Отток капитала из России в первом квартале уже превысил впечатляющие показатели всего 2013 года и на конец марта составит 73—75 млрд долларов. По крайней мере, так считает директор Центра структурных исследований Института экономической политики им. Егора Гайдара Алексей Ведев. Специалисты центра, по его словам, отслеживают ситуацию в ежедневном режиме, что позволяет оперативно оценивать происходящие события. По официальным данным, тоже озвученным во вторник, отток за первые два месяца достиг 35 млрд долларов. Учитывая события марта, можно ожидать, что чиновники по итогам квартала подтвердят цифры Гайдаровского ИЭП.

В целом отток капитала — не всегда абсолютное зло, он компенсирует слишком большую положительную разницу внешнеторговых операций и, например, не позволяет слишком сильно укрепляться национальной валюте. Проще говоря, в нормальной ситуации отток капитала — своего рода избавление от лишнего «жира» в экономике. Проблемы начинаются, когда вместе «жиром» снимается и «мясо», а то и «кости». В этом смысле 75 млрд долларов за квартал — это уже «мясо».

Вопрос в том, что будет дальше. Вчерашний бурный рост цен акций на Московской бирже и укрепление рубля могут настроить не слишком внимательного зрителя на позитивный лад: мол, Крым присоединили, жестких санкций не последовало, проблемы решены, теперь рынки должны выйти на прежние уровни, а люди — снова зажить спокойно и радостно. В определенной степени это так: в цены акций и валют были заложены намного худшие последствия аннексии Крыма, чем мы пока наблюдаем, поэтому в случае, если Европа и США оставят все как есть, рынки на какое-то время воспрянут. Но, во-первых, санкции еще могут последовать, а во-вторых, более фундаментальные проблемы российской экономики никуда не делись. Экономика не просто стагнирует, она уже активно падает: по данным известного специалиста по экономической статистике Гирша Ханина, снижение ВВП России в прошлом году достигло 2—3%. Выход из кризиса, в котором экономика уже погрязла, возможен только за счет гигантских инвестиций в основные фонды. Сейчас же говорить об инвестициях нелепо.

По прогнозу Института Гайдара, резкое успокоение внешнеполитический ситуации и правильные действия властей в экономике способны лишь заморозить нынешнее положение дел: отток капитала в этом случае составит «всего» 3—10 млрд долларов за второй квартал, рубль немного укрепится. При этом будем откровенны: перечисленные условия стабилизации ситуации представляются скорее сверхоптимистичными, чем реалистичными. Реальность жестче. «Даже приблизительно трудно посчитать, что будет с экономикой при оттоке 200—250 миллиардов долларов. Это уже будет другая финансовая система, другая экономика», — говорит Алексей Ведев.

Это не очередная «пугалка» о неких возможных в будущем негативных тенденциях. Процесс уже идет, он виден, он ощутим даже по официальным цифрам и данным. Вопрос только в скорости развития полномасштабного кризиса: при введении хоть сколько-нибудь значимых в экономическом смысле внешних санкций отток капитала продолжится и усилится, а значит, падение рубля (которое теперь больше зависит именно от движения капитала, чем от нефти или других факторов) значительно ускорится.

Дальше правительству и Центробанку придется решать, что со всем этим делать. Пока речи о радикальных действиях типа валютного контроля и ограничения потоков капиталов не идет. Замминистра финансов Алексей Моисеев во вторник заявил: «Я являюсь противником валютного контроля. Мне кажется, во всех сценариях валютный контроль не будет являться той мерой, которая будет эффективно работать. Насколько мне известно, введение валютного контроля в практической плоскости не обсуждается». С одной стороны, такое заявление (и аналогичное, сделанное министром экономического развития Алексеем Улюкаевым) должно успокоить наблюдателей. Но с другой — даже если верить чиновникам, нечто, что не обсуждается сейчас, легко может начать обсуждаться завтра или через неделю. И уж тем более внезапно оказаться бывшим министром или замминистра в России можно в любой момент.

А что сейчас обсуждают будущие министры и замы министров, известно только им.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции