Как известно, Остап Бендер знал 400 сравнительно честных способов отъема (увода) денег. Но ему был неведом самый простой и эффективный способ — насосаться вкладов, а затем незаметно исчезнуть, оставив АСВ разбираться с вкладчиками. Причем вероятность сесть за эти проделки близка к нулю.

Посмотрел на статистику по вкладам банков, у которых лицензии были отозваны начиная с 20 ноября 2013 года (дата отзыва лицензии у Мастер-Банка). В этой группе бросается в глаза значительное число банков, у которых за период с 1 ноября 2012 года по 1 ноября 2013-го вклады выросли более чем двукратно. Это «Монолит» (вклады выросли более чем в 6 раз — на 517%, или на 5,8 млрд рублей), Национальный Банк Развития Бизнеса (вклады выросли почти в 3 раза — на 182%, или на 1,9 млрд рублей) и, наконец, банк «Западный» (вклады выросли более чем в 2 раза — на 118%, или на 11,8 млрд рублей). Был еще Линк-Банк, в котором вклады выросли более чем в 5 раз, но в абсолютном выражении прирост был невелик.

Еще пара банков-покойников демонстрировали темп роста, существенно опережающий среднерыночный уровень (+21,7% за этот период). Это Смоленский Банк (вклады выросли на 79%, или на 6,7 млрд рублей) и Русский Земельный Банк (прирост вкладов на 67%, или на 2,1 млрд рублей). Причем в предшествующие 12 месяцев — с 1 ноября 2011 года по 1 ноября 2012-го — вклады в РЗБ выросли почти в 12 раз: на 1 091%, или на 2,8 млрд рублей.

А теперь посмотрим, какие из «живых» банков демонстрируют рекордный рост вкладов. Бросается в глаза группа из двух банков. Это «Российский Кредит» и КРК Банк. С 1 апреля 2013 года по 1 апреля 2014-го вклады в «Российском Кредите» выросли на 452%, или на 14,8 млрд рублей, в КРК Банке — на 336%, или на 5,4 млрд рублей. В «Российском Кредите» Анатолий Мотылев является председателем совета директоров и одним из акционеров (большая вероятность, что банк полностью принадлежит ему). По информации СМИ, Мотылев приобрел КРК Банк. Сделка прошла, вероятнее всего, в начале 2013 года. Анатолий Мотылев был владельцем банка «Глобэкс», который рухнул осенью 2008 года. ВЭБ потратил на санацию этого банка более 80 млрд рублей.

В связи с этим возникает вопрос о собственниках кредитных организаций, которые после разорения одного банка покупают другой. Существует абсурдная ситуация: с одной стороны, топ-менеджеры банков, у которых были отозваны лицензии, попадают в черный список ЦБ независимо от того, внесли они вклад в разорение финучреждения или нет. С другой стороны, собственники банков, лишившихся лицензии, часто вновь возвращаются к своему взрывоопасному бизнесу. «Посадка» Глеба Фетисова, экс-владельца Моего Банка, — почти уникальна. Экс-владелец банка «ВЕФК» Александр Гительсон сел по делу о хищении средств у депутата Аднана Музыкаева, а Матвей Урин изначально сел за хулиганство, а не за возведение банковской пирамиды.

Сам по себе агрессивный рост вкладов не является смертным грехом. Вопрос в том, на что направлен этот рост: на финансирование собственного бизнеса владельца банка или на кредитование не связанных с банком сторон. Второй вопрос — насколько эффективно используются полученные ресурсы, рентабелен ли бизнес банка. В связи с этим вопросом рассмотрим еще один банк, демонстрирующий очень высокие темпы роста вкладов, — «Югру». С 1 апреля 2013 года по 1 апреля 2014-го вклады в этом банке выросли почти в 4 раза — на 284%, или на 27,4 млрд рублей. Между тем «Югра» за I квартал 2014 года получила убыток в размере 1,1 млрд рублей. За 2013 год кредитная организация получила чистую прибыль в размере 3,9 млрд рублей. Однако источником этой прибыли стали доходы от безвозмездно полученного имущества в размере 7,2 млрд рублей. Без этого дохода банк получил бы убыток в размере 3,3 млрд рублей.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции