Борис Федоров:«У нас нет стратегии развития банковского сектора»

Борис Федоров:«У нас нет стратегии развития банковского сектора»

1561

Экс-министр финансов, а ныне известный предприниматель и аналитик Борис ФЕДОРОВ — человек, мыслящий радикально. Вот и о банковских проблемах он говорил без обиняков, резко и авторитетно. Хотя и не бесcпорно.

Борис Григорьевич, как бы вы охарактеризовали недавно утвержденную правительством и Центральным банком Стратегию развития банковского сектора России?

Боюсь, это не всем понравится. Я считаю, что у нас нет никакой стратегии развития банковской системы. Мы много лет обсуждали некий документ. И если по существу, то гора родила мышь. Во всяком случае, многие эксперты считают принятую Стратегию документом сугубо бюрократическим. И если банки будут жить в соответствии с его постулатами, то ни о каком развитии не может быть и речи.

Дискуссия по сути сводится к обсуждению одного вопроса: каким капиталом должен располагать банк. Или, иными словами, большие банки считают, что маленькие банки необходимо прикрыть. Вот и вся недолга.

Есть еще система страхования вкладов. Но, с моей точки зрения, утверждать ее было ошибкой. Ничего хорошего она не принесет. Как член Наблюдательного совета Сбербанка, я вообще не понимаю, какой смысл создавать систему, которая 60% накопленных денег просто отдаст Сбербанку, Внешторгбанку и еще двум банкам на прокрутку.

Кстати, многие западные эксперты не считают такое положение вещей залогом успешного развития банковской системы. Хотя бы потому, что она снижает степень осторожности банковских менеджеров. Да и вкладчик наш вообще перестанет анализировать, куда отнести свои деньги.

Поэтому повторю — никакой стратегии у нас нет. Что печально осознавать через 15 лет после образования в России современной банковской системы.

И в чем же вы видите причину такой безрадостной ситуации?

Мне кажется, причина в том, что правительство так и не смогло сконцентрироваться на решении проблемы. Оно вспоминает о ней лишь в кризисные периоды или когда необходимо свалить на них какие-либо свои собственные просчеты.

Я бы сказал, что государство думает о банковской реформе эпизодически. Часто под влиянием олигархов, которые преследуют свои корыстные цели.

Банковское же сообщество как таковое в первую очередь занято решением своих собственных вопросов. К примеру, существующие ассоциации до сих пор не могут ни о чем договориться.

А Центральный банк? Какова его роль?

Чем занимается Центральный банк — загадка природы. Причем неразрешимая. Мы больше знаем, чем занимается Нацбанк Китая, чем наш. И, что самое неприятное, у нас это никого не интересует.

Думаю, что нам в срочном порядке необходимо отделять надзор от регулирования финансовых рынков, как это принято в цивилизованных странах. Центральный банк должен сконцентрировать свое внимание на денежно-кредитной, валютной политике и тому подобных вещах. Может быть, тогда у нас и появится денежно-кредитная политика, кстати сказать.

Сегодня мы можем констатировать: Центробанк России, где работает 80 тыс. человек, с задачей надзора не справился.

При этом у нас нет устойчивой банковской системы. Никто не борется с жуликами, с отмыванием денег, не решает многие другие проблемы.

Поэтому повторю: ключевой момент — это разделение функций. Оставить за ЦБ ставки, валюту, курс, денежное регулирование. А надзор должен быть передан тем, кто уже надзирает за другими сегментами финансового рынка. Потому что известно, что многие наши финансовые структуры многолики. Одно лицо брокера, другое страховщика, третье банкира. А одного надзирателя нет. Плохо.

Сегодня многие банкиры любят говорить об отсутствии длинных денег. Призывают отдать банкам пенсионные, страховые фонды, вернуть обслуживание бюджетных средств. На ваш взгляд, такие аппетиты оправданы?

Я никогда не считал, что есть какие-то препятствия на пути использования государственных средств частными банками. Даже будучи министром финансов. В этом нет ничего страшного. Во многих странах государственные структуры просто не предназначены для финансовых операций. Главное, чтобы не было коррупции.

Если есть понимание условий использования средств, отработана прозрачность процесса, то все в порядке. Поэтому, к примеру, считал разговоры о полномочных банков пустыми. Посадите чиновников, которые берут взятки, и все.

С моей точки зрения, это — вопрос стратегии.

Что касается использования ресурсов частными банками в качестве длинных денег, то и здесь я не вижу никаких проблем. На мой взгляд, ненормально, когда госучреждение, к примеру, Пенсионный фонд, располагает огромными ресурсами. Эти деньги вполне можно держать в частных банках. Там же госконторы могут держать депозиты. Там же могут находиться и бюджетные счета.

Роль государственных банков до сих пор активно обсуждается в банковском сообществе, в правительстве. Нужны ли системе госбанки?

Я в принципе считаю, что госбанки не нужны. Государство должно присутствовать разве что там, где существуют земельные отношения. Но в этой сфере бизнеса у нас вообще нет никаких банков. Впрочем, как и самого бизнеса.

Все остальное — от лукавого. Пережитки прошлого. К примеру, взять ВТБ. Мне совершенно непонятно, в чем же заключаются его государственные функции.

Что касается Сбербанка, то ясно, что здесь мы до сих пор в плену традиций. Никто не хочет ничего менять быстро. Но рано или поздно и этот анахронизм отомрет.

Я думаю, что Сбербанк можно трансформировать в некую холдинговую компанию, в рамках которой с участием отечественных и западных банков можно создавать совместные предприятия. У Сбербанка будет 49% акций, а у инобанков 51%. И постепенно таким образом можно уменьшать концентрацию банковских услуг в одних руках.

Понятно, что сегодня не стоит вопрос о приватизации Сбербанка. Потому что это — большая политика. И ничего здесь быстро не произойдет. Но в целом госбанки просто не нужны как коммерческие структуры.

Вечная тема: утечка капиталов и отечественные банки…Может ли наша банковская система оказать положительное влияние на ситуацию?

А это вопрос: какие у нас банки? За минувшие 15 лет в нашей банковской системе среди людей, считавших себя банкирами, подавляющее большинство таковыми не являлось. В результате кто-то стал нефтяником, кто-то металлургом, кто-то шахтером и т. п. Они использовали банки в период бешеной инфляции для скупки промышленных активов. Это было выгодно. Кстати, это выгодно и сегодня. Поэтому речь идет о ненастоящих банках. Речь идет о карманных банках.

Есть еще одна категория банков, которые, мягко говоря, занимаются сомнительными финансовыми операциями. Таких у нас, увы, еще предостаточно.

Но если всерьез предъявлять претензии к таким банкам, то в первую очередь их надо адресовать самому государству. Потому что 15 лет оно с прохладцей взирает на происходящее в нашей банковской системе. Десятки тысяч проверяющих, и почти нулевой эффект. Думаю, что этого требовала и требует государственная политика.

Тех же банков, которые работают на свою репутацию, капитализацию, долгосрочную стратегию, не очень много. Порой так сложно отказаться от сомнительного, но денежного клиента:

В целом качество самих банкиров в большинстве своем оставляет желать лучшего. Многие работают в 2005 году, как будто на дворе 1995-й. Приведу один пример. Недавно я присутствовал на собрании акционеров одной компании. Среди прочего обсуждался такой важный вопрос, как совершенствование корпоративного управления. Его провалили. И знаете кто? Акционеры, представляющие один из крупнейших коммерческих банков.

Пока среди банкиров существует такая, мне лично непонятная, логика ни о какой прозрачности, капитализации и прочем разговора не будет.

За чистыми фасадами центробанковских учреждений работает 80 тыс. человек. По мнению Б. Федорова, они не всегда справляются с надзором

Государство — государством. Стратегия — стратегией. А от самих банков что-то зависит?

Конечно, от банков, от их руководителей зависит многое. Даже в нынешней ситуации. И если государству недосуг, то это не значит, что участники рынка не должны сами стараться. При соблюдении известных правил банк всегда будет иметь прекрасную репутацию в стране и за рубежом.

Кстати сказать, крепкому нормальному банку не стоит бояться иностранных финансовых учреждений, которые уже работают в России и которые еще ждут своего часа. Поэтому мне странны разговоры о том, пускать к нам иностранные банки или нет.

Государство пятнадцать лет с прохладцей взирает на происходящее в нашей банковской системе. Десятки тысяч проверяющих и почти нулевой эффект

Помню, в 1993 году пришел в правительство глава Мост-банка Владимир Гусинский и потребовал закрыть страну для иностранных банков. Прошло 12 лет, а требования банкиров прежние. Много мы получили за эти годы суперэффективных банков? Нет. Но как только иностранцы придут к нам всерьез, нашим придется шевелиться быстрее. И нет в этом ничего страшного. Повторю, что хорошим банкам бояться нечего. Мы лучше знаем собственный рынок, и проблемы решаем на нем быстрее.

Сегодня ни один коммерческий банк не может игнорировать опыт Сити-банка, который как танк идет по России. Посмотрите, какая у него агрессивная рекламная кампания. Захватывает самую «жирную» клиентуру. Люди отказываются от больших процентов ради получения реальной безопасности своим деньгам и возможности качественного и комплексного обслуживания. Кто еще предлагает на нашем рынке такой набор кредитных программ?

Нам уже сегодня, до вступления в ВТО, необходимо реагировать. Иначе вся клиентура будет у них. И я понимаю, что осознание такого факта неприятно нашим банкирам. Даже Сбербанк, если не будет быстро меняться, через несколько лет начнет терять позиции на рынке.

Но надо шевелиться. На каждый их шаг делать два своих. И бить не тем, что предлагать больший процент по депозитам, а общим качеством обслуживания. А над этим необходимо работать ежедневно. Так что, как ни крути, надо повышать качество корпоративного управления бизнесом. Никуда от этого не деться. А тем, кто застрял ментально в 1990-х, советую закрыть свой бизнес.

Досье

Борис ФЕДОРОВ

Государственный и общественный деятель, известный экономист и предприниматель. Родился 13 февраля 1958 г. в Москве. Окончил с отличием Московский финансовый институт по специальности «Международные экономические отношения» в 1980 г. Доктор экономических наук. Занимал высокие государственные посты министра финансов РСФСР и Российской Федерации, заместителя председателя правительства РФ, руководителя Государственной налоговой службы РФ. С 1994 по 1998 г. — депутат Государственной Думы РФ. Член Совета директоров ОАО «Газпром» и член Наблюдательного совета Сбербанка России. Лидер Общероссийского общественно-политического движения «Вперед, Россия!».

Национальный банковский журнал