Агентство по страхованию вкладов предлагает внести изменения в закон о несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций с целью совершенствования системы санации банков. В частности, в АСВ считают целесообразным введение институтов бридж-банка и bail-in (последнее подразумевает принудительную конвертацию требований кредиторов третьей очереди в субординированные займы или уставный капитал банка), а также ждут от ЦБ ранних уведомлений о проблемных банках и их финансовом положении и рассчитывают на расширение полномочий конкурсного управляющего, в том числе связанных с получением от третьих лиц информации об имуществе руководителей банков-банкротов.

Рекомендации по совершенствованию российской системы санации банков были опубликованы в феврале в обзоре по России Совета по финансовой стабильности (СФС, создан в 2009 году лидерами стран «группы двадцати», вырабатывает рекомендации для повышения стабильности глобальной финансовой системы). Резюме вместе с соответствующими предложениями АСВ представлены в презентации к вчерашнему заседанию экспертно-аналитического совета агентства.

СФС констатирует, что запущенный в 2008 году в России режим санации банков помог поддержать финансовую стабильность, и положительно оценивает изменения в законодательстве по урегулированию несостоятельности банков, однако отмечает и недостатки сегодняшней системы, например отсутствие единого набора критериев для инициирования санации или ликвидации банка (урегулирование несостоятельности банков инициируется с запозданием, когда их капитал уже исчерпан или близок к исчерпанию) и отсутствие таких механизмов, как бридж-банк, конвертация или списание необеспеченных обязательств (bail-in), а также отсутствие у санатора официальных полномочий для изменения бизнеса банка с целью облегчить урегулирование его несостоятельности. В СФС указывают, что санация банков в РФ ведется в основном за счет государства, не предусмотрено возмещение этих средств за счет банковского сектора. У инвесторов нет действенных стимулов к быстрому завершению процедуры санации, к эффективной работе с проблемными активами санируемого банка; кроме того, им предоставляется недостаточно информации. Режим санации не предусматривает списания активов проблемного банка.

В своей презентации АСВ подробно останавливается на новых для российской практики механизмах бридж-банка и bail-in. Так, согласно представленной схеме, после введения временной администрации в санируемый банк его работающие активы и застрахованные обязательства, а также часть средств, не подпадающих под страховку, передаются бридж-банку (переходному банку). Третьим пунктом алгоритма значится «компенсация первой очереди», а последним — передача инвестору общего пула работающих активов и обязательств банка (продажа бридж-банка).

В СФС указывают на значительный положительный опыт использования такого механизма в США, Японии, Аргентине, Корее и других странах. Использование переходного банка дает санатору время на то, чтобы найти потенциального покупателя/инвестора, а последним позволяет провести оценку бизнеса банка и подготовить ценовые предложения. Важный с деловой точки зрения момент — отсутствие необходимости продавать активы по ликвидационной стоимости. А с точки зрения финстабильности плюсами механизма являются сохранение жизнеспособного бизнеса банка, непрерывность банковского обслуживания клиентов, а значит, повышение доверия общества к финсистеме.

Недостатками этого инструмента названы необходимость управлять двумя банками (бридж-банком и ликвидируемым) вместо одного, также отмечается, что поиск инвестора может занять много времени, а бридж-банк может потребовать поддержки государства и АСВ в виде капитала и ликвидности. Кроме того, есть риск оттока клиентов в «нормальный» банк.

В свою очередь механизм bail-in предлагается использовать для минимизации затрат АСВ при санации банка с использованием госсредств. В цифрах это выглядит так: если, допустим, у некоего неблагополучного банка имеется «дыра» в капитале в условном размере 300 единиц и по 200 единиц обязательств перед кредиторами первой и третьей очереди, то для финансирования разрыва используется 100 единиц средств кредиторов третьей очереди (эти средства принудительно конвертируются в уставный капитал банка) и 200 единиц средств АСВ (то есть государственных).

СФС и АСВ отмечают, что такой механизм позволяет экономить бюджетные средства при докапитализации банка, также обеспечивается больший уровень защищенности средств физлиц (так как банк продолжает работу и нет необходимости в выплате страхового возмещения). Более того, шансы кредиторов третьей очереди также повышаются — их требования могут быть удовлетворены в полном объеме с отсрочкой платежа либо хотя бы в большем объеме, чем при банкротстве банка. В СФС подчеркивают гибкость этого механизма и возможность его применения и в условиях передачи активов и обязательств банка.

В числе недостатков инструмента — наличие в капитале банка доли миноритариев (обязательства перед которыми были конвертированы в капитал). В АСВ признают, что наличие нежелательных акционеров в некоторых случаях может осложнить поиск инвестора для банка. Также не исключается, что может потребоваться конвертация всего объема обязательств третьей очереди ввиду отсутствия достаточного объема активов. При этом механизм не может применяться в отношении обязательств перед физлицами и индивидуальными предпринимателями в части суммы страхового возмещения.

В АСВ считают, что необходимо еще продумать, какие финансовые и правовые риски могут препятствовать внедрению этих механизмов, какие необеспеченные требования кредиторов должны быть исключены из числа подпадающих под списание или конвертацию в капитал, а также следует ли для целей применения bail-in разделить требования третьей очереди на подочереди (для использования разных коэффициентов конвертации). Например, в ЕС очередность требований физлиц, малого и среднего бизнеса выше очередности требований других необеспеченных кредиторов, а очередность требований системы страхования вкладов выше очередности требований незастрахованных вкладчиков (сверх лимита страхового возмещения), отмечают в агентстве.

Также в АСВ предлагают обдумать варианты участия банковского сектора в целом в возмещении государству расходов на санацию (такое предложение озвучено, в частности, в рекомендациях Совета по финстабильности, касающихся усовершенствования санации системно значимых банков). В агентстве напоминают, что в банковском союзе еврозоны предусмотрен специальный фонд, а в США — сборы постфактум.

В Центробанке считают принудительный bail-in преждевременным для России. «С принципиальной точки зрения мы не отказываемся от реализации в полном объеме международного опыта, но будем это делать по мере укрепления финансового состояния банковского сектора», — заявил, в частности, «Коммерсанту» зампред Банка России Михаил Сухов.

При этом как раз сейчас в РФ реализуется схема добровольной конвертации обязательств банка, напоминают СМИ. Речь идет о «Таврическом»: часть обязательств санируемого банка перед двумя крупнейшими кредиторами переоформляется в 20-летние субординированные депозиты.

Согласно опубликованной накануне информации ЦБ РФ, на 1 марта 2015 года меры по предупреждению банкротства осуществляются в отношении 17 кредитных организаций с совокупными активами 3,47 трлн рублей (4,5% от общего показателя банковского сектора).

АСВ, уже начавшее работу над законодательными изменениями для усовершенствования процедуры санации банков, представит предложения по выполнению рекомендаций Совета по финстабильности к июню, известно РБК.