Хорошие новости воспринимаются на фоне многих, многих плохих как-то особенно ярко. То, что правительство возобновляет полномасштабную антикризисную программу, как в 2009 году, — это, конечно, плохая новость. Потому что она сигнализирует о кризисе. То, что высокие федеральные чиновники описывают состояние крупного и очень крупного бизнеса такими словами: «глаза потуплены, как в 2009 году, и настроения такие же», — это тоже очень плохая новость. Наконец, когда это вы слышали от правительства, что оно готово отступиться от идеи поддержки занятости любой ценой и может допустить рост безработицы? Да, дела, видать, совсем плохи.

Но вот что рассказал на днях один крупный и отвечающий за свои слова федеральный чиновник: в новую программу антикризисной помощи решили включить не только банки с государственным участием. В ней будут полноценно работать Альфа-Банк и Райффайзенбанк. По-моему, это просто прекрасная новость.

В чем мотивы такого решения? Чиновник не стал скрывать: в ходе предыдущей программы помощь была по факту оказана скорее банкам (которые в ней не так уж и нуждались), чем предприятиям, ради которых программа была запущена. Сегодня Кабинет министров теоретически готов выделить на помощь около 100 млрд рублей (цифра еще не согласована со всеми ведомствами). И правительство не хотело бы повторить печальный опыт предыдущего кризиса, когда проблемы промпредприятий лишь усугубились (денег они получили мало, а обязательств навесили на себя сполна). Хорошо, что в правительстве понимают: единственный способ этого достичь — разорвать теплый круг госбанков, которые раньше вокруг кормушки только и крутились. Стыдно будет госбанкам вести себя, как прежде, на глазах своих «коммерческих» коллег.

Напомню, как все это выглядит. Формируется комиссия, которая решает, кому помощь оказывать. В нее входят в том числе и банки, раньше это были Сбербанк, ВТБ, Россельхозбанк и Газпромбанк. Эти банки рассказывают: мол, у нас есть клиенты, которые без помощи государства свои дела не поправят. И комиссия принимает решение: помочь. Таким образом, роль банков в комиссии куда как велика, от них зависит, каких клиентов представить и как распорядиться помощью.

Прежде, чтобы претендовать на антикризисную помощь, нужно было являться клиентом госбанка. Это в том числе объясняет, почему у госбанков так много клиентов. Если ты клиент того же Альфа-Банка, прежде тебе никакая госпомощь не светила по определению. Решение принять два банка со стороны далось непросто, было много противников, аргумент нашли весьма странный: мол, раз Газпромбанк формально не государственный, значит, можно и частные банки пускать! Логика лукавая, но с ней согласились. Почему в комиссию взяты именно эти два банка, чиновники не поясняют, но выбор выглядит вполне логичным.

Какое последствие может иметь это решение? Во-первых, оно действительно может способствовать тому, что антикризисная помощь сработает лучше, чем прежде. Тем более что правительство пытается разработать несколько более модифицированный механизм предоставления помощи. Он основывается на фондировании со стороны ЦБ, но, поскольку детали еще остаются предметом дискуссий, мы в эту тему влезать не будем.

Во-вторых, совершенно очевидно, что решение сдержит отток клиентов из комбанков и даже сформирует у крупных клиентов мотивацию обслуживаться не в госбанке, а там, где удобнее. Это очень ценно, поскольку в ходе зачистки банковской системы доверие к негосударственным банкам оказалось сильно подорвано.

Участие двух крупных частных банков в антикризисной программе — гарантия их сохранения как минимум на двухлетнем горизонте. А где два банка — там и с десяток примыкающих к ним по параметрам. Что дает бизнесу некую уверенность в том, что банк, с которым ты работаешь, не пойдет внезапно ко дну.

Если правительство будет и дальше диверсифицировать свою работу с банковским сектором, разговоры о том, что банковскую систему ждет неизбежный кризис, станут менее острыми. Это благотворно скажется и на банковской системе, и на деловом климате вообще. Осталось «держать кулачки» за всю эту затею. Ведь госбанки — хитрые, обладают разными рычагами влияния и мириться с потерей монополии на антикризисную помощь не будут.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции