Максим Ноготков: «Я никогда так не зависел от внешних факторов, как в банковском бизнесе»
Фото: Forbes Russia

Максим Ноготков: «Я никогда так не зависел от внешних факторов, как в банковском бизнесе»

4601

Владельцу сети салонов «Связной» Максиму НОГОТКОВУ потребовалось два года, чтобы вывести в прибыль открывшийся в 2010 году одноименный коммерческий банк. Это неплохой результат, но он мог быть лучше, если бы не ограничения со стороны Центрального банка, к которым, как признается Ноготков, он был не готов. ЦБ неоднократно указывал Связному Банку на слишком быстрые темпы розничного кредитования. Для выполнения рекомендаций регулятора банку пришлось приостановить выдачу универсальной карты — своего главного продукта, в результате темпы прироста кредитного портфеля замедлились в два раза.

Чтобы избежать подобных ситуаций, а также в связи с новыми требованиями ЦБ, которые увязывают розничный бизнес с капитализацией банков, «Связной» проведет допэмиссию акций. Если у ЦБ не появится новых идей по регулированию, то Ноготков надеется окупить вложенные в банк инвестиции (340 млн долларов) уже в следующем году. О планах по развитию банка и некоторых других своих проектов председатель совета директоров «Связного Банка» Максим Ноготков рассказал в интервью Slon.

— У вас сложились довольно интересные отношения с ЦБ, он неоднократно указывал вам на слишком быстрые темпы роста бизнеса. Из-за его рекомендаций вы даже отказались от выдачи универсальной карты — вашего главного продукта. Насколько действия регулятора оказались для вас неожиданными? Все же в других отраслях, где у вас бизнес, регулирование не такое жесткое.

— Действительно, в других своих бизнесах я не сталкиваюсь с таким воздействием регулятора, здесь оно оказалось для меня непривычным. Я никогда так не зависел от внешних факторов, как в банковском бизнесе. Но мне кажется, что то пристальное внимание, которое ЦБ уделяет банковскому сектору, обоснованно. Можно обсуждать какие-то конкретные способы, которыми ЦБ осуществляет контроль, его подходы, но в целом факт необходимости повышенного внимания к этой сфере неоспорим.

— Не хотите критиковать ЦБ?

— Хочу. ЦБ очень существенно в этом году повысил требования по капиталу для всех банков, активно работающих в рознице. Его действия сильно затормозят розничное кредитование, сделают беззалоговые кредиты для людей дороже. Даже Сбербанк, которого эти ограничения коснулись в меньшей степени, поднял ставки по кредитам. Другие банки сейчас тоже будут компенсировать потери, которые они понесут из-за необходимости увеличивать капитал первого уровня. Обратная сторона замедления роста кредитного портфеля по системе — снижение ставок по вкладам, банкам просто не понадобятся средства клиентов в большом объеме. Принятые ЦБ решения работают на укрепление олигополии крупных государственных банков, помогая старым, уже давно устоявшимся игрокам и ограничивая возможности для развития новых.

Но понятно, что в случае с финансовым сектором линия на ужесточение регулирования — это баланс между безопасностью и ростом. Хотите больше безопасности — меньше растете. Хотите больше расти — меньше безопасности. Действия Центрального банка снизят темпы прироста ВВП и приведут к ухудшению условий по финансовым продуктам для физических лиц, но стабильность всего сектора будет выше.

— С марта вы возобновляете выдачу универсальных карт, но уже без начисления процентов на остаток, почему вы решили отказаться от такой выгодной для клиентов опции?

— Да, мы не будем платить 10% на остаток. Опять же дело в темпах роста бизнеса. Если раньше мы планировали расти на 100% в год, то сейчас, учитывая новые требования, мы можем расти только на 20—30% в год, соответственно, потребность в привлечении дорогих средств населения у нас пропала. Уже те клиенты, которые сейчас обслуживаются в нашем банке, обеспечивают стабильный приток пассивов.

— У вас в планах были кредиты наличными, вы выдаете их сейчас?

— Мы периодически анализируем базу держателей наших кредитных карт и делаем специальные предложения клиентам, поведение которых мы с большой долей вероятности можем прогнозировать. Мы начнем выдавать с марта кредитные карты всем желающим, но персональные кредиты наличными клиенты «с улицы» смогут получать только от банков-партнеров.

— Открываете ли вы отдельные офисы банка? Или для продаж вам достаточно стоек в салонах «Связной»?

— У нас сейчас открыто 35 офисов по стране, это именно банковские офисы, мы их открыли параллельно с отделениями в салонах «Связной», чтобы работать с крупными наличными депозитами, осуществлять какие-то более сложные сервисные операции, например, выдачу заверенных выписок по счетам. Сейчас мы не планируем активно наращивать сеть.

— А почему? Затратно?

— Это было актуально на момент, когда мы хотели быстро наращивать базу пассивов и активов. Сейчас таких амбиций меньше, мы в первую очередь должны увеличить капитал в соответствии с требованиями регулятора. Если говорить про объемы продаж через офисы, то мы ими довольны.

— В одном из интервью вы говорили, что будущее за мобильным банком. Когда запустите свое мобильное приложение? В I квартале, кажется, планировали.

— Мобильное приложение мы сейчас тестируем, им пользуется ограниченное количество клиентов банка, в основном сотрудники банка. Для всех клиентов запустим приложение в марте-апреле.

— СМИ писали про ваш проект в сфере микрофинансирования — запуск системы займов peer-to-peer, — и тогда некоторые сделал вывод, что вы решили пойти туда, потому что этот сектор не так зарегулирован, как банковский, и там быстрее можно наращивать бизнес. Это так?

— Это бред. Проект существует два с половиной года, мы начали над ним работать еще до близкого знакомства с банковским регулятором. (Смеется.)

— И почему так долго не запускаете проект?

— Он сложен с точки зрения технологий, а сырой продукт мы не хотим запускать. Планируем, что в тестовом режиме он запустится во II квартале этого года.

— В прошлом году банк вышел на прибыль против убытка 4 млрд рублей в 2011 году. Какие планы по финансовому результату на этот год?

— В этом году тоже заработаем, но немного. Много прибыли съедят новые требования ЦБ по резервам, поэтому мы планируем заработать, но это будут не очень значительные суммы.

— А когда вы окупите все инвестиции, которые вложили в банк?

— Если у ЦБ не появится новых идей по регулированию, то, думаю, в следующем году окупим.

— Бывший топ-менеджмент Связного Банка предлагал ввести услуги по расчетно-кассовому обслуживанию индивидуальных предпринимателей, разработать какие-то продукты для корпоративных клиентов. Все эти идеи ушли вместе с экс-руководителем — Сергеем Радченковым?

— Такие планы остаются, но в этом году мы не хотели бы ими заниматься. Все-таки у нас есть фокус на расчетном бизнесе, кредитных картах, безналичных платежах, мы на этих сферах и концентрируемся. Еще мы сейчас разрабатываем новые платежные сервисы и планируем в этом году их показать. Мы довольно много потратили на это времени, сил и денег. Эту территорию компания «Связной» исторически занимает: примерно 11% моментальных платежей в стране проходит через сетку «Связного», поэтому хотим, чтобы и банк отличался удобством платежей в лучшую сторону.

— Помимо ваших проектов в бизнесе у вас есть гражданский проект «Йополис» (площадка для общения общества с властью. — Slon). Этот проект некоммерческий, зачем он вам?

— Я делаю проекты по принципу необходимости, наличия для них места — могут ли они что-то улучшить или нет. Второй принцип — они должны быть для меня интересны. Прибыльность не является ключевым критерием для выбора проекта. Мой гражданский проект хочет решить задачу политической конкуренции, более активного проявления гражданской позиции, чтобы у людей появилась возможность договариваться между собой, с государством. Этого сильно не хватает в обществе. Мы рассчитываем на большее вовлечение людей в общественные дела. Я хочу, чтобы общество и власть были не двумя отдельными кланами, которые не доверяют друг другу. Я хочу, чтобы люди понимали, что вместе с властью они могут решить свои личные и общественные задачи, начиная от хороших больниц и заканчивая парками, школами и другими социальными объектами.

— Это отражение вашей гражданской позиции или благотворительность?

— Не люблю в отношении определения мотивов своих действий слово «благотворительность», скорее, это «самореализация».

— Как вы считаете, за проектами типа банка Facebook есть будущее?

— Любая богатая компания может расширяться до бесконечности. У компаний, добывающих нефть и газ, могут быть свои банки. Почему их не может быть у тех, кто специализируется на обмене информацией в сети? Насколько эти проекты могут быть успешны? Будет хорошо сделано — будет успешно. Какой-то гениальной идеи за этим я не вижу. Вопрос амбиций. Если есть сильное желание сделать банк, то вложив туда энергию, душу и деньги, можно это сделать. Если у Facebook оно будет, то почему бы нет. Вопрос намерения и силы воли. Если у нас будут амбиции создать нефтяную компанию, мы это сделаем.

Беседовала Татьяна АЛЕШКИНА