На фондовом рынке есть несколько как бы общеизвестных, но не произносящихся вслух истин. Одна из них заключается в том, что никакой адекватной предсказательной фондовой аналитики попросту не существует. Да и роль тех, кого в инвесткомпаниях или банках по традиции называют «аналитиками», кардинально отличается от народных представлений об этой профессии. В последние недели эта истина постепенно проникает в головы россиян, хотя бы краем глаза следящих за биржевыми индексами.

Попробуем разобраться в том, что могут и чего не могут делать инвестаналитики. Могут они только одно: подсчитать примерную объективную стоимость компании на данный момент. Естественно, с массой оговорок и поправок. Делается это многими способами, самый простой из которых — считать долю в приобретаемой компании аналогом инвестиций в некий бизнес. Тогда, зная текущие и прогнозные показатели работы компании (выручку, прибыль, задолженность, стоимость имущества), можно примерно прикинуть стоимость всего ее бизнеса. А значит, и «объективную» цену акций.

Самое смешное, что знание этой величины не так уж ценно — особенно в условиях российской «стабильности», когда власти то войну начинают, то обещают докторов на бизнес наслать, то угрожают лицензию отозвать, чтобы бизнесмены «не скулили» из-за произвола чиновников. Тем не менее, подчеркну еще раз, объективная оценка стоимости компании — это единственный параметр, который могут подсчитать грамотные аналитики.

Реальный же фондовый рынок зависит от совсем другого фактора — притока капитала. Заведут инвесторы «свежие» миллиарды на рынок — цены идут вверх. Забирают по каким-то причинам деньги — акции падают, не обращая внимания на «правильные» уровни. И далеко не всегда эти движения происходят по мотивам, связанным с нашим рынком и компаниями, на нем присутствующими.

Скажем, изменения кредитных рейтингов стран приводят к автоматическому переливу капитала тех крупных инвестфондов, для которых этот показатель важен. А потребность в деньгах для покрытия убытков нью-йоркского офиса какого-нибудь банка заставляет этот банк продавать те же российские или бразильские акции просто потому, что вложения в них считаются более рискованными, чем в американские или европейские. Неожиданные действия российского правительства и ЦБ по «высушиванию» ликвидности или ее раздуванию тоже добавляют острых ощущений участникам рынка. Вообще, это отдельная тема: адекватность инвестиционных решений крупнейших игроков (с точки зрения «изнутри рынка») — не меньший миф, чем адекватность прогнозов аналитиков.

В дополнение к финансовым потокам влияние на котировки оказывают и спекулянты. Именно в дополнение: роль спекулянтов — лишь посильнее «раскачать лодку», войдя в резонанс с движениями крупных игроков.

Чтобы дать правильный прогноз на более-менее отдаленную перспективу (хотя бы от нескольких недель), аналитик должен ответить на три вопроса: «В какую сторону пойдут финансовые потоки?», «Каков будет их размер?» и «В какой момент начнется основное движение (или изменится направление)?». Учитывая, что на движения «крупняка», как я уже сказал, влияют очень разные, совершенно независящие друг от друга и зачастую не связанные с российским рынком факторы, дать более-менее точный и обоснованный ответ на три вопроса сразу не может никто. Да и на каждый в отдельности тоже ответить крайне сложно. Проще говоря, это чистая угадайка. Уверен, что опрос сотни обезьян относительно величины индекса через несколько месяцев даст примерно тот же результат, что и опрос сотни аналитиков. Кто-то угадает и получит свой банан или прибавку к жалованию.

Зачем же тогда компании держат в штате этих сотрудников, да еще и платят им приличную зарплату? Только для рекламы. Тем, кто совершает сделки на рынке, элементарно некогда общаться с прессой и строчить «исследования» — у них есть более важные дела. Поэтому и нужны люди с хорошо подвешенным языком, быстрыми пальцами и неплохим пониманием текущего положения дел. Аналитик — лицо фирмы. Бывает, что его бонус напрямую зависит от количества упоминаний его фамилии (и названия фирмы) в прессе. Это своего рода шоумен, который должен привлекать внимание к своему работодателю.

Солидные компании держат целый штат аналитиков-говорунов, каждый из которых отвечает за определенное направление и вряд ли будет рассуждать о рынке кофе, если сам занимается акциями нефтяных компаний. Но суть от этого не меняется.

Поэтому, если вы видите, что некий аналитик прогнозирует курс той или иной бумаги или тем более индекса на несколько месяцев вперед, — улыбнитесь: перед вами пиарщик. Его задача — сделать так, чтобы запомнили название его компании. А прогноз по точности вряд ли будет отличаться от того, что вы сделаете сами.

Артем ЕЙСКОВ