет вкладчиков с суммами свыше 1 млн рублей, на которые пришлось 59% прироста объема рынка.

Число вкладчиков с вкладами от 400 тыс. рублей не превышает 4 млн человек. Эта группа составляет не более 3% населения страны и контролирует 70% всех вкладов, обеспечивших 88% прироста вкладов за последние четыре года. Следовательно, для характеристики общей динамики рынка вкладов важно понимать поведение этой небольшой категории клиентов.

Поскольку основная часть вкладов приходится на наиболее обеспеченную часть населения, становится понятно, как снижение реальных доходов может сочетаться с ростом сбережений. У состоятельной категории клиентов банков есть возможности нарастить норму сбережений, ведь весомая часть их расходов связана с необязательными покупками, которые можно сократить за счет изменения стереотипов потребления (примером тому служит снижение спроса на товары длительного спроса и поездки за границу).

Доминирование на рынке вкладов крупных вкладчиков имеет обратную сторону для рынка кредитов. Основной объем здесь приходится на потребительские кредиты, большая часть которых выдана малообеспеченным слоям. Бурное развитие потребительского кредитования в 2000–2013 годах серьезно повлияло на сокращение доли небольших вкладов в системе и во многом подавило способность наименее состоятельного населения увеличивать вклады в банках. В результате целая категория клиентов перешла из вкладчиков в заемщики, а в России сформировался специфический банковский рынок: заемщиков на нем в полтора раза больше, чем вкладчиков. Причем заемщики относятся преимущественно к самым низкодоходным слоям населения, а вкладчики – к состоятельным. Таков парадокс российского банковского рынка.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции