Пока командиры российской банковской системы рассказывают журналистам о ее скорой гибели под натиском высоких технологий, треть россиян не имеют ничего общего даже с действующей банковской системой. Десятки миллионов наших сограждан продолжают жить в параллельной финансовой реальности.

Многие, наверное, помнят знаменитый анекдот начала 90-х про нового русского, который встретил на улице изможденного человека, просившего милостыню. В ответ на реплику просителя: «Я уже четыре дня не ел», — новый русский сердобольно посоветовал: «Что вы, батенька, надо себя заставлять». Анекдот с годами не теряет актуальности и даже, кажется, прибавляет. Потому что это не анекдот, а часть реальной жизни.

Национальное агентство финансовых исследований (НАФИ) на днях опубликовало итоги опроса, согласно которому более половины подростков (57%) в возрасте 14—17 лет делали сбережения в течение 2015 года, а треть — брали деньги в долг. На момент опроса имели накопления 42% опрошенных. Чаще всего подростки копят на новый телефон (13%), подарок (12%), одежду или обувь (9%). В общем, если верить опросу, тинейджеры живут бурной финансовой жизнью. Особенно поражает воображение цифра — 42% подростков, имеющих накопления. Это прямо как-то очень много — видимо, опрашивали только жителей столицы или крупных городов. Для сравнения: в марте 2016 года исследовательский холдинг «Ромир» проводил опрос о сбережениях россиян всех возрастов. По итогам этого исследования выяснилось, что никаких накоплений нет у 73% россиян. При этом у 61% опрошенных, по их словам, сбережений не было никогда (самый высокий показатель подобных опросов за десять лет), а 12% имели накопления, но проели их за два кризисных года. Хорошо, что подростки приобретают опыт «накопительства», но для большинства российских семей нет такой проблемы: им копить нечего.

По данным компании Synovate Comcon на начало 2015 года (вряд ли с тех пор цифра существенно изменилась, тем более едва ли в сторону увеличения), доля пользователей банковских услуг в России составляла 63%. Проще говоря, треть россиян вообще не имеет дела с банками. В совместном исследовании Министерства финансов и Всемирного банка «Уровень доступности финансовых услуг в РФ», обнародованном в апреле 2016 года, говорится, что только 18% опрошенных россиян имеют вклады в банках.

И вот на таком фоне (сюда же можно добавить падающие без перерыва с ноября 2014 года реальные доходы россиян — в апреле 2016 года они сократились еще на 0,8% к апрелю 2015-го) глава крупнейшего российского банка говорит, что в ближайшем будущем действующая банковская система в России обречена на гибель. «Все функции абсолютно постепенно заменяемы алгоритмами. Они могут привести к тому, что банковская система станет одноуровневой, то есть Центральный банк — и всё. Мы все открываем счета в Центробанке, а дальше — дело техники. Я себя готовлю к такому будущему», — заявил Герман Греф.

С одной стороны, государство создает Почта Банк, главный смысл существования которого — донести элементарные банковские услуги до самых отдаленных уголков страны. С другой — руководитель финансовой организации, которая сама по себе отдельная банковская система, «угрожает» нам скорой технологической революцией, которая убьет банки и банковские услуги в их привычном виде. Кто прав?

Самое смешное, что — с большой поправкой на реализацию, ибо в России очень часто даже если мечты государства и сбываются, то не так, не там и не тогда, как оно мечтало, — в этих действиях и прогнозах нет особого противоречия. Понятно, что в любой стране мира, особенно такой большой по территории и численности населения, как Россия, есть существенное имущественное расслоение. В России к тому же в силу неразвитости финансовой и коммуникационной инфраструктуры велик разрыв между «продвинутыми» и «непродвинутыми» гражданами.

В том, что технологическая революция возможна и в нашей гигантской, местами «спящей» стране, свидетельствует пример проникновения Интернета и мобильных телефонов. Теперь Интернет в России есть почти везде, а мобильников на руках у населения больше, чем самого населения, как во всех развитых странах. Как известно, географически Россия расположена в Евразии. При этом вы не найдете ни одной европейской страны, где бы треть населения не пользовалась банковскими услугами (разве, может быть, Албания). Зато в Азии такие страны при желании обнаружить можно.

Что следует из всех этих рассуждений? Только то, что в единой финансовой реальности все россияне в обозримом будущем явно не окажутся. Что уже довольно старая шутка команды КВН «Кефир» из города Нягани, расположенного в Югре, на железнодорожной линии Ивдель — Приобье Свердловской железной дороги, о мечте «поехать на Ибицу, которая, как Люберцы, поселок городского типа, чтобы увидеть там банкомат Сбербанка», еще долго будет адекватно описывать реальность. Что блокчейн Почта Банку (и наоборот) не помеха.

Было бы что сберегать, а где хранить — люди разберутся: хоть в банке в своем огороде, хоть на личном счете в ЦБ, когда (точнее, если) других банков в стране не останется…