Валерий Мирошников: «По обращению АСВ возбуждено 10 уголовных дел против банков»

Валерий Мирошников: «По обращению АСВ возбуждено 10 уголовных дел против банков»

3292

В ноябре 2004 года АСВ получило право на осуществление функций корпоративного ликвидатора банков. Как много проектов по ликвидации или банкротству банков сейчас находится под управлением АСВ? Каковы объемы выплат кредиторам банков различных очередей, осуществленных АСВ к настоящему времени?

Об этом в интервью агентству Прайм-ТАСС рассказал первый заместитель генерального директора Агентства по страхованию вкладов Валерий МИРОШНИКОВ.

Валерий Александрович, АСВ в ноябре 2004 года получило право на осуществление функций корпоративного ликвидатора банков. Как много проектов по ликвидации или банкротству банков сейчас находится под управлением АСВ?

Сейчас у нас в производстве находится 35 банков, а потенциально в ближайшее время их число может возрасти до 48 банков. Пока, в основном, это московские банки, но есть и несколько региональных кредитных организаций, в том числе в Удмуртии и Красноярске.

Большая часть банков, с которыми мы работаем, банкротится, активов этих банков недостаточно для удовлетворения их обязательств перед кредиторами. Очень небольшая часть — 6 банков — ликвидируются. Тем не менее, я полагаю, что основная часть из них в дальнейшем перейдет в стадию банкротства, поскольку уже сейчас понятно, что активов недостаточно для удовлетворения обязательств. В стадии ликвидации вероятнее всего останутся те банки, где кредиторы вовсе не заявили своих требований.

Надо отметить, что процедура перехода банка от ликвидации к банкротству существенно замедляет процесс расчета с кредиторами. В ходе ликвидации, помимо составления реестра требований кредиторов, нам приходится доказывать наличие у банка признаков банкротства, а затем еще раз инициировать процедуру предъявления кредиторами своих требований. Вывод о том, есть ли у банка в наличии реальные активы или нет, может сделать временная администрация Банка России, по результатам работы которой суд принимает решение о ликвидации или банкротстве банка. Правильная постановка вопроса в данном случае позволяет не только сэкономить средства на осуществление процедур конкурсного управления, но и быстрее рассчитаться с кредиторами, в том числе физическими лицами.

Каковы объемы выплат кредиторам банков различных очередей, осуществленных АСВ к настоящему времени?

Мы предполагаем, что без учета выплат Банка России, всего будет удовлетворено порядка 16 процентов от всех требований кредиторов банков, для которых АСВ выступает конкурсным управляющим или ликвидатором. С точки зрения удовлетворения требований вкладчиков (кредиторов 1-й очереди), эта доля будет выше — 57,8 процента.

Надо отметить, что ранее требования кредиторов банков, находящихся в процессе банкротства, в среднем удовлетворялись примерно на 5 процентов. Кроме того, к тому времени, когда АСВ было наделено функциями корпоративного ликвидатора банков, норматив отчислений банков в фонд обязательных резервов значительно уменьшился. Нельзя также забывать, что в ряде случаев средства этого фонда являются основным источником формирования конкурсной массы банка.

Прослеживаются ли какие-либо общие черты в ходе банкротств банков, которыми руководит АСВ?

Процесс банкротства во многом стандартизирован, поскольку закон является общим для всех, но индивидуальные черты прослеживаются практически в каждом проекте. Нам регулярно приходится искать нетрадиционные пути решения для вполне обычных проблем, потому как иначе нам не удастся взыскать средств для расчета с кредиторами.

Например, причиной банкротства Ярбанка (Красноярск) стал тот факт, что 80 процентов его активов были инвестированы в «Сибволокно», которое уже в то время находилось в предбанкротном состоянии. В дальнейшем, деньги банка были выведены и с этого предприятия. Если действовать формально, то мы бы получили решение судебных приставов о невозможности взыскания этих средств. Нам пришлось приложить достаточно большие усилия, фактически инициировав банкротство «Сибволокна». Сейчас совместными усилиями мы пытаемся вернуть активы, выведенные с предприятия, чтобы в дальнейшем получить возможность рассчитаться с вкладчиками банка. Данный случай является ярким подтверждением тезиса о том, что случаев банкротства «по лекалу» не бывает.

Тем не менее, общие черты тоже присутствуют. В качестве примера можно привести группу банков — отсутствующих должников. В эту группу входят банки, имущество которых приходится разыскивать. «Индивидуальным» конкурсным управляющим с такими банками работать неинтересно, потому как затраты на организацию процесса несопоставимы с отдачей от него. Более половины таких банков в свое время были «заброшены», поскольку управляющие теряли к ним коммерческий интерес.

Перед АСВ задача поставлена законом и мы занимаемся банкротством отсутствующих должников, даже если их лицензия была отозвана несколько лет назад. Поскольку денег у банков нет, затраты по их ликвидации фактически несет агентство.

Сколько обращений направило АСВ в правоохранительные органы по банкам, банкротством которых вы занимаетесь?

Всего к настоящему времени в правоохранительные органы направлено 17 обращений. Возбуждено уголовных дел (в том числе и по заявлениям кредиторов) — 10.

Например, по статье о преднамеренном банкротстве уголовные дела возбуждены по банку «Олимпийский», Содбизнесбанку и Внешагробанку. Руководитель Лиос-банка Григорий Панок объявлен в международный розыск. В отношении Кристалл-банка возбуждено 3 уголовных дела, банка «Олимпийский» — 2, Национального расчетного банка — 1, Содбизнесбанка — 2.

Дело по Российскому национальному инвестиционному банку прекращено на спорных с нашей точки зрения основаниях. Поэтому мы написали жалобу, и будем добиваться его возобновления вновь.

В делах о банкротствах банков достаточно часто упоминается вопрос о выводе активов. Насколько велик масштаб проблемы?

Да, масштабы явления действительно катастрофические. Это одна из основных проблем, с которыми мы сталкиваемся в процессе банкротства или ликвидации банков. В АСВ создано целое подразделение, которое занимается выявлением схем по выводу активов. Если документы банка не уничтожены, то схему выявить достаточно легко, но основной проблемой является опротестование этих сделок в суде.

Это очень серьезный вопрос. Когда столкнулись с необходимостью опротестования таких сделок, оказалось, что судебная практика по этому вопросу весьма противоречива. При этом закон написан таким образом, что часть его положений невозможно или весьма затруднительно реализовать.

Согласно законодательству, мы можем оспорить предпочтительное удовлетворение требований одного кредитора в ущерб другим. Для того чтобы сделать это, необходимо соблюдение двух основных условий: сделка должна быть совершена в период шести месяцев до назначения в банке временной администрации и у банка должны иметься другие кредиторы, например, по картотеке к корреспондентскому счету. Как ни странно, даже при наличии этих 2-х условий в суде крайне сложно оспорить сделку, поскольку суды с такими случаями ранее не сталкивались и иногда только на уровне кассации удается доказать свою правоту.

Можно ли привести примеры схем по выводу активов?

Существует достаточно стандартная схема, которая реализуется рядом банков перед отзывом лицензии. Например, банк покупает неликвидный вексель у фирмы-однодневки, имеющей счет в том же банке, и перечисляет ей на этот счет денежные средства. Особенность схемы в том, что для подобного перечисления банку не надо проводить операцию через свой корреспондентский счет, и он может ее совершить при отсутствии каких-либо средств на этом счете. В результате, в балансе банка в активе появляется неликвидный вексель, а в пассиве в качестве задолженности — остаток по расчетному счету этой фирмы-однодневки. Далее, путем внутренних проводок в банке фирма-однодневка переводит полученные от банка «виртуальные» деньги на другие такие же или вполне благонадежные компании. Затем, банк за указанные «виртуальные» деньги продает фирме, стоящей в конце цепочки, свои ликвидные активы (здания, права требования и т. п.).

Такая сделка легко обнаруживается, если был произведен простой обмен неликвидных векселей на ликвидное имущество. Гораздо труднее доказать связь между первой сделкой по приобретению банком векселя и последней, когда актив фактически продан. Мы опротестовываем последнюю сделку как раз как предпочтительное удовлетворение требований одного кредитора перед другими, и такие прецеденты уже есть.

Одновременно, мы начинаем поиск физических лиц-акционеров или руководителей фирм, принимавших участие в процессе вывода активов. Так, в деле Внешагробанка обнаружилось, что «руководитель» фирмы, участвовавшей в цепочке, который даже не знал, что он является ее руководителем, и его подпись на документе была сфальсифицирована.

Кроме того, достаточно легко можно опротестовать сделку по продаже недвижимости по нерыночной стоимости, поскольку закон позволяет признавать такие сделки недействительными. Мы уже выиграли суды 1-й инстанции по оспариванию двух таких сделок: в Национальном расчетном банке и Лиос-банке.

Существует ли сейчас практика по привлечению к субсидиарной ответственности органов управления или собственников банков-банкротов, если их действия привели к банкротству?

Законодательство в этой части, к сожалению, недостаточно четко определяет процедуру, что крайне затрудняет использование такого инструмента в реальной жизни. Это касается не только субсидиарной ответственности, но и сомнительных сделок и много другого. Поэтому пока мы пытаемся найти возможные пути решения этой проблемы методом проб и ошибок. Кроме того, активно принимаем участие в деятельности рабочей группы при Минэкономразвития по подготовке изменений в законодательство о несостоятельности (банкротстве).

Насколько владельцы банков, находящихся в стадии банкротства, заинтересованы в погашении их обязательств?

Когда мы начинали заниматься этой проблемой и предлагали собственникам банков поучаствовать в погашении обязательств, принадлежащих им кредитных организаций, надежда быть услышанными была крайне мала. Тем не менее, в последнее время акционеры некоторых банков проявили инициативу и предложили свои средства для погашения задолженности перед кредиторами. По одному из банков мы уже выходим к той стадии, когда сможем в полном объеме рассчитаться со всеми кредиторами. В этом случае, акционеры отзывают свои требования как кредиторы, тогда оставшихся у банка активов будет достаточно для погашения других обязательств.

Не исключено, что некоторый сдвиг в этом вопросе произошел потому, что в процесс активно включились правоохранительные органы и возбужден ряд уголовных дел. Акционеры понимают не только свою ответственность перед кредиторами, но и оценивают возможные последствия для себя с точки зрения Уголовного кодекса, чего ранее никогда не было.

Фото: Прайм-ТАСС