Какое влияние на российский валютный рынок может оказать новая волна антироссийских санкций? И почему «иранский сценарий» для нас самый лучший?

Поднимается новая волна антироссийских санкций. 2 августа шесть сенаторов внесли в конгресс США законопроект Defending American Security from Kremlin Aggression Act of 2018 (закон о защите безопасности США от агрессии Кремля от 2018 года).

Один из шести сенаторов — Линдси Грэм назвал этот документ "sanctions bill from hell" («санкционный законопроект из ада») и заявил: «Действующий режим санкций не справился с удержанием России от вмешательства в предстоящие промежуточные выборы 2018 года. Наша цель — […] налагать сокрушительные санкции […] на Россию Путина, пока он не прекратит вмешательство в избирательный процесс в США, не остановит кибератаки на инфраструктуру США, не выведет Россию из Украины (sic! — М. О.) и не прекратит создавать хаос в Сирии».

«Адский законопроект» содержит ограничения на сделки с новым российским суверенным долгом, на энергетические и нефтяные проекты, на импорт российского урана. Также он содержит новые санкции в отношении российских политических деятелей и олигархов.

Кроме того, законопроект содержит требование о том, чтобы государственный секретарь США определил, соответствует ли Россия критериям включения в список стран — спонсоров терроризма. В этом списке пока только четыре страны: Северная Корея, Иран, Судан и Сирия.

Если Россия будет включена в этот список, то ей будет уготована судьба страны-изгоя. Соответственно, можно рассматривать сценарии с учетом этих четырех стран-ориентиров. Оптимистический — иранский вариант, пессимистический — северокорейский. Будем надеяться, что сценарии Судана и Сирии — гражданской войны — нам не грозят.

И конечно, не надо забывать венесуэльский кризис — этот сценарий тоже может в той или иной форме реализоваться в России. Следует отметить, что Россия, Иран и Венесуэла — нефтедобывающие страны.

Северокорейский сценарий пока представляется малореалистичным. Будем надеяться, что массово питаться травой россиянам не придется.

Рассмотрим иранский сценарий. Как Иран отреагировал на давление со стороны США? В апреле 2018 года Иран ограничил объем иностранной валюты, который иранцы могут держать за пределами банков, порогом 10 тыс. долларов США. Эта мера стала реакцией на девальвацию риала на треть с начала года. ЦБ Ирана предупредил, что нарушители этого ограничения могут быть наказаны за «контрабанду».

Кроме того, банкам разрешено продавать максимум 500 евро тем, кто едет в соседние страны, и максимум 1 000 евро тем, кто едет в другие страны. Причем иранцам разрешается делать такой обмен только один раз в год.

13 мая правительство Ирана снизило максимальную сумму, которую пассажирам разрешено вывозить за пределы страны, с 10 тыс. до 5 тыс. евро.

На расцветший буйным цветом черный валютный рынок посылаются полицейские патрули ловить тех, кто занимается незаконной торговлей валютой. Из-за обвальной девальвации риала происходит долларизация иранской экономики.

Итак, в рамках «мягкого» иранского сценария, если будет принят «адский законопроект», возможно ужесточение в России мер валютного контроля. В ближайшее время вряд ли дело дойдет до ограничения объема иностранной валюты, который россияне могут держать за пределами банков. А вот такие меры, как снижение максимальной суммы, которую пассажирам разрешено вывозить за пределы страны, вполне возможны. Другие очевидные следствия принятия «адского законопроекта» в полном объеме — девальвация рубля и рост процентных ставок.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции