Монополия на бездомных
Ипотека не становится доступнее
Фото: Fotolia/olly

Региональные программы льготной ипотеки не дают должного эффекта. Не сильно поможет и снижение ставок по ипотечным кредитам. Чтобы сделать ипотеку доступной, нужна демонополизация банковского сектора. Даже несмотря на известные последние события на банковском рынке.

Ипотечный ставкопад

В августе Сбербанк объявил об очередном снижении ставок по ипотеке. Для кредитов на покупку недвижимости в новостройках они опустились до 7,4%, а на вторичном рынке — до 8,9%, притом что в июне, согласно данным ЦБ, средневзвешенная ставка по ипотечным займам в России составила 11,1%. Смягчены были и требования по первоначальному взносу при покупке готового жилья: если раньше заемщику было необходимо внести 20% стоимости, то теперь — только 15%.

Снижению ставок поспособствовала замедляющаяся инфляция. Если за первые шесть месяцев 2015 года накопленная инфляция составила 8,28%, то за аналогичный период 2016 и 2017 годов она опустилась до 3,26% и 2,28% соответственно. Свою роль сыграло и восстановление ипотечного рынка: так, в июне сумма кредитов на покупку жилья на 38% превысила показатель июня 2016 года (158 млрд рублей против 114 млрд, согласно данным аналитического центра АИЖК). Чтобы поддерживать столь же высокие темпы прироста кредитов по мере исчерпания эффекта низкой базы, банкам придется рисковать, обращаясь не только к первоклассным заемщикам, но и к менее состоятельным гражданам — на них, собственно, и рассчитано снижение требований по первоначальному взносу.

Дешевая ипотека? Да ладно...

О том, что ипотечные ставки упадут (по нашим меркам) «ниже некуда», банкиры и эксперты говорят не первый месяц. Уже сейчас процент за кредитное жилье является самым низким за всю историю постсоветской России. Есть ли куда еще дешеветь ипотечным кредитам?

Ипотека все равно остается дорогой

Однако даже на фоне смягчения требований к заемщикам условия ипотечного кредитования в России остаются намного менее выгодными, чем за рубежом. К примеру, в США, по данным Ассоциации ипотечных банков (MBA), самой популярной является ипотека на 30 лет с фиксированной ставкой в 4,2%. При среднем объеме ипотечного кредита в 327,8 тыс. долларов (оценка MBA за июнь 2017 года) и первоначальном взносе в 20% американский покупатель берет на себя обязательства по выплате 577 тыс. долларов, что равно 148 среднемесячным заработным платам (3 884 доллара, согласно данным Бюро трудовой статистики США за июнь 2017 года).

В России наиболее популярна ипотека на 15 лет: получение кредита на 1,85 млн рублей (средний размер ипотечного займа в первом полугодии 2017 года, согласно данным АИЖК) влечет обязательства на 3,84 млн рублей, что равно 95 среднемесячным зарплатам по стране по состоянию на май 2017 года (40 229 рублей — данные Росстата). Здесь, однако, стоит учитывать, что в США в ипотеку берут примерно те же по качеству квартиры, что и при обычной покупке жилья. Свидетельство тому — невысокая разница между средней стоимостью нового дома (379,5 тыс. долларов, по данным Федерального резервного банка Сент-Луиса за июнь 2017 года) и средним объемом ипотечного кредита (327,8 тыс. долларов). В России же в кредит продаются в основном квартиры низкой ценовой категории — на это указывает почти двукратный разрыв между средней ценой квартиры площадью 54 кв. м (3,34 млн рублей, согласно последним данным «Росриэлта») и средним размером ипотечного займа (1,85 млн рублей).

Для российского ипотечного рынка также характерна высокая концентрация: в первом полугодии 2017 года на долю четырех регионов (Москва и Московская область, Санкт-Петербург, Тюменская область и Татарстан) пришлось более трети всех кредитов на покупку жилья (278 млрд рублей из 773 млрд, по данным АИЖК). При этом Москва не принадлежит к числу регионов — лидеров по доступности ипотечных кредитов. Согласно данным «РИА Рейтинга», в столице для покупки двухкомнатной квартиры площадью 54 кв. м в кредит семье с одним ребенком и среднестатистическим для своего региона заработком требуется 5,5 года (29-е место по стране), тогда как в Ямало-Ненецком автономном округе на это уходит 1,5 года (первое место), в Краснодарском крае — 3,8 года (седьмое место), а в Санкт-Петербурге — 4,5 года (15-е место).

«Народная ипотека» далека от народа

В условиях нестабильной инфляции федеральные и региональные власти пытаются повысить доступность ипотеки за счет нерыночных методов. К их числу относится материнский капитал, который теперь можно использовать для погашения ипотечных кредитов, не дожидаясь трех лет со дня рождения ребенка.

Другой пример — программа «Народная ипотека», действующая с 2013 года в Ростовской области: ее участники в течение 4—6 лет вносят деньги на депозит для оплаты будущего первоначального взноса. При этом бюджет региона ежемесячно перечисляет 30% от суммы вклада; после накопления необходимых средств банки предоставляют владельцам вкладов льготные ипотечные кредиты под 6—7% годовых. В Ульяновской области реализуется программа «Губернаторская ипотека»: в ее рамках бюджетники получают 100 тыс. рублей для компенсации части первоначального взноса, а также право выплачивать ипотеку по льготной ставке (0%, 5% и 10%) в первые три года после оформления кредита.

​Ипотечный капкан

Читательница Банки.ру, взявшая в банке ипотечный кредит, рассказала, как забота государства о детях поставила семью в тупиковую ситуацию. Выходом могла бы стать госпрограмма помощи ипотечным заемщикам, попавшим в трудную жизненную ситуацию. Но ее действие в данный момент приостановлено.

Меньше государства!

Однако серьезно повлиять на доступность ипотечных кредитов эти программы не могут. К примеру, в той же Ростовской области на выплату ипотечного кредита у семьи с одним ребенком уходит в среднем на три года больше, чем в Москве (8,9 года против 5,5 года, по данным «РИА Рейтинга»).

Эти показатели можно улучшить лишь за счет демонополизации банковского сектора. В 2016 году российские банки увеличили прибыль в 5 раз (со 192 млрд рублей в 2015-м до 930 млрд — данные ЦБ), а за первое полугодие 2017 года — еще более чем вдвое (770 млрд рублей против 360 млрд за январь — июнь 2016 года). Монополизм позволяет банкам задирать ставки и показывать крупную прибыль даже в условиях кризиса, казалось бы, ударившего по платежеспособности граждан.

Положить конец монополизму можно за счет принудительного разделения и приватизации госбанков. В текущих экономических и политических условиях этот сценарий малореалистичен. Поэтому сегодня более актуальны меры, которые бы предотвратили дальнейшую монополизацию отрасли. К их числу в первую очередь относится запрет на новые поглощения для госбанков, доля которых в розничном кредитовании, по оценке Альфа-Банка, к сегодняшнему дню достигла 62,7%, а в корпоративном — почти 70%. В условиях стагнирующей экономики дальнейшее укрупнение грозит госбанкам осложнением проблемы «плохих» долгов, что неизбежно отразится на отрасли в целом.

Некоторый эффект может дать и запрет крупнейшим десяти банкам производить выплаты вкладчикам обанкротившихся банков — именно это, к примеру, погубило банк «ФК Открытие», который в процессе санации банка «Траст» начал его поглощение и усугубил свое финансовое положение. Еще одно возможное решение — указание правительства госкомпаниям держать текущие средства в частных банках. Пока на комиссии зарабатывают преимущественно государственные банки. Наконец, Пенсионному фонду нужно запретить навязывать выбор того или иного банка бюджетникам — сейчас они де-факто не вольны распоряжаться местом хранения своих средств, что само по себе нонсенс.

Конфигурацию российской банковской системы эти меры радикально не изменят. Однако на доступность финансовых услуг (в том числе ипотеки) косвенно повлиять они все же смогут. Разумеется, вместе с дальнейшим снижением ставок и ростом платежеспособности населения.

Мадина АБАЕВА, руководитель аналитического отдела инвестиционной компании QBF, для Banki.ru