«Настроение у малого бизнеса очень напряженное»
Фото: Эксперт

«Настроение у малого бизнеса очень напряженное»

Виктор Окопный
директор департамента кредитования малого и среднего бизнеса банка «Петрокоммерц»
5838

На рынок кредитования малого и среднего бизнеса в 2014 году окажет сильное давление замедление экономики. Добавить динамики портфелю МСБ способна реализация беспрецедентных по масштабу государственных мер.

По итогам девяти месяцев 2013 года портфель кредитов малому и среднему бизнесу (МСБ) вырос на 16,9% по отношению к сопоставимому периоду прошлого года. Однако если раньше локомотивом роста были крупные банки с их так называемыми кредитными фабриками, то сейчас инициатива перешла к небольшим кредитным организациям. С начала года они показали рост портфеля на 17,2% против 10,3% у крупных банков.

В 2014 году сильное давление на рынок окажет продолжение замедления кредитных фабрик на фоне негативных процессов в экономике. Однако реализация заявленных государством мер по поддержке кредитования МСБ способна прибавить к темпам прироста рынка 2—3%. Для повышения доступности кредитов для предприятий МСБ предполагается создать федеральный гарантийный фонд, использовать средства Фонда национального благосостояния (ФНБ) и применять механизмы секьюритизации банковских кредитов МСБ.

Ситуацию в этом чувствительном сегменте кредитного рынка и тенденции его развития в будущем году мы обсудили с директором департамента кредитования малого и среднего бизнеса банка «Петрокоммерц» Виктором ОКОПНЫМ.

— Что произошло на рынке кредитования малого и среднего бизнеса за девять месяцев этого года?

— На рынке происходят две диаметрально противоположные вещи. Практически все кредитные организации активизировались, в том числе и госбанки, и крупные частные игроки, которые развивают кредитование малого и среднего бизнеса. Даже те небольшие банки, которые не специализируются на малом и среднем бизнесе, начали усиленно работать в этом направлении. Но, несмотря на все это, объем рынка не увеличился. Это может означать, что банки сейчас, по сути, переманивают клиентов друг у друга за счет демпинга или предоставления каких-то сопутствующих услуг. Совокупный объем рынка повторяет тенденцию прошлого года, то есть говорить о каком-то стремительном росте не приходится.

— Есть ли сейчас проблема со спросом малого бизнеса на кредитные ресурсы? Как он изменился в 2013 году?

— На мой взгляд, малый бизнес — это индикатор макроэкономических показателей. И спрос здесь однозначно сворачивается. Сейчас предприниматели берут кредиты для двух целей. Первая — рефинансирование обязательств, которые они брали в 2010—2012 годах, когда экономика была на подъеме и объем выручки рос. Сейчас объем выручки падает, и предприятия не выдерживают кредитную нагрузку. Вторая цель — пополнение оборотных средств. Бизнес столкнулся с их дефицитом на фоне проблем с выручкой.

— И каково сейчас настроение у малого бизнеса?

— Очень напряженное. Потому что выручка падает практически во всех сегментах. Очень сильно пострадали грузоперевозчики, производственники. На текущий момент падение выручки по отношению к началу года, по нашим наблюдениям, составило 15—20 процентов.

— Какая из отраслей МСБ будет предъявлять в следующем году наибольший спрос на заемные средства?

— Розничная торговля. Так же, как и раньше. Этот сегмент наименее подвержен влиянию макроэкономики. Пока люди ходят мимо твоего магазинчика и покупают продукты, ты будешь жить. Для розничной торговли более серьезная угроза, если рядом откроется «Магнит» или «Ашан».

— Каковы ваши оценки динамики проблемной задолженности МСБ? В целом по рынку она стабилизировалась. Есть ли предпосылки для снижения доли проблемных ссуд МСБ в следующем году?

— Все зависит от того, будут ли банки продолжать активное рефинансирование. На сегодня доля проблемных ссуд невелика, потому что рынок не растет, идет борьба за клиента. Клиент, столкнувшись с тем, что на текущий момент у него большие платежи в конкретном банке, уходит в другую кредитную организацию, где получает более длинные деньги с меньшими платежами по кредиту. Вот это и спасает. Если бы в банках не было таких программ, то сейчас мы бы уже столкнулись со значительным ростом просрочки в этом сегменте.

— Вы тоже предлагаете заемщикам других банков рефинансирование? Есть ли у вас такой продукт?

— Да. Спрос на него сейчас очень велик. После 2008 года у нас пошла мода на кредитные фабрики, то есть беззалоговые кредиты под скоринговые модели без углубленного анализа. И конечно же, такие ссуды давались под очень высокие ставки. Это привело к тому, что кредитная нагрузка у многих предпринимателей возросла многократно. Удорожание кредита оказывает еще большее давление на собственный капитал клиента. Такие представители МСБ очень охотно рефинансируются.

— Вы упомянули кредитные фабрики, хотелось бы подробнее поговорить о них. Во-первых, можно ли сказать, что у вас тоже кредитная фабрика?

— Нет, я не сторонник кредитных фабрик. Любая кредитная фабрика построена на двух концепциях. Первая — это уменьшение трудозатрат и удешевление стоимости кредитного процесса на всех этапах кредитования; собственно, поэтому кредитные фабрики и возникли. Вторая концепция основана на моделировании поведения клиента в будущем на основании определенных ограниченных критериев. Некоторые банки пришли к простому интервьюированию клиентов, даже без выезда на место. Клиент приходит, ему задают вопросы по вопроснику, специалист вносит все это в модель, модель показывает, можно ли выдать ему кредит.

Но эта модель не учитывает двух вещей. Во-первых, субъективность результатов интервью с потенциальным заемщиком, даже если он говорит правду. Предприниматели вообще оптимисты по натуре. Они склонны переоценивать себя. А во-вторых, эти модели плохо учитывают поведенческие особенности. Предприниматели — категория населения, которая склонна к риску. Например, скоринг нормально срабатывает на людях, работающих по найму. Почему? Такие люди менее склонны к риску, они более прогнозируемы. Эти факторы — склонность к высокому риску, построение модели на опросе предпринимателей и отсутствие «корректировки на оптимизм» при интервьюировании предпринимателя — приводят к тому, что кредитные конвейеры и фабрики постепенно закрываются.

— Эти сдвиги носят систематический характер. Можно ли как-то «подкрутить» скоринг для их учета?

— Наверное, можно, но положительного опыта в мире пока нет. Все эти системы рушатся. Наверное, с развитием технологий можно будет что-то реализовать. Не только российские банки это пробуют, это и на Западе пытаются сделать, а предприниматели там более дисциплинированы, менее склонны к риску, более шаблонны. И там тоже не получается. Кредитные фабрики — это дело будущего.

— Есть ли различие в профиле типичного заемщика вашего банка и в среднем по рынку?

— Нет, если смотреть структурно на портфель, то у нас примерно половина портфеля — это розничная торговля, небольшая доля мелкой оптовой торговли, услуги и порядка 10 процентов производство.

— Вы предполагаете как-то менять требования к заемщикам малого и среднего бизнеса в следующем году? Может быть, речь даже идет не об ужесточении, а о переформатировании?

— Год мы начали с того, что упростили нашу залоговую политику. Мы увеличили долю «легких» залогов в структуре обеспечения, например товаров в обороте. Снизили требования по бланковой части кредита, то есть каждый клиент может получить 10 процентов без залога. Например, берет миллион рублей — значит, 100 тысяч рублей могут не покрываться залогом. Но при этом мы ужесточили требования к финансовому положению заемщика. Мы считаем, что наши текущие требования и, соответственно, модель оценки финансового риска в условиях замедления экономики оптимальны. Ни ужесточать, ни облегчать ее не надо. С одной стороны, сейчас присутствует некоторая стагнация на рынке. С другой — наша модель кредитования позволяет нам быть уверенными, что мы людей не загоним в угол, то есть они смогут платить по кредитам.

— После ужесточения требований к финансовому положению заемщиков вы не видите ослабления потока новых клиентов?

— Мы компенсировали ужесточение требований усилением системы продаж. 2013 год мы начали с портфелем два миллиарда рублей, сейчас у нас уже девять миллиардов, к концу года будет более десяти. То есть мы уже выросли на 500 процентов. Если в январе 2013 года мы выдали кредиты на 200 миллионов рублей, то начиная с сентября ежемесячно выдаем больше миллиарда.

— Готовы ли вы при необходимости пойти на реструктуризацию кредитов для малых и средних предпринимателей? Такая политика была характерна, как мы знаем, для крупного бизнеса.

— Если у заемщика временные проблемы и мы понимаем, что его платежеспособность в среднесрочной перспективе восстановится, то мы идем навстречу, предлагаем варианты решения. Но массово вводить такой продукт мы не можем, поскольку есть ограничение Центрального банка. Политика ЦБ такова, что если мы сами рефинансируем заемщика, то должны создать резерв как минимум в 21 процент балансовой стоимости ссуды.

— Существует сегмент на стыке между розницей и кредитованием малого бизнеса — бизнес-кредиты для физических лиц. У вас есть такой продукт? Если есть, то насколько он популярен? Какая доля кредитов физическим лицам идет на самом деле в малый бизнес?

— У нас такой продукт есть, он очень популярен среди узкой категории клиентов. Это заемщики, бизнес которых может совокупно потреблять до 100 тысяч долларов кредитных ресурсов, то есть до трех миллионов рублей. Это связано с тем, что большинство из них находится либо на вмененной, либо на упрощенной системе налогообложения. У многих из них нет расчетных счетов, потому что им это и не надо в текущей деятельности. Структура бизнеса у таких представителей МСБ такова, что они практически везде и всегда рассчитываются за наличные.

Кроме того, снятие кредитных средств со счетов физлиц значительно дешевле, это снижает стоимость операций таким клиентам.

— С точки зрения финансовой дисциплины, качества обслуживания долга такими клиентами здесь такая же ситуация, как в среднем бизнесе, или все-таки есть отличия?

— Платежная дисциплина таких заемщиков на высоком уровне. В нашем банке в сегменте МСБ в целом на текущий момент только три кредита на просрочке.

— То есть вы не видите существенных рисков в кредитовании представителей МСБ как физических лиц?

— Абсолютно. На наш взгляд, кредитный риск порождают две вещи. Первое — психология заемщика: насколько он склонен к авантюрам, к принятию более высокого уровня риска. И второе — неверная оценка его финансового положения. Если мы решим эти проблемы, то доля риска будет минимальной.

— Работаете ли вы сейчас с гарантийными фондами? Какова доля кредитов, выданных под их поручительство, в портфеле вашего банка?

— Мы работаем со всеми гарантийными фондами в регионах присутствия банка. Доля кредитов под их гарантии в портфеле невелика, поскольку мы открыли первую точку продаж только в 2011 году. По мере того как объявляются конкурсы, мы в них участвуем.

Наши специалисты при первом же общении предлагают предпринимателям воспользоваться поручительствами гарантийных фондов. И заодно помогают оформить документы, необходимые для получения поручительства. Для нас гораздо интереснее взять в качестве обеспечения поручительство гарантийного фонда, чем товары в обороте. Мы считаем, что это хороший инструмент.

— Сейчас многие банки ищут выигрышные стратегии поведения на рынке. Вы собираетесь запускать в следующем году новые кредитные продукты для МСБ?

— Нет, мы считаем, у нас линейка универсальная, мы сейчас ее дорабатываем, точнее, проводим ребрендинг, реструктуризацию двух продуктов, меняем под сегодняшние требования рынка. В целом я считаю, что мы нашли свою «выигрышную стратегию», и, опираясь на нее, в следующем году планируем вырасти еще в два раза и увеличить портфель по МСБ с 10 до 20 миллиардов рублей.

— Вы можете в двух словах рассказать о преимуществах этих продуктов?

— Прежде всего это обновленные овердрафты, раньше они у нас были достаточно консервативные. Например, мы учитывали при установке лимитов только обороты в нашем банке и обязательно предыдущий опыт работы с нами. Сейчас при желании клиента перейти к нам в банк под овердрафт мы учитываем в том числе и обороты в других кредитных организациях. Кроме того, у нас было требование, что с момента получения овердрафта заемщик в течение тридцати дней должен полностью погашать задолженность. Сейчас мы технологически доработали программный комплекс, это требование уйдет, и клиенту станет легче. Ему не надо будет планировать аккумулирование ликвидности к такому-то числу, овердрафт будет автоматически погашаться за счет денежных поступлений по счету и автоматически выбираться при необходимости.

— На какой средний размер ссуды ориентируется ваш банк? Насколько велика доля микрокредитов в портфеле?

— Мы изначально не пошли в совсем маленький сегмент, средний размер кредита у нас порядка трех миллионов рублей. У нас есть и микрокредиты, просто они не выделены в самостоятельную программу. Есть идея выделить их в отдельный блок, запустить его, но пока мы собираем и анализируем статистику по тем клиентам, что пришли. Мы пытаемся понять, как с этим сегментом работать в условиях стагнации. Ведь он наиболее подвержен риску при изменениях в макроэкономике.

— Сейчас достаточно популярно обслуживание по комплексным тарифам, когда клиент приобретает сразу целый пакет услуг. Как обстоят дела с этим направлением в вашем банке?

— Доля заемщиков, которые одновременно обслуживаются в банке по комплексным тарифам, у нас порядка 87 процентов. Приобретение пакета обслуживания — одно из условий получения кредита, за исключением случаев кредитования физлиц — представителей МСБ.

Мы учитываем эти кросс-продажи в нашей модели при расчете доходности по бизнес-направлениям. И результаты нам очень нравятся. Сейчас мы почти завершили комплексную переработку пакетов услуг для МСБ и рассчитываем, что наша работа даст дополнительно 25 процентов комиссионных доходов. При этом мы делаем для предпринимателей некоторые удобные вещи, которые будут в среднем дешевле, чем по рынку.

— Некоторые банки активно привлекают депозиты от тех же малых предпринимателей.

— Я оцениваю долю такого фондирования как невысокую. И это логично: человек приходит за кредитом как раз потому, что у него нет свободных денег.

— Идея в том, чтобы сыграть на асинхронности денежных потоков, то есть сегодня у клиента могут быть избыточные средства, а потом он уже выступает как заемщик.

— Мы хотим добиться такого эффекта. Сейчас обсуждаем продукт для МСБ, в рамках которого будут начисляться проценты на остатки по счетам. С одной стороны, это будет не депозит, где фиксированные сроки, а с другой стороны, это доходность, которая будет стимулировать клиента к тому, чтобы держать все свободные деньги на счетах банка. Если получится, то это станет хорошим источником фондирования банка.

— Сейчас обсуждается ввод обязательного страхования депозитов индивидуальных предпринимателей с целью стимулировать их держать значительную часть средств в банках. Как вы относитесь к этому?

— Я думаю, что это не окажет никакого существенного влияния, поскольку объем этих свободных денег невелик. У индивидуальных предпринимателей постоянно какие-то идеи. То они сюда вкладываются, то туда. На мой взгляд, более существенным стало бы облегчение условий кредитования. Среди предпринимателей до сих пор очень развито заимствование друг у друга — в том числе потому, что многих до сих пор не устраивают те программы, те условия, те подходы в банках, которые есть на рынке. Одна из ключевых задач — перевести этих потенциальных заемщиков в банки.

— Какие факторы в наибольшей степени мешают МСБ брать кредиты?

— На мой взгляд, есть два главных фактора, которые отталкивают предпринимателя. Пакет документов, которые нужно собирать, и сроки рассмотрения. Поскольку они привыкли в жизни принимать решения очень быстро, они и от контрагентов, в том числе банка, ждут того же.

— Сейчас много говорят о том, что один из главных сдерживающих факторов развития кредитования МСБ — высокие ставки кредитования. Вы их не упомянули. По вашему мнению, они не играют большой роли?

— На мой взгляд, цена вторична. Первично количество документов, которые нужно собрать для подачи заявки на кредит. Вот мы, например, у себя уже раза три пересматриваем пакет документов и на сегодня пришли к тому, что у нас нет ни одного документа, который предпринимателю надо где-либо запрашивать дополнительно: ни справок из БТИ, ни справок из других банков по расчетным счетам, ни из налоговой инспекции. Мы от всего этого пакета отказались. Мы стараемся пользоваться внутренними базами и прочими вещами, чтобы облегчить всю процедуру получения кредита для клиента. Второе, над чем мы постоянно работаем, — это сроки рассмотрения заявок. Средний срок принятия решения по сегменту малого бизнеса у нас сейчас два рабочих дня. Это два дня после того, как мы к нему съездим. По средним предприятиям — семь-восемь дней. Окончательное решение принимает комитет, который собирается онлайн. В его составе люди, которые занимаются только принятием решений по кредитам.

— Какие ключевые драйверы роста портфеля МСБ вашего банка вы бы выделили в 2014 году?

— Сроки рассмотрения заявок и каналы продаж. Это две точки, на которые мы будем воздействовать, искать в них новый потенциал.

— Очень часто говорят, что нужна поддержка более масштабного кредитования малого бизнеса со стороны государства, институтов развития. Может быть, даже со стороны регуляторов. Что нужно делать в первую очередь?

— Мер сейчас много, и они хорошие. Но я думаю, что нужна централизация. Надо создать единый государственный орган, который предоставлял бы и кредиты, и рефинансирование под залог ценных бумаг и гарантий. Это была бы служба «одного окна», с которой могли бы общаться и коммерческий банк, и клиент. Мы работаем уже практически со всеми органами поддержки малого бизнеса в регионах присутствия нашего банка и часто сталкиваемся с тем, что у них разные периоды проведения конкурса, разные требования к документам и разные требования к клиентам — все это замедляет и усложняет процесс. Стандартизация и создание службы «одного окна» дало бы значительный эффект.

С точки зрения мегарегулятора я бы отметил необходимость разработать отдельные требования по резервированию кредитов малому и среднему бизнесу. На сегодня Центральным банком диктуются два варианта резервирования: для кредитования юридических лиц и для работы с физическими лицами. Объем рынка кредитования МСБ уже дорос до отдельной технологии резервирования и специфических требований Центробанка к коммерческим банкам по этим заемщикам. Смягчение резервирования выразится в удешевлении кредита для клиентов.

Отдельно я бы упомянул МСП-банк, на мой взгляд, это очень хороший инструмент, и я бы значительно увеличил его капитализацию. Мы активно работаем с ним, на текущий момент из девяти миллиардов рублей портфеля МСБ 2,3 миллиарда — это ресурсы МСП-банка.

— Мы обсудили прямые финансовые меры помощи МСБ со стороны властей. Что еще могло бы сделать государство для развития МСБ?

— Я бы ввел в школе уроки предпринимательства. Создание положительного имиджа предпринимательства — ключевая задача государства. У нас, к сожалению, менталитет молодежи очень консервативен. Все хотят зарплату и работу с девяти до шести. А что такое предпринимательство в первую очередь? Это когда ты сам берешь на себя ответственность за все, что происходит в твоей жизни. То есть ты не ждешь ни пенсии, ни зарплаты до тридцатого числа, ничего.

Конечно, развитию МСБ помогли бы налоговые каникулы для новых предприятий. Сейчас предприниматель еще ничего не сделал, а уже должен. Это многих останавливает. Налоговые каникулы дадут возможность с меньшей опаской попробовать себя в бизнесе, что, конечно, через какое-то время отразится на росте числа предпринимателей.

Беседовал Антон КАРТУЕСОВ