Разбогатевший Вася пытается открыть счет в швейцарском private bank, чтобы отложить десяток-другой миллионов долларов на старость. Но швейцарские гномы чинят ему всевозможные препятствия.

Итак, жизнь удалась. Вася Пупкин обзавелся собственной нефтяной компанией, и деньги полились в его карманы рекой. Держать деньги в России опасно, поэтому Вася хочет спрятать нажитое в каком-нибудь западном банке. А поскольку оно исчисляется десятками миллионов долларов, Вася понимает, что ему необходим private bank. Причем хоть Вася и патриот, но не идиот, потому он ищет спокойную «гавань» для своих денег отнюдь не на родине.

Однако, к удивлению Васи, в швейцарском private bank его не встречают с распростертыми объятьями. На пути Пупкина к вожделенному счету возникают неожиданные препятствия.

Заходит Вася в банк в Цюрихе с чемоданом, шепчет клерку: «У меня с собой два миллиона долларов». А тот ему: «Говорите громче, у нас бедность не порок». И «выкатывает» Васе высокий порог, 10 млн долларов, которые он должен разместить на счете или передать под управление.

Почему Васе такой высокий порог, а для других – в 10 раз ниже? Что за дискриминация и несправедливость? Ничего личного, только бизнес. Во-первых, господин Пупкин – гражданин России, страны с высоким уровнем восприятия коррупции (119-е место из 168 в 2015 году, по данным Transparency International). Что означает наличие большого риска вовлеченности в криминальные схемы.

Во-вторых, он – представитель отрасли с повышенным уровнем риска с точки зрения отмывания доходов. К числу таких отраслей относятся нефтегазовый и игорный бизнес, торговля алмазами, а также арт-дилинг.

Почему такой респектабельный бизнес, как добыча нефти, относится к числу отраслей с повышенным уровнем риска? Ответ прост и очевиден: нефтегазовая индустрия находится в центре скандалов, связанных со взяточничеством и отмыванием денег. Вспомним, например, недавний коррупционный скандал с крупнейшей бразильской нефтегазовой компанией «Петробрас». Или с российской «Башнефтью».

Почему порог выше для представителей наций и отраслей с повышенными рисками? Потому что банк несет риски, связанные с обслуживанием клиентов, которые, возможно, вовлечены в отмывание денег и криминальные схемы. И, соответственно, банк должен нести более высокие издержки, связанные с обслуживанием таких клиентов.

За этим первым препятствием возникают другие, так называемые последовательные препятствия, связанные с комплаенсом, налогами и др.

Разумеется, если у вас есть собственная нефтяная компания, найти 10 млн долларов для вас не проблема. Проблема в другом: как объяснить швейцарскому или австрийскому банкиру источник происхождения этих денег. Более того, часто сам клиент не знает технических аспектов, как он стал обладателем своих денег.

У Пупкина есть команда специалистов, которые через сложную и непрозрачную сеть предприятий выводят из его бизнеса деньги, которые нужны ему для повседневных расходов. Включая взятки, разумеется. Остальные средства реинвестируются в его бизнес с помощью той же сети компаний. Зачем Васе эта малопонятная даже ему сеть? Потому что есть много людей, жадных до чужих денег, в том числе и во власти. И они с удовольствием воспользуются простотой и прозрачностью структуры собственности, чтобы добраться до конечного собственника и отобрать его бизнес. Ну и для оптимизации налогов управляемый хаос сложной сети в самый раз.

Чем больше Вася пытается объяснить банкиру происхождение своего богатства, тем больше он путается в лабиринтах своей нефтяной империи и тем сильнее сбивает банкира с толку. И вот у Пупкина возникает гениальная идея: почему бы, наконец, не принести все деньги просто в чемодане, как он принес эти два «мегабакса»? Но швейцарский банкир отказывается принимать такие деньги, пока клиент не предъявит документы, подтверждающие их происхождение. Более того, если клиент принес деньги в чемодане, он должен объяснить, почему выбран столь экстравагантный способ, а не безналичный перевод.

Дни, когда швейцарские гномы запросто принимали чемоданы наличных, ушли в невозвратное прошлое. В Европе, в том числе и в Швейцарии, идет «тихая война» против сделок с наличными. Большинство швейцарских банков строго ограничивают суммы снятия наличных в своих офисах.

А вот какая история произошла с российским сотрудником крупного швейцарского банка – «хантером» (так на профессиональном жаргоне называется сотрудник, занимающийся привлечением клиентов). Он хотел заманить на обслуживание в банк топ-менеджера крупной российской компании. Много месяцев подряд безуспешно охотился за этим топ-менеджером, но никак не получалось договориться о встрече. И вот однажды «хантер» прилетел в Цюрих на ежегодную встречу с коллегами. Один из них сказал ему: вот только что этот топ-менеджер сам пришел в офис банка в Цюрихе, чтобы открыть счет. Персональный менеджер оценил его риски с помощью программы World Check, нашел их неприемлемо высокими и отказал ему. Только представьте эмоции «хантера», который охотился за топ-менеджером больше года, а его коллега, персональный менеджер, показал топу от ворот поворот!

Но вернемся к нашему нефтепромышленнику. Вася отринул идею с чемоданом денег и теперь размышляет на тему, как объяснить банкиру происхождение своих денег. Вася «перетер с корешами», и те надоумили его обратиться в Vasya Family Office London, где русский менеджер, эмигрировавший более 20 лет на Запад, знает все ходы и выходы швейцарского private banking. Менеджер излагает Васе очень простую идею, а более сложную Вася и не поймет. Но об этой идее – в следующей колонке.

Колонка написана при участии банкира из Швейцарии, работающего в private bank, который предпочел сохранить анонимность.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции