Игорь Хохлов: Хавала вне закона, и бороться с ней сложно

Игорь Хохлов: Хавала вне закона, и бороться с ней сложно

10302

В конце XX — начале XXI веков правительства крупнейших стран мира внезапно обнаружили, что немалая часть международных финансовых потоков проходит мимо контролирующих органов. В частности, речь идет о распространенной среди мусульман неформальной финансово-расчетной системе «хавала» (Hawala), основы которой были заложены еще в средние века. Что помогло ей выжить?

Научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений РАН, кандидат политических наук Игорь Хохлов рассказал об особенностях хавалы в интервью Banki.ru.

Игорь Хохлов — эксперт по вопросам международного терроризма и опийной наркоторговли, кандидат политических наук, научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений Российской академии наук.

Как легальные корни пустили нелегальные побеги

— Игорь Игоревич, о хавале стали много говорить на Западе после известных событий 11 сентября, когда выяснилось, что международный терроризм можно финансировать по схемам, альтернативным официальным банковским расчетам. Но это явление существовало и раньше?

— Разумеется. Эта система сформировалась в эпоху раннего средневековья в Индостане, первые упоминая хавалы встречаются в юридических документах, датированных 8 веком нашей эры. Купцы, не желавшие, по понятным причинам, возить с собой значительные материальные средства, пользовались клиринговой системой, по сути своей мало отличающейся от современных систем безналичных расчетов, основанных на многостороннем зачете взаимных встречных обязательств всех участников. Аналогичные хавале»системы действовали во многих регионах мира: фэй чьен (фей-чиен) (Китай), падала (Филиппины), худж (Пакистан), хуи куан (Гонконг), кса-вилаад (Сомали) и фей кван (Таиланд) и т. д.

Само слово «хавала» переводится с арабского как «вексель», «расписка». Современное значение на арабском банковском жаргоне — «переводить» или «телеграфировать». В египетском диалекте арабского языка оно означает бартер, прямой обмен ценностями между людьми. В современном смысле этого слова оно может переводиться как «доверие», без которого функционирование такой ситемы невозможно.

— Как случилось, что столь архаичная система оказалась востребована в современном мире? В чем ее преимущества?

— Хавала имеет ряд серьезных преимуществ перед банковской системой. Во-первых, она основана на доверии и тесных связях членов этнических общин между собой. Хаваладары [хаваладас или хаваладар — финансовый оператор хавалы — А. В.] являются членами одних племенных групп, тем самым снимается основная проблема, существующая в любом бизнесе, — ответственности за нарушение условий контракта. В силу того, что все сделки основаны на доверии, хавала может функционировать в условиях правового вакуума, в отличие от банковской системы, которой требуются четкие, закрепленные законодательно, «правила игры».

Во-вторых, оживлению хавалы способствовала контрабанда золота в 1960-1970-е годы из Южной Азии в Дубаи и Абу-Даби, служившие крупнейшими центрами ювелирной торговли. Самым быстрым, безопасным, и, главное, невидимым для национальных и международных служб финансового мониторинга способом получения платы за поставленный товар оказалась именно хавала.

В-третьих, с ростом трудовой миграции во второй половине XX века — только по официальным данным, в минувшем году более 200 млн человек, или 3% мирового населения, проживали вне своей исторической родины — возникла потребность в эффективной и дешевой системе переводов доходов трудовых мигрантов на родину. Миллионы пакистанцев, бангладешцев и индийцев, работающих за границей, отправляют заработанные деньги своим семьям с помощью хавалы. Так, в одной только Испании более 100 тысяч проживающих в стране мусульман из Южной Азии и Ближнего Востока ежегодно посылают на родину порядка 300 млн евро по каналам хавалы. Кстати, именно поэтому хавала особенно распространена в странах Персидского залива, где работают несколько миллионов выходцев из Индии, Пакистана, Шри-Ланки, Бангладеш, Афганистана.

Тогда и началась новая жизнь старой системы, которая позволяла уходить не только от уплаты налогов и комиссии за проведение транзакций, но и давала возможность хаваладас хорошо зарабатывать на конвертации валюты. Ведь в западной стране гастарбайтер передает им доллары или евро, а на месте, в родной деревне, его родственники получают перевод в местной валюте.

Если до 1960-х годов хавала действовала преимущественно на Аравийском полуострове, Южной и Восточной Азии, Индии и Пакистане, то начиная со второй половины 1970-х годов операции в рамках системы приняли мировой характер.

— Сопряжена ли хавала каким-либо образом с официальными банковскими институтами или это совершенно независимая структура?

— Безусловно, важную роль в распространении хавалы в странах Запада сыграла готовность западных компаний сотрудничать с исламскими финансовыми институтами в разработке нефтяных месторождений и добыче нефти, развитии новых отраслей производства и в сфере сельского хозяйства. Работа в исламских странах с местными финансовыми институтами практически неизбежно сопровождается сотрудничеством с этой системой.

В силу специфики общественно-экономических отношений, зачастую бывает сложно провести грань между официальным банковским институтом и теневой сферой. Большинство ведущих западных юридических и финансовых компаний, таких, как Norton Rose Group, Freshfields Bruckhaus Deringer, Clyde & Co. и Clifford Chance), имеют отдельные подразделения, специализирующиеся на особенностях исламской банковской системы (так называемые «Islamic Finance teams»).

 

За морем телушка — полушка, да рубль — перевоз…

— Как известно, конкурентоспособность любого бизнеса напрямую зависит от его способности предложить качественные услуги по низкой цене? Как обстоят с этим дела у хавалы?

— Как раз с этим у неё все замечательно: комиссионные, взимаемые хаваладас за проведение финансовых операций, на 1—2 порядка ниже, чем при переводе денег через Western Union или в рамках другой аналогичной легальной банковской системы. Если официальные институты взимают со своих клиентов 10—15% от переводимой суммы, то хаваладас берут только 1—2%. При этом перевод значительных сумм обходится еще дешевле — десятые доли процента. Кстати, во многих регионах с неразвитой банковской сетью официальные банки, пользуясь отсутствием конкуренции, берут совершенно нереальные комиссионные, часто превышающие половину переводимой суммы.

— Но для того, чтобы розничный бизнес был доходен при столь мизерных комиссионных, издержки должны быть очень низкими.

— Совершенно верно, а какие у хаваладас издержки? Банки — официальные организации, обремененные необходимостью вести отчетность, платить налоги и содержать большой штат сотрудников, офисы, автопарк и т. д., поэтому они не способны выжить на низких комиссионных. А хаваладас не несут практически никаких накладных расходов; необходимое «банковское» оборудование ограничивается столом в подсобном помещении продуктовой или цветочной лавки, подключенным к интернету ноутбуком и мобильным телефоном. Хаваладар не платит налогов, таможенных пошлин; а в случае отправки денег, а не золота, избегает взяток при пересечении границы. К тому же для большинства брокеров хавалы обслуживание денежных переводов — не основной, а побочный источник дохода, ведь через систему родственных связей они также осуществляют денежные операции в интересах бизнеса собственного.

— Можно ли сказать, что современная банковская система ряда мусульманских стран недостаточно совершенна?

— В значительной степени да, кроме того, до многих населенных пунктов она попросту не доходит. А там, где открыты отделения банков, как я уже говорил, очень высока комиссия за перевод (который, к тому же, идет очень долго). Я уж не говорю о том, что многие деревенские жители просто не имеют опыта общения с банковской системой, а то и просто неграмотны.

Все расширяющаяся мусульманская диаспора в странах Запада столкнулась с этой проблемой еще несколько десятков лет тому назад, когда и началось распространение хавалы в развитые страны.

К тому же не будем забывать и о том, что часть гастарбайтеров трудится за рубежом нелегально, и в силу этого им сложно перевести деньги по официальным каналам.

 

Свои люди — сочтемся…

— Как функционирует система?

— Как и в случае с легальными системами денежных переводов, в хавале не происходит непосредственного перемещения денег и других материальных ценностей — транзакции осуществляются на основе своповых сделок. Есть предприниматели — от мелких лавочников до существенно более крупных компаний (ювелирных магазинов и т. д.), принадлежащих, предположим, выходцам из Пакистана, которые работают на Западе. (Вопреки сложившимся стереотипам, большая часть этой сети контролируется не арабами, а экспатриантами и иммигрантами из Индии и Пакистана, работающими, преимущественно, в странах Персидского залива, Юго-Восточной Азии, США, Великобритании и Швейцарии).

Итак, гастарбайтер несет такому предпринимателю свою зарплату. Нелегальный брокер хаваладас (или хаваладар) принимает банкноты, не спрашивая документов и не интересуясь происхождением суммы. В сети интернет и газетах объявлений можно найти такие: «The Best Money Transfer Service to Pakistan in Greater London. Cheap and Fast. Ask Halid». Официальные системы типа Western Union тоже не интересуются происхождением денег, если речь идет о мелких суммах. Однако перевести через легальный банк крупную сумму, явно превышающую заработок среднестатистического иммигранта, без документального подтверждения ее происхождения очень затруднительно. В случае с хавалой такая проблема отсутствует. К тому же, чем больше сумма, тем ниже комиссия.

После получения наличных брокер отправляет хаваладас — своему партнеру в Пакистане — по телефону, электронной почте или факсом сообщение («хунди»), содержащее имя получателя платежа в Пакистане и условное слово, код (чаще всего порядок цифр на купюре) или определенную последовательность рукопожатий (очень распространенный способ в регионах с большой долей неграмотного населения).

— Да, но надежность перевода наверняка выше в официальных структурах? Как застраховать перевод через хавалу?

— Обратите внимание, единой системы у хавалы не существует: у каждого землячества (белуджей, сикхов, пуштунов и так далее) она своя. Но в традиционных обществах репутация значит очень много. Предприниматель, решивший мошенничать в ее рамках, тут же будет обречен на разорение — информация по системе кровно-родственных связей распространяется мгновенно.

За этой системой — вековой авторитет, она часть традиции. Это важно. Кстати, любопытно, что суммы переводов номинируются в золоте. Реально гигантские объемы металла, естественно, никуда не перемещаются (хотя в некоторых случаях курьеры хавалы перевозят драгоценные камни и слитки золота, в том числе контрабандного). Но «золотой стандарт» дает тем, кто прибегает к услугам системы, дополнительное чувство уверенности и причастности к традиции.

— То есть бывают случаи, когда золото физически перемещается через границы?

— Безусловно. Самой известной, но далеко не самой крупной операцией такого рода стала переправка активов международной салафистской террористической сети из Афганистана в Дубаи через пакистанский порт Карачи сразу после начала международной контртеррористической операции США и Великобритании и их союзников 7 октября 2001 года. Активы в виде наличных денег и слитков золота переправлялись тысячами курьеров — одним из них был даже генеральный консул правительства талибов в Карачи Каказада, экспедировавший в конце ноября 2001 года 600 тыс. долларов. Портовые власти Карачи отслеживали от 2 до 3 млн долларов, проходивших через порт ежедневно в течение второй половины осени-зимы 2001 года.

Однако, учитывая скрытность курьеров и их количество, можно предположить, что эти суммы составляют очень незначительную долю от общего объема транзакций в этот период. Из Карачи ценности морем переправлялись в Дубаи, где размещались в надежных банках. При этом золото размещалось в натуральном виде. Что касается наличных, то на них опять же приобреталось золото и затем в банках. Как уже говорилось ранее, золото на арабском Востоке не утратило своих монетарных функций и по-прежнему является базовой расчетной единицей.

 

Подводные течения денежных путей

— Вы говорили о каких-то более крупных, нежели заработки гастарбайтеров, суммах, которые движутся этим путем?

— Да, эти теневые потоки включают в себя еще и деньги, полученные от торговли опийными наркотиками. В последние годы, в связи с известными событиями в Афганистане, производство героина резко увеличилось. Несмотря на неизбежное падение цены на него, в страны «Золотого Полумесяца» ежегодно отправляются многие миллиарды долларов, вырученные от реализации «белой смерти» на Западе.

Следует отметить, что никакой точной методики оценки объема средств, которые прокачиваются посредством хавалы, не существует. Есть разрозненные указания. Например, я видел в иностранной печати сообщения о том, что в одной только Испании работает около 200 отделений хавалы, обслуживаемых в основном выходцами из Пакистана. А в самом Пакистане находится свыше 1,5 тысяч лавок хаваладас, обеспечивающих перевод денег от работающих за рубежом пакистанцев. В целом речь идет, очевидно, о многих десятках миллиардов долларов. Некоторые исследователи говорят о минимум 150—200 миллиардах ежегодно (вплоть до 500 миллиардов).

— А что с этими средствами происходит на Востоке? Их куда-то инвестируют?

— Это очень интересный вопрос. Если есть поток средств в одном направлении, то должен быть переток и в противоположном. И вот здесь в дело включаются исламские официальные банки. С отдельными мелкими переводами им возиться не с руки. Но с сетями хавалы они активнейшим образом сотрудничают. Эти банки — своего рода «двуликий Янус», поскольку становятся передаточным звеном между хавалой и крупными финансово-кредитными учреждениями Запада. Одним своим лицом они обращены к неформальным системам денежных переводов, а другим — к легальным западным финансовым институтам.

Как вы полагаете, почему исламские банки не принимают активных мер для того, чтобы привлечь к себе деньги, пересылаемые через хавалу? Потому что в конечном итоге они все равно в них попадают — безо всяких усилий банкиров. А от них — в легальные западные финансовые институты.

И еще вопрос: почему в разоренном войной Афганистане открыли свои филиалы практически все крупнейшие западные банки? Какие такие финансовые потоки они там обслуживают? Напрямую деньги из рук наркоторговцев они, конечно, не возьмут, а через посредников в лице банков мусульманских стран — почему бы нет?

— А Россию эта система как-то затрагивает? Или государства СНГ? Насколько я мог заметить, наши гастарбайтеры для переводов домой все-таки предпочитают использовать официальные банковские системы.

— Там, где дело касается сотрудничества с международной наркомафией, она действует и в России. Ни для кого не секрет, что почти сто процентов героина, поступающего сейчас на российскую территорию, имеет афганское происхождение. А афганские наркоторговцы наладили тесную связь с наркобаронами Таджикистана. Так, в 2006 году в Москве было уголовное дело в отношении работников банка, отмывавшего наркоденьги и как раз включенного в хавалу.

— А в Узбекистане такая проблема существует? Ведь и диаспора у узбеков в Афганистане немаленькая, и генерал Дустум, этнический узбек, торговлей наркотиками активно, говорят, баловался…

— В Узбекистане все-таки — по сравнению с Таджикистаном — иная ситуация: там не было страшной гражданской войны, заставившей оказавшихся на грани выживания людей хвататься за любую возможность прокормиться — в том числе и за наркобизнес. Там наркомафия не имеет подобного влияния. Но ведь в любом случае я оперирую только теми фактами, которые стали известны. То есть говорю о видимой части айсберга.

 

Бой с тенью

— Вы упомянули, что хавала тесно переплетена с официальными банковскими структурам. Можно выделить какие-то ключевые точки пересечения двух систем?

— Безусловно. Исключительно либеральная кредитно-финансовая система Объединенных Арабских Эмиратов, предоставляющая банкам полную свободу деятельности в условиях практического отсутствия системы банковской отчетности, позволяет международным террористическим организациям, скупщикам драгоценных камней и металлов (т.е. по сути контрабандистам) и наркокартелям беспрепятственно пользоваться всеми преимуществами официальных банковских институтов, не оставляя следов и не рискуя вложенными средствами. Именно банки ОАЭ являются мостом, соединяющим хавалу с официальной банковской системой. Важную роль в становлении Объединенных Арабских Эмиратов в качестве международного расчетного центра хавалы стало расположение страны на перекрестке ближневосточных торговых и денежных потоков.

Другими важными центрами хавалы являются Лондон, Женева и ряд городов на восточном побережье США, например, Филадельфия.

— А бороться с этой системой можно?

— Как показали события последнего десятилетия, эффективная борьба с источниками ряда глобальных угроз — таких, как международный терроризм и торговля наркотиками, невозможна без обеспечения действенного контроля над финансовой составляющей незаконной деятельности в данных сферах. И если контроль над легальными финансовыми институтами в целом обеспечен в подавляющем большинстве стран, то неформальные системы расчетов, оперирующие сопоставимыми суммами, до недавнего времени находились вне поля зрения органов финансового мониторинга и спецслужб.

Значительное влияние оказывают и такие факторы, как культурные традиции населения, деловой климат и большие объемы расчетов наличными.

Кстати, у многих стран есть опыт борьбы с хавалой. Так, на территории Индии система была серьезно ослаблена Индирой Ганди во время режима чрезвычайного положения, введенного в 1975 году. Однако выходцы из Индии по-прежнему играют ключевую роль в деятельности нелегальной международной сети. Хавала на территории Шри-Ланки, Бангладеш и Филиппин также в разное время подвергалась репрессиям со стороны государства, хотя и не в такой степени, как в Индии.

Попытки полностью вывести хавалу из тени будут неизбежно наталкиваться на сопротивление со стороны местных жителей, которые опираются не только на многовековые культурные традиции, но и соображения коммерческой выгоды. Для значительной части населения бедных стран переводы родственников, работающих на богатом Западе, — единственный источник доходов. Очевидно, что легализация хавалы сделает ее более дорогой, что негативно скажется на положении самых бедных жителей планеты.

К тому же в хавале, как ни странно, заинтересованы и государственные структуры. Например, Центральный банк Пакистана, дважды нуждавшийся в долларах для поддержания местной валюты, производил закупки долларов у хаваладас в мае и июне 2001 года. Если в мае к операции привлекли только хаваладас из Исламабада, то в июне доллары скупались в их обменных пунктах по всему Пакистану. Известно также, что спецслужбы Пакистана используют хавалу для оказания финансовой поддержки исламистским террористическим группам, действующим на территории штата Кашмир. В 80-е годы система использовалась спецслужбами США для финансирования афганских моджахедов. Позже, в так называемый период полевых командиров (warlord period — после падения режима Наджибуллы 28 апреля 1992 года и до прихода талибов к власти в Кабуле в сентябре 1996 года) различные негосударственные организации использовали её для перевода денег на финансирование своих программ гуманитарной помощи.

Бороться с хавалой сложно, а на уровне только западного общества, вероятно, просто невозможно. Общины эмигрантов с исламского Востока в западных государствах не слишком охотно пускают в свою внутреннюю жизнь соглядатаев со стороны. С точки зрения большинства членов этой общины, подобные транзакции ничего предосудительного в себе не несут. К тому же, напомним, в описанной системе нет единого центра, который можно было бы уничтожить.

А вот вопрос о том, как сделать более прозрачными исламские банки, которые неизбежно оказываются партнерами в ходе движения финансовых средств «Хавалы», никто пока всерьез не ставил. Западным банкам подобное положение вещей в общем-то выгодно. А правительствам потребовались десятилетия просто даже для того, чтобы ограничить оффшорные зоны (где все куда более очевидно). Скорее всего, осознание необходимости разобраться с финансовой системой ряда исламских государств у руководства США и Европейского Союза появится только через многие годы.

Алексей ВАСИЛЬЕВ, Banki.ru

 

P. S. Директор ФСБ РФ Николай Патрушев заявил в декабре 2007 года, что в ряде городов России «реализованы мероприятия по пресечению деятельности структур международной системы денежных переводов, известной под наименованием «хавала» и используемой, в том числе, для финансирования международных террористических и экстремистских организаций». Всего прекращено функционирование 8 ее пунктов. Из незаконного оборота изъято около 50 млн рублей. Организаторы преступных групп арестованы, трое из них осуждены по статье «Незаконная банковская деятельность» УК РФ на длительные сроки лишения свободы.