Василий Поздышев: «Определенная логика в приходе ICICI в Россию имеется»

Василий Поздышев: «Определенная логика в приходе ICICI в Россию имеется»

1912

Второй по размеру банк Индии ICICI Bank ltd объявил о покупке 100% долей российского Инвестиционно-кредитного банка. Таким образом, на российский ритейловый рынок пришел новый крупный игрок. При этом ICICI Bank, в отличие от многих иностранцев, не стал открывать в России дочернюю структуру, а просто купил уже вошедший в систему страхования вкладов небольшой банк из Балабанова (Калужская обл.). Среди российских банков на 1 января 2005 года Инвестиционно-кредитный банк занимал 1095-е место по сумме чистых активов (82,9 млн. рублей) и 1013-е место по размеру собственного капитала (33,8 млн. рублей).

Василий ПОЗДЫШЕВ, заместитель директора французского банка Cetelem, полагает, что у индийского банка на российском рынке кредитования имеются определенные перспективы.

Во время вашей работы в Азии доводилось ли вам сталкиваться с банком ICICI как конкурентом, и что бы вы могли сказать о специфике индийского банковского бизнеса в целом?

ICICI — это не международный игрок. В тех странах Юго-Восточной Азии, где я работал, сталкиваться с ним мне не доводилось. Но это чрезвычайно мощный участник внутреннего рынка Индии. Прожив в этой стране два года, могу сказать, что западным банкам проникнуть на индийский рынок достаточно тяжело. Тому есть исторические причины. Индийский рынок финансовых услуг населению — не инвестиционный банкинг, конечно, — исторически даже не был банковским. Век-два назад здесь существовала сеть независимых точек, созданная торговцами золотом, которые также кредитовали население и проводили трансферты (переводили деньги из одной точки в другую с использованием векселей). Разумеется, у этих людей, которые на хинди называются «дхалалабарами», не было никакой банковской лицензии. Точно такая же система активно функционирует в современной Индии: существует огромный рынок «черных» кредитов и трансфертов, с которыми банки, в том числе и западные, борются путем лоббирования различных ограничений и лицензий.

«Черные» переводы осуществляются следующим образом. Есть какой-нибудь магазинчик в Бомбее, торгующий часами, обувью или посудой. В нем — закуток, где стоит компьютер, подключенный к интернету. Приходит человек, который хочет перевести какую-то сумму в Дели, он дает хозяину деньги, тот по электронной почте списывается с таким же магазинчиком в Дели и высылает данные паспорта или другую подобную информацию, по которым получатель может забрать перевод. И раз в один-два месяца магазины производят взаимозачет. Этот рынок огромен не только в Индии, но и во всей Юго-Восточной Азии. Конечно же, с такого рода деятельностью ведется жесткая, но не очень успешная борьба, в частности, со стороны международных организаций, которые отслеживают черные рынки капитала.

Так вот: многие индийские финансовые структуры появились в результате легализации подобных сетей. И иностранным банкам, таким как Citibank или Barclays, которые имеют очень хорошие позиции в Индии, также сложно бороться с этим явлением. Люди продолжают ходить в нелегальные точки, переводить деньги и кредитоваться по старинке.

А если говорить о том пути, который ICICI выбрал для выхода на российский рынок: такой шаг представляется вам логичным?

Действительно: казалось бы, кому нужно покупать маленький банк в Калужской области? С другой стороны, если посмотреть на традиционную схему развития индийских финансовых институтов, а затем оценить текущую ситуацию на российском рынке, можно увидеть очень хорошую логику. Она состоит в следующем.

Первое: зачем приобретать маленький банк? Потому что это дает лицензию, а лицензию надо покупать как можно дешевле. Банк с капиталом 34 млн. рублей вряд ли стоит больше 5 млн. долларов, я думаю, даже меньше. В таком банке все равно не будет ничего столь же ценного, как его лицензия: ни хорошей сети, ни хорошего IT, ни финансового портфеля, ни менеджмента. Правда, может существовать понимание типично русских проблем, которое можно отчасти перенять с покупкой такого банка. В этой связи старый менеджмент может даже на некоторое время оставаться в своих креслах.

Второе: почему региональный банк? Потому что в столице та же самая лицензия обошлась бы гораздо дороже. В Москве сегодня наблюдается инфляция стоимости российских банковских лицензий. Все «иностранцы» активно ищут потенциальные объекты для покупки, многие проводят due diligence[i]. Именно поэтому банк в регионе приобретать выгоднее.

Мало того: существуют компании, специализирующиеся на покупке мелких банков, которые затем приводятся в божеский вид и выставляются на продажу. Судя по всему, Инвестиционно-кредитный банк как раз является тому примером.

Согласен. Но теперь на базе этого банка ICICI будет развивать собственный, довольно специфичный бизнес. Но вернемся к причинам покупки именно в регионе. На мой взгляд, такое приобретение в целом отвечает индийской ментальности: в этой стране очень сильна локализация, привязка к конкретной местности.
Например, индийский бизнес по кредитованию населения — это совсем не та модель, которую мы наблюдаем в США или Европе. Это матричная система: существует множество локальных агентств, в которых зачастую нет ни скоринговой оценки заемщиков, ни какой-либо массовости процесса, просто потому, что директор агентства родился в этом месте. Он знает свою деревню, или район, или несколько кварталов, знает всех жителей, кто где живет, где работает и сколько зарабатывает, у кого какие жены, любовницы, дети и так далее.

Кредитование, что очень важно, обычно ведется в наличных деньгах, иногда — кредитной карточкой. И крупный кредитный бизнес является агрегацией большого количества этих локальных бизнесов. Поэтому для индийцев совершенно нормально начать бизнес с какого-то маленького региона, а затем потихоньку расширять свою сеть.

Но если индийский банк будет расти медленно и не торопясь, то что ему светит на российском рынке?

Это — совсем другой вопрос: российский рынок очень сильно отличается от индийского. Россия — страна масштабная, страна сетей, но не в индийском понимании этого слова. И с этим связаны модели того же потребительского кредитования. Например, в Индии нет и еще долгое время не будет таких масштабных торговых сетей, как «Эльдорадо»: всю технику продают мелкие магазинчики. Именно поэтому в Индии не работает та система безналичного потребкредитования в магазинах, которая развита в Европе, а теперь уже и в России.

Следует сказать, что определенная логика есть и в выходе ICICI в Россию именно сейчас. Сегодня кредитами в магазинах занимаются уже все, кому не лень: в каждом крупном магазине сидят по пять-шесть банков. Соответственно, эти продукты будут резко терять рентабельность, что заметно уже сейчас по снижению ставок. При этом риск только возрастает. Соответственно, модель нужно менять. И вот, предположим, приходят индийцы, которые начинают давать кредиты наличными и по кредитным карточкам, что умеют делать очень хорошо. Они выходят на рынок, не вступая в конкуренцию, которая сегодня разворачивается в магазинах. Другое дело, насколько быстро они смогут провести экспансию, развивать сеть, покупая такие же банки в других регионах.

Пока ICICI запланировали инвестиции в размере 15 млн. долларов, а для создания сети нужно потратить побольше. И другой вопрос — сам продукт cash loan (кредит наличными) в России еще не опробован. Совершенно неясен связанный с ним риск и отношение к нему со стороны заемщиков. На мой взгляд, этот продукт очень рискованный, особенно с учетом того, что у многих заемщиков, которым будут выдаваться cash loans, уже есть один или два кредита, взятые в магазинах. Успех такой модели — это пари, на которое один решается, другой нет.

Пока нет полной уверенности, что индийцы пойдут именно по тому пути, который проторен ими в Индии. По заявлению их представителя, сейчас — подходящий момент для выхода на рынок финансового ритейла и потребительского кредитования. Но я считаю, что сейчас как раз правильный момент для вывода на рынок cash loans: схема кредитования в магазинах уже начинает себя отрабатывать.

Скажите, какими путями планирует выходить на российский рынок банк Cetelem после неудачи с покупкой «Русского стандарта»?

Я воздержусь от каких-либо комментариев по этому поводу. Единственное, что могу сказать, сейчас не самая благоприятная ситуация для выхода на российский рынок потребкредитования, и особенно — для покупок на российском рынке, поскольку он перегрет. Ставки уже начинают снижаться, множество операторов идут в ритейловый бизнес, и постепенно назревает аварийная ситуация в отношении портфелей выданных кредитов. Правильно мыслящему банку следует выходить на рынок уже после того, как пройдет определенный кризис риска. И многие операторы будут тогда стоить гораздо дешевле, чем те деньги, которые они просят за себя сейчас.

Справка

Василий Поздышев занимает должность Head of Global Accounts & International Partnerships банка Cetelem, крупнейшего во Франции оператора кредитования частных лиц. Ранее занимал должности начальника департамента по международному развитию группы Cetelem, генерального директора Cetelem Bank в Греции. Курировал запуск розничных проектов Cetelem в нескольких странах, работал во Франции, России, Германии, США, Великобритании, Голландии, Японии, Таиланде, Южной Корее, Марокко.