Достоверно известно, что стоящие часы показывают правильное время два раза в сутки — то есть чаще, чем часы отстающие или спешащие. Российское правительство в этом смысле даст сто очков форы любым часам. В полном соответствии с мудрой китайской поговоркой оно сидит на берегу и дожидается, когда по реке проплывет труп его врага. А поскольку врагов у правительства много, то в ожидании самого нужного можно рассчитывать и на два-три «бонусных».

В этой связи хочется поговорить о пенсионном обеспечении. Помню, что когда реформа только начиналась, я чего-то в ней понимал. И мог даже разложить пенсионные отчисления на проценты, доступно объяснив, куда идут страховая, базовая и накопительная части и что с ними происходит потом. Более того — в конце 2003 года я даже успел перевести свои пенсионные накопления в одну из частных управляющих компаний. С тех пор жду достойной пенсии, регулярно получая какие-то бумажки и отправляя их в мусорную корзину. Поскольку уже на второй год стало понятно, что доходность моей управляющей компании, созданной весьма солидным банком, стабильно проигрывает инфляции.

Но это семечки. Уж если до кризиса было ясно, что от пенсионной реформы ждать нечего, то когда посыпался фондовый рынок, а эмитенты корпоративных облигаций начали объявлять дефолты, стало совсем невесело. К счастью, я не помню, сколько накопил к прошлому году, — и потому сплю спокойно. Если бы я помнил, то, наверное, огорчился бы. А так вроде и не жалко. Все равно эти деньги виртуальные, а потому не все ли равно, насколько уменьшился их объем. Поэтому когда управляющие компании по итогам прошлого года начали фиксировать убытки по управлению пенсионными портфелями, я не расстроился. Пускай голова болит у них — им надо показывать минимально гарантированную доходность, вот пусть и показывают, как хотят. К этому времени проблема уже давно превратилась в некий фарс: как равномерно распределить чайную ложку икры по виртуальному батону длиной в километр, если от батона к моменту выхода на пенсию останутся только крошки? Прибавкой к чему служит накопительная часть, если правительство (причем не только в России) уже выражает готовность обсуждать варианты отказа от пенсионных обязательств перед своими гражданами?

Тут мы как раз подходим к истории, ради которой затевалась такая длинная вводка. Недавно я в числе прочих журналистов встречался с одним уважаемым экономистом, светлой головой и обладателем богатого послужного списка, который, надеюсь, еще не закрыт. Речь зашла о пенсионной реформе или, скорее, проблемах пенсионного обеспечения в долгосрочной перспективе. Конечно же, все оказалось плохо. Кризис показал, что самая консервативная стратегия на нестабильном рынке не способна обеспечить даже номинальной доходности пенсионных портфелей, не говоря уже о реальной. Из-за демографических проблем поступления от работающей части населения будут во все меньшей степени покрывать расходы по выплате пенсий нынешним пенсионерам. То есть в сложившейся ситуации несостоятельным оказывается как распределительное, так и накопительное устройство пенсионной системы.

Любое решение проблемы оказывается крайне непопулярным и чреватым социальным взрывом — будь то отказ государства от пенсионных обязательств, увеличение пенсионного возраста или передача пенсионному фонду ликвидных государственных активов с целью их последующей распродажи. Но это — трудности правительства. Когда же я спросил, что можно посоветовать работающей части населения, особенно молодежи, которая при любом исходе лишится гарантий достойной старости, экономист надолго задумался, но в итоге честно признался, что ответа на этот вопрос у него нет. Причина — в инфляции. Если правительству и ЦБ по каким-то причинам оказывается невыгодно бороться с существенным ростом цен, то обеспечить достойную старость населению не смогут ни государственные институты, ни само население. Накопительное страхование жизни или отчисления в НПФ оказываются бессмысленными. Деньги лучше потратить здесь и сейчас, потому что уже в следующем году их покупательная способность упадет, а в перспективе 20—30 лет вообще окажется равной нулю. За 18 лет капитализма в России государство научилось жить с инфляцией, но не бороться с ней.

Тем не менее ответ на свой вопрос я получил. Но не от экономиста, ради которого были собраны журналисты, а от его коллеги. Что интересно — женщины. Она предложила рожать больше детей и хорошо их воспитывать. Видимо, чтобы обеспечить торжество распределительной системы хотя бы в отдельной ячейке общества, раз уж не получилось на уровне государства.

Я немножко тугодум, поэтому мысль о мудрости проводимой широким правительством политики пришла мне только на следующий день. Действительно, ведь задачу по исправлению демографической ситуации никто не снимал. И если граждан поставить, гм… то есть поставить перед фактом, что государство не в состоянии обеспечить им нормальные пенсии, а сами они никогда не накопят на достойную старость, то, действительно, остается больше рожать детей и лучше их воспитывать. Отсутствие пенсий, мне кажется, служит гораздо большим стимулом для решения демографической проблемы, чем материнский капитал. А если этой идеей проникнется большое количество граждан и гражданок, то и распределительную систему не придется на помойку выкидывать. Хорошо бы еще кто-нибудь из государственных мужей это сформулировал, чтобы до других дошло так же, как до меня. А то все думают, что правительство «чижика съело», а на самом-то деле оно медитирует, сидя на берегу реки. Дожидается, когда остановившиеся часы покажут правильное время.