Странно наблюдать за тем, как доллар и евро — а вернее, счета в них — в одночасье утратили привлекательность стабильности, став весьма рискованным активом. В условиях отвоевывания рублем своих позиций может даже показаться, что патриотизм возьмет верх над экономическим рационализмом. Понять, где среди причин экономических событий есть логика рынка, а где — интервенции (словесные и денежные) финансовых властей, в последние дни очень непросто. Даже если знать, что налоговый период заканчивается, а санкции толком еще и не начинались. Но тем интереснее спрогнозировать отношение частных клиентов банков к валютным активам.

Конечно же, «страны победившей демократии» в угоду политикам частные накопления, если речь не идет о конкретных лицах, замораживать не будут. Более того — любой банк, подпавший под санкции, посчитает своим долгом защитить клиентов, тем более что государственная поддержка (как в случае с банком «Россия») ему обеспечена. Даже если ты находишься вдали от родины с единственной заблокированной карточкой в кармане, мысль о том, что тебя морально поддерживают все патриоты России, радует: ждите ободряющего звонка из консульства. Правда, некоторые дальновидные российские инвесторы все равно начали задумываться о выводе своих активов из-под иностранных юрисдикций. Пример Геннадия Тимченко, хотя и вызванный американскими санкциями, может оказаться заразительным.

Как уверяют банкиры, таких немало. Российские управляющие уже готовятся формировать больше фондов, ориентированных исключительно на инвестиции в российские ценные бумаги и недвижимость. Спрос на них в ближайшие месяцы будет только расти, опять же на Южном берегу Крыма еще есть пригодные для освоения участки в живописных местах.

Будет очень интересно, если окажется, что меры по деофшоризации, реализуемые последние полгода, плюс запрет чиновникам иметь активы за рубежом, плюс санкции (а больше — угроза санкций) дадут синергетический эффект в виде возврата капиталов из-за рубежа в таких объемах, чтобы это начало положительно влиять на курс рубля. Но верится в это, конечно, с трудом.

Для частных вкладчиков важно будет в ближайшее время понять, в какой реальности они находятся — середине 1990-х с высокой инфляцией и девальвирующимся рублем, или в 2000-х с рублем укрепляющимся. Но не исключен и третий вариант. Если иностранная валюта перестанет быть более надежной, чем рубль (даже не в курсовом, а в политическом смысле), то банки могут отразить это в ее стоимости, подняв ставку по валютным вкладам. В условиях, когда российские корпоративные заемщики встречают более жесткие условия на западных рынках, представляется оправданным изменение цен на валюту и для российских физиков. В итоге валютные вклады будет делать опасно, а брать валютные займы — дорого. Поэтому почти пятая часть рынка вкладов, приходящаяся на валюту, может довольно быстро упасть до мизерных долей. Кредиты же совсем сойдут на нет.

Зато рынок наличной валюты ждет небывалое возрождение. С учетом того, что можно ожидать ускоренного перевода всех зарплатных карт из международных систем в национальную (по обещанию Германа Грефа, на ее запуск уйдет от двух до шести месяцев), Visa и MasterCard вновь вернут себе статус «продукта не для всех». Их будут заводить на свой страх и риск за дополнительную плату те, кто регулярно ездит за рубеж. Но и они долго еще не смогут избавиться от привычки брать с собой в путешествия наличную валюту, чтобы не остаться перед лицом мирового империализма с голой карточкой.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции