«Большинство людей считают, что они разбираются в финансовом рынке, через полгода»

«Большинство людей считают, что они разбираются в финансовом рынке, через полгода»

Анна Кузнецова
член правления — управляющий директор по фондовому рынку Московской биржи
8976 2

Уже в следующем году доступ к некоторым инвестиционным инструментам неквалифицированные инвесторы смогут получить, только сдав экзамен. О чем нас будут спрашивать и будет ли это бесплатно, рассказывает член правления — управляющий директор по фондовому рынку Московской биржи Анна КУЗНЕЦОВА.

— Согласны ли вы с классификацией инвесторов, предложенной ЦБ в концепции регулирования брокерской деятельности?

— В мировой практике есть разные подходы к доступу клиентов к инвестиционным продуктам. Я больше всего верю в экономический подход. Квалификация инвесторов и в зависимости от нее доступ к разным инструментам есть во многих странах. Например, в Европе минимальный лот для еврооблигаций — 100 тысяч долларов. Если у инвестора есть эта сумма и он готов инвестировать в один инструмент, он может это сделать. А если у человека 100 тысяч — это все его сбережения, то он сильно подумает, что такое еврооблигация, что он с ней будет делать дальше. Квалификация инвесторов есть и в Европе, и в Америке, и в Англии, и в Китае.

У нас квалификация инвесторов существует уже больше десяти лет, периодически подходы пересматриваются. Однако по количеству доступных инструментов квалифицированные и неквалифицированные инвесторы сейчас не сильно отличаются. Поэтому ни у клиентов, ни у брокера нет мотивации проводить переквалификацию. На бирже 5% текущих клиентских счетов помечены как квалифицированные. Периодически необходимо проводить ревизию. И то, что Банк России за это взялся, хорошо.

Кроме того, сейчас неквалифицированному инвестору доступно достаточно много рискованных инструментов, например форекс или микрофинансирование. Я не уверена, что люди осознанно берут кредиты под 1% в день и отдают себе отчет, как и сколько они будут возвращать.


Я не уверена, что люди осознанно берут кредиты под 1% в день и отдают себе отчет, как и сколько они будут возвращать.

— Но ведь новая квалификация эту проблему не решит?

— Насколько я понимаю, Банк России планирует унифицировать подход во всех сегментах, все инструменты будут отфильтрованы.

Все имеют разное отношение к риску. Например, один инвестор может знать всё про все инструменты, но не готов рисковать и его устраивает 8—10-процентная доходность. Поэтому ему подойдут облигации. Другой инвестор готов рисковать и хочет получить 30-процентную доходность — ему нужно подбирать другой портфель. Помимо квалификации, необходимо выяснить у самого клиента, зачем он инвестирует, какую ожидает доходность, к какому риску готов. Сейчас отдельные участники рынка проводят тесты на наличие знаний у частных инвесторов, НАУФОР работает над стандартами риск-профилирования, но пока это делается добровольно, и четкого регулирования сегодня нет.

— Условно говоря, какой продукт клиент попросит, такой ему и продадут?

— Да, и даже больше — могут продать тот, который брокеру сегодня кажется маржинальным.

Неквалифицированные инвесторы будут сдавать экзамены, если захотят работать с тем или иным инструментом. Кто занимается разработкой экзаменов и разработкой интерфейсов, привлекаются ли к этому профессиональные участники рынка (брокеры, управляющие)?

— Мы видим в этом общую задачу для индустрии и активно подключились к данному процессу. Мы уже разработали первый подход вместе с брокерами, в ближайшее время будем обсуждать IT-архитектуру.

— Это будет какой-то унифицированный тест по каждому инструменту?

— В наших ожиданиях это будет единый тест по четырем направлениям: маржинальная торговля, ценные бумаги, квалифицированные биржей как более рискованные, срочный рынок и получение статуса «квалифицированный инвестор» с меньшими требованиями по объему активов (1,4 миллиона рублей).

Планируется создать большую базу вопросов, которая будет периодически пересматриваться — допустим, раз в месяц. Анализировать вопросы, на которые никто не ответил или большинство ответили с ошибкой: корректно ли они сформулированы.

Предполагается, что все типы тестов будут проводиться онлайн. Биржа сможет подтвердить факт прохождения теста как брокеру, обслуживающему клиента, так и самому клиенту.

— Для клиента экзамен будет бесплатным?

— Это вопрос дискуссионный. Можно сделать первый тест, например, бесплатным, а последующие — платными. Решение пока не принято, варианты обсуждаются.

— Насколько сложным будет тест для тех, кто вообще ничего не знает и только собирается зайти на фондовый рынок?

— Тем, кто ничего не знает, в частности, что такое ценная бумага, имеет смысл сначала пообщаться со своим брокером, получить необходимую информацию, попробовать купить акции ведущих российских компаний или облигации федерального займа. А уже потом проходить тест и получать доступ к более сложным инструментам.

— Биржа будет готовить какие-то обучающие материалы к тестам?

— Нет, никакой привязки к нашему обучению не будет, но в Школе Московской биржи мы покрываем большое количество тем, и любой желающий может получить эту информацию. Мы не являемся лицензированным образовательным учреждением и не проводим обучение, чтобы сдать этот тест. Обучение, которое проводит Московская биржа в рамках Школы Московской биржи, направлено на разъяснение и продвижение продуктов, торгующихся на нашей бирже. В тестах не будет вопросов, требующих, например, определения, что такое маржинальная торговля в соответствии с регулированием. Главное — понимание свойств инструментов и рисков.

— Как выяснить, что человек понимает, о чем идет речь?

— Будут три типа вопросов: простые, средние и сложные. Скорее всего, сложные не потребуют наличия специфического научного калькулятора, но все-таки придется что-то посчитать. Например, сколько можно потерять, если купить такую-то бумагу с заданным «плечом», а ее цена упадет на 10%.


Будут три типа вопросов – простые, средние и сложные. Скорее всего, сложные не потребуют наличия специфического научного калькулятора, но все-таки придется что-то посчитать.

— На ваш взгляд, поможет ли разделение инвесторов, которое ЦБ затеял, привлечь больше людей на фондовый рынок? Сколько людей захотят сдавать эти тесты?

— Здесь вопрос не в том, сколько это позволит привлечь людей, а в том, что это повысит доверие людей к инструментам фондового рынка. А с точки зрения привлечения, скорее, работают другие механизмы. Люди готовы инвестировать, хотят получать доход, и биржевые продукты для этого — хорошая возможность. Публичные компании достаточно прозрачны, они раскрывают о себе много информации (по сравнению с краудфандингом, например). Тарифы биржи по публичным продуктам достаточно низкие, у многих инструментов хорошие перспективы по доходности.

Большое количество инвесторов ведет себя рационально и в зависимости от макроэкономической ситуации выбирают те или иные инструменты. Конечно, население реагирует на популярность тех или иных инструментов. На поведение инвесторов влияет наличие знаний и опыта. В последнее время мы много усилий тратим на работу с частным инвестором — это и конкурсы «Лучший частный инвестор», и Invest Trial. В рамках Школы Московской биржи в 2016 году было проведено более 400 вебинаров, которые посетили более 10 тысяч человек. Совместно с ведущими брокерами мы в 2016 году провели 259 семинаров, которые посетили почти 14 тысяч физических лиц в 45 городах России.

— По тем же индивидуальным инвестиционным счетам динамика хорошая. Открыто больше 210 тысяч счетов, но все равно это далеко от количества депозитов, например.

— ИИС появились в 2015 году, и тогда брокеров, которые предоставляли эту услугу, можно было посчитать по пальцам одной руки. Сейчас их больше 100. Индустрии нужно время. В частности, нужно было дождаться, когда люди получат первые налоговые вычеты по этим счетам. В прошлом году 8,5 тысячи владельцев ИИС получили вычет (за 2015 год) на общую сумму 2,5 миллиарда рублей. Получается, что средний размер ИИС тех, кто обратился за вычетом, составил 294 тысячи рублей. Людям нужно было убедиться, что этот механизм работает.

Теперь нужен еще один опыт — когда пройдет три года и те, кто не определились, каким типом вычета они хотят воспользоваться, этот выбор сделают: либо на взнос, либо на доход.

Мы проводили исследование по ИИС, состоящее из трех частей: проанализировали, во что инвестируют клиенты, использовали аналитику Google, чтобы составить портрет владельца ИИС, и обзвонили клиентов с опытом на рынке, чтобы узнать, как они относятся к продукту. Из всех опрошенных клиентов вычет на взнос предпочли 30%, на доход — 25%. Остальные пока не определились.

— Какие инструменты клиенты покупают на ИИС?

— В структуре портфеля в первую очередь это акции, на их долю на конец 2016 года пришлось 50,8%, на долю госбумаг — 27,6%, на корпоративные облигации — 19,9%, на ETF — 1,7%. Инвестор хочет получить достаточно высокую доходность, выбирая акции.

Еще интересно поведение: низкая активность (меньше пяти сделок в месяц) по 53% счетов, средняя (5—50 сделок) — по 38%, высокая (больше 50 сделок в месяц) — по 9%.

— Это те, кто сами управляют ИИС?

— Да, таких большинство — в 2016 году 75% владельцев счетов предпочли управлять самостоятельно. ИИС существуют уже два года, люди начинают ориентироваться. Наш опрос показал, что большинство людей считают, что они разбираются в финансовом рынке, через полгода.

Еще один интересный момент из общения с профессиональными участниками — не все знают о возможности открытия ИИС. Крупнейшие брокеры говорят, что когда к ним приходят клиенты, два из десяти знают про ИИС. А это те, кто уже пришел открывать брокерский счет. 31% опрошенных нами инвесторов об ИИС узнали из Интернета, 43% — из рекламы брокера, 16% — от знакомых. К сожалению, на долю биржи пришлось только 4%. Хотя в прошлом году мы провели 259 семинаров в 45 городах, в них приняли участие почти 14 тысяч человек. Недостаток информации есть, нужно продвигать и этот, и другие инвестиционные продукты.

— Как продвигать? Как мотивировать те же банки продавать ИИС?

— Думаю, что в 2015 году их нельзя было мотивировать, потому что ставки по депозитам были интересные и достаточно высокие. В таких условиях никакие инвестиционные продукты большинству клиентов не были интересны.

Сейчас, когда по валютным депозитам ставки 1% или меньше, по рублевым — тоже стремительно падают, инвесторы начинают искать другие варианты. В нашем исследовании мы спрашивали о целевой доходности. Интересно, что 36% ответили: 10%, доходность в 10—20% ожидают 35% опрошенных, больше 20% хотят 29% опрошенных. Мне кажется, тот факт, что больше трети инвесторов рассчитывают на 10-процентную доходность, говорит о том, что люди осторожно заходят на фондовый рынок.

Банки сейчас готовы предлагать инвестиционные продукты. Они понимают, что депозиты ожидаемой доходности не приносят и если клиенту не предложить хороший продукт, то он просто уйдет, выберет другой банк или другого брокера. Некоторые банки стали предлагать, например, ETFs компании FinEx, модельные портфели брокеров неплохо продаются. Вот и Банки.ру запустил продажу облигаций — можно сравнить прямо на портале доходность облигаций и депозитов и увидеть, что по облигациям она выше. Понятно, что у облигаций свои особенности, договор по депозиту проще расторгнуть. А в тот момент, когда решишь продать облигацию, рынок может быть на других ценовых уровнях. Тем не менее сейчас облигации в сравнении с депозитами смотрятся очень неплохо. Хорошая опция, учитывая налоговые льготы, которые принимаются (освобождение от НДФЛ купона по корпоративным рублевым облигациям, выпущенным в 2017—2020 годах).

— Не обсуждается возможность распространения этой льготы на другие выпуски облигаций?

— Пока нет. Мне кажется, что Минфин решил сначала попробовать, проанализировать, а потом принимать решение. Все еще забывают про льготу, по которой физическое лицо может получить налоговый вычет, если владеет ценными бумагами не менее трех лет, и этот вычет на сумму 3 миллиона рублей за каждый год, то есть на 9 миллионов рублей фактически.

— Но вы сами говорили, что многие инструменты под эту льготу не подпадают.

— Да, на облигациях она работает не очень хорошо, так как у нас не так много длинных выпусков с учетом оферт, а на акциях — хорошо. Эта льгота была введена 1 января 2014 года, поэтому 2017 год — первый, когда люди смогут получить вычет. В частности, с начала 2014-го по конец 2016 года индекс ММВБ вырос на 48,5%, причем без учета дивидендов, которые выплачиваются по бумагам. То есть доходность еще выше. На мой взгляд, три года — это очень большой период, такого горизонта планирования в быстро меняющемся мире просто нет. А для облигаций трехлетняя льгота не очень эффективна, потому что у нас очень много выпусков либо с годовой, либо с трехлетней офертой. В результате получается, что даже если инвестор купил бумаги при размещении, ему не хватает нескольких дней, чтобы закрыть три года.


Три года – это очень большой период, такого горизонта планирования в быстро меняющемся мире просто нет.

Мне кажется, государство создало достаточные налоговые стимулы для привлечения частных инвесторов: ИИС, освобождение от НДФЛ купонов по корпоративным облигациям и вычет по долгосрочному владению ценными бумагами. Главная задача сейчас — чтобы инвестор узнал о появившихся возможностях.

— Когда планируется завершить работу над экзаменационным тестом?

— Есть большое желание сделать это до конца года. Надеемся, что мы с тестом выйдем раньше, чем Банк России внедрит новое регулирование. Мне представляется, что лучше тестирование начать заблаговременно и обкатать в реальной жизни, чтобы быть полностью готовыми к появлению обязательных требований.

Беседовала Евгения НОСКОВА, Banki.ru