Кризис американской ипотеки sub-prime учит: кредит беднейшим слоям населения взрывоопасен. Российский бум розничного кредита был в первую очередь ориентирован как раз на бедных.

В частности, у Хоум Кредит Банка, одного из лидеров розничного кредита, большая часть кредитного портфеля – 98,3% – приходится на самые дорогие кредиты: кредиты наличными, потребительские кредиты и кредиты по кредитным картам. Всего 287,6 млрд из 292,7 млрд рублей, без учета резервов на конец 2014 года. У Тинькофф Банка на кредиты по кредитным картам и кредиты наличными приходилось 92,2% розничного кредитного портфеля: 86,6 млрд из 93,9 млрд рублей.

Обеспеченный и финансово грамотный человек не польстится, например, на кредит наличными из-за его высокой цены. Бедным на другой кредит рассчитывать не приходится, разве что на еще более дорогой заем микрофинансовой организации. Возникает кажущийся парадокс: самые дорогие кредиты предназначаются самым бедным. Однако парадокса здесь нет: чем беднее заемщик, тем выше риск его дефолта.

Кредиты sub-prime относятся к категории inferior goods (неполноценные блага). А спрос на inferior goods снижается с ростом доходов и повышается с их снижением. Характерный пример inferior goods – фастфуд и секонд-хенд. Также и спрос на кредиты sub-prime снижается с ростом доходов и повышается с их снижением.

Другая категория заемщиков, привлекаемых самыми дорогими кредитами, – мошенники, заведомо не собирающиеся возвращать деньги. В результате возникает известный из теории контрактов эффект adverse selection (неблагоприятного отбора) – за кредитом обращаются наименее кредитоспособные заемщики. Этот термин пришел из страхования – договор страхования стремятся в первую очередь заключить те, у кого наиболее высок риск наступления страхового случая. Например, договор страхования здоровья стремятся заключить больные люди.

Почему кредит маргиналам столь опасен? В колонке «Минное поле Клондайка» я отвечал на этот вопрос: «Обнищание населения наиболее критично для рынка необеспеченного потребительского кредита, так как целевая аудитория банков, специализирующихся на этом рынке, – «пограничный» слой населения, доходы которого располагаются непосредственно над уровнем бедности. Даже незначительное снижение доходов этого слоя ведет к его переходу в состояние неплатежеспособности». Для более состоятельных людей такой эффект отсутствует – снижение их доходов, скажем, на 10% не сделает их нищими.

По данным компании Nielsen, из-за стремительного роста цен и ухудшения ситуации на рынке труда почти каждому пятому россиянину (18%) доходов теперь хватает только на еду и оплату прочих жизненно важных нужд. Тогда как даже в 2009 году об отсутствии свободных денег заявляли только 4–7% россиян.

По данным Росстата, реальные располагаемые доходы (доходы за вычетом обязательных платежей, скорректированные на индекс потребительских цен) снижаются пятый месяц подряд, начиная с ноября 2014 года. Причем с начала 2015 года сокращение реальных доходов ускоряется: в январе они сократились в годовом исчислении на 0,8%, в феврале – на 1,6%, в марте – на 1,8%. В I квартале 2015 года реальные доходы россиян сократились на 1,4%, тогда как за весь 2014 год – на 0,8%.

Кроме того, из-за кризиса возникает еще один эффект. Многие заемщики рефинансировали свои долги за счет новых кредитов, создавая «персональные пирамиды». В условиях кризиса эта лазейка блокируется.

В колонке «Минное поле Клондайка» я писал: «В условиях экономического роста фокусирование на заемщиках-маргиналах может быть вполне прибыльным, но в условиях экономического спада оно неминуемо ведет к убыткам из-за стремительного роста «плохих» долгов».

И действительно, большинство розничных банков получили убытки за 1 квартал 2015 года. Более того, они в числе лидеров по убыткам: среди топ-10 по убыткам – четыре розничных банка, среди топ-20 – шесть.

Проблема усугубляется действиями ЦБ: регулятор фактически ограничил процентные ставки по необеспеченным потребительским кредитам. В частности, повышены до 600% коэффициенты риска по необеспеченным потребительским ссудам со ставками выше 60% годовых, выданным с 1 января 2014 года. Кроме того, с 1 июля вступит в действие ограничение значения полной стоимости потребительского кредита, предусмотренное законом «О потребительском кредите (займе)»: «На момент заключения договора потребительского кредита (займа) полная стоимость потребительского кредита (займа) не может превышать рассчитанное Банком России среднерыночное значение полной стоимости потребительского кредита (займа) соответствующей категории потребительского кредита (займа), применяемое в соответствующем календарном квартале, более чем на одну треть».

Розничные банки загнаны в ловушку: резко растут «плохие» долги, а компенсировать возросшие кредитные риски ростом процентных ставок они не могут.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции