Итоги стартовавших в Сочи зимних Олимпийских игр страна будет подводить еще долго после их закрытия. Однако Олимпиаду по экономике Россия если не проиграла, то уж точно не выиграла.

Накануне открытия Игр в Сочи случилась любопытная заочная полемика между первым заместителем председателя ЦБ Ксенией Юдаевой и научным руководителем Высшей школы экономики Евгением Ясиным.

Отвечая на вопрос о влиянии Олимпиады на экономику и курс рубля, Юдаева сказала, что приехавшие на Игры туристы могут обеспечить некий приток капитала в страну (за январь чистый отток составил аж 17 млрд долларов, половину официального прогноза правительства на год. — Прим. ред.), а курс рубля олимпийские старты не укрепят. «Какой-то эффект будет, но его обсуждают как более масштабный, чем он есть на самом деле», — отметила Юдаева. Что касается январского обвала рубля, его главный макроэкономист ЦБ объяснила «стадным инстинктом инвесторов», массово выводящих деньги с развивающихся рынков, не понимая, чем обернется возможное сворачивание программ поддержки экономики в развитых странах.

Когда нечто подобное РБК спросил у Евгения Ясина, экономист понял вопрос так, что у него хотят узнать, не обвалит ли Олимпиада рубль еще сильнее. «Обычно такие большие события оказывают влияние, ведь определенное значение имеет репутация страны», — ответил Ясин. «У России не очень хорошая репутация, но я не думаю, что сочинская Олимпиада станет причиной краха рубля. В конце концов, все крахи бывают оттого, что кто-то слишком много потратил или были большие расходы в течение длительного периода времени, ну или снижались многие национальные индикаторы. Ничего такого нет», — сказал он.

Сам факт, что вопрос о влиянии Олимпиады на рубль и экономику один экономист понял как вопрос о возможных негативных последствиях, а другой — как о возможных позитивных, очень показателен. Это говорит о текущем состоянии российской экономики. Одни воспринимают Олимпиаду как источник экономических бед, другие — как спасение.

Когда шесть лет назад российская заявка на зимние Игры в Сочи победила конкурентов, в стране был достаточно бурный, по нашим меркам, экономический рост. Постоянно возрастающие мировые цены на энергоносители исправно обеспечивали казну рекордными объемами валюты. Сильного оттока капитала до кризиса 2008—2009 годов не происходило. Профицит бюджета увеличивался год от года, о дефиците и речи не было.

В таких условиях никто в принципе не рассматривал зимнюю Олимпиаду в субтропиках как проект, который должен каким-то образом взбодрить российскую экономику или вдохнуть новую жизнь в финансовый сектор. Просто экономика и финансовая система и так казались вполне живыми. Скорее, речь шла о том, что Олимпиада поможет завести в Сочи регулярную канализацию и стабильное электроснабжение, которых на главном российском курорте не было. Так что если содержимое унитазов не начнет сливаться на сочинские улицы, а лампочки в домах и отелях будут гореть исправно, то изначальные экономические задачи Олимпиады можно считать успешно выполненными.

Но пока Россия готовилась к своей зимней Олимпиаде в субтропиках, ее, похоже, настиг экономический кризис. К тому же затраты на Игры оказались выше самых дерзких мечтаний, даже с поправкой на коэффициент коррупции. Понятно, что освоение сочинских «олимпиардов» рублей — скажем осторожно: пока — не способствовало оживлению российской экономики, созданию новых постоянных рабочих мест и расцвету банковской системы.

Олимпиада оказалась отличным тестом на отдачу прямых государственных инвестиций в мегапроекты, о чем долгие годы мечтали критики «либералов» и «монетаристов» в российском правительстве. Оказалось, что сами по себе инвестиции государства не являются благом, если в стране не созданы необходимые условия для свободного предпринимательства. В окупаемость большинства олимпийских объектов не верит никто. По поводу того, что Сочи станет доступным популярным круглогодичным курортом (такая задача ставилась), тоже есть большие сомнения. Прежде всего в части доступности для туристов по соотношению «цена — качество».

Объем кредитов на строительство олимпийских объектов, которые окажутся безвозвратными, до сих пор неясен ни заемщикам, ни государству. Объем необходимой докапитализации главного кредитора олимпийских строек Внешэкономбанка, с учетом олимпийских займов и подготовки к чемпионату мира по футболу — 2018, оценивается в 1,5 трлн рублей. Где взять эти деньги, государство пока не решило. Часть уже взяло из наших накопительных пенсий. Куратор олимпийских строек вице-премьер Дмитрий Козак недавно заявил, что до 2015 года будет объявлен мораторий на выплату процентов по части олимпийских кредитов. Но этот мораторий рискует стать бессрочным и не только на проценты.

Вот и получается, что Олимпиаду по экономике Россия как минимум не выиграла. Теперь придется «болеть» за чемпионат мира по футболу.