80-е годы ХХ века ассоциируются с экстравагантными нарядами, музыкой Depeche Mode, «Звездными войнами». А у министра экономического развития РФ — с рейганомикой. По мнению министра, Россия находится примерно на той же стадии развития, что и Америка при Рональде Рейгане 35 лет назад. Так ли это?
Министр экономического развития РФ Максим Орешкин сравнил текущую ситуацию в экономике России с точкой развития американской экономики в первой половине 1980-х годов, когда в США была достигнута низкая и устойчивая инфляция, и это открыло дорогу положительному кредитному циклу, который длился 27 лет. Об этом он заявил на заседании исполнительного комитета Консультативного совета по иностранным инвестициям (КСИИ).
Кредитный цикл длиной 27 лет?
«Общий уровень долговой нагрузки в российской экономике довольно низкий. И вполне можно ожидать длинного кредитного цикла. Здесь задача у правительства и ЦБ РФ сделать так, чтобы кредитный цикл был позитивным для экономического роста. Это означает больше концентрации на корпоративном и инвестиционном кредитовании, развитии таких инструментов, как ипотека», — отметил Орешкин.
«Сейчас если посмотреть на ключевые показатели, то экономика уже устойчивая, инфляция, по последним данным, на уровне 3,3%. Мы ожидаем, что в ближайшие три года экономический рост будет не ниже 2%, инфляция — на целевом уровне, который был обозначен Банком России», — сказал Орешкин.
В Америке уровень инфляции снизился с 12,5% в 1980 году до 4,5% в 1988-м во время президентства Рональда Рейгана. В ходе избирательной кампании Рейган пообещал своим избирателям восстановить военную мощь США, сократить правительственные расходы и восстановить экономику, опираясь на новую экономическую теорию предложения. Согласно этой теории, экономический рост можно стимулировать за счет снижения барьеров для производства (предложения) товаров и услуг. Для этого необходимо снизить налоги и снять запреты, которые создаются госрегулированием. «Эльвирой Набиуллиной» при Рейгане был Пол Волкер, который в 1979 году был назначен председателем правления ФРС и оставался на этом посту до 1987 года.
Пол Волкер — пионер, Эльвире Набиуллиной пример
Опрошенные Банки.ру эксперты объяснили, стоит ли сравнивать Америку 1980-х и Россию 2017-го.
«Это довольно общая аналогия, — рассказывает доктор экономических наук, профессор, заведующий отделом внешнеэкономических исследований Института США и Канады РАН Михаил Портной. — В 1982 году в США закончился сильный кризис, и затем было девять лет экономического роста. Это была та самая рейганомика. В историю она вошла как решительный комплекс государственных мероприятий по поддержке экономического роста, в том числе путем обуздания инфляции. Но одним из ее важнейших элементов также было очень активное поддержание частного бизнеса и либерализация экономики».
Экономики России сейчас и США в 80-е годы прошлого века вряд ли можно считать очень уж похожими. Но в смысле вызовов государственной политики сходство есть, считает эксперт группы исследований и прогнозирования АКРА Дмитрий Куликов.
«Пол Волкер и его бескомпромиссно жесткая процентная политика тогда, в 80-е годы, вывели на новый уровень доверие и внимание к действиям ФРС, способствовали резкому снижению уровня инфляции и инфляционных ожиданий. Но в то же время не препятствовали кратковременной рецессии (ее даже иногда называют «рецессия Волкера»). Очевидно, Банк России учитывает этот широко известный и неоднозначный опыт и в общем пока ведет себя гибче, чем ФРС США в 80-е годы», — говорит Дмитрий Куликов. Он напоминает о росте проникновения долговых отношений в США после этого и указывает, что большой вклад в 1980—1990-е годы дала финансовая глобализация вследствие ослабления контроля за трансграничными потоками капитала во многих странах, а также включение в глобальную экономику Китая и стран социалистического блока.
Политика Пола Волкера является примером для Эльвиры Набиуллиной, считает научный сотрудник Центра комплексных европейских и международных исследований Высшей школы экономики (ВШЭ) Марсель Салихов. «Я думаю, что какие-то параллели можно провести: и тогда в США, и сейчас у нас центральный банк проводил достаточно жесткую денежно-кредитную политику для того, чтобы «обуздать» инфляцию. Поэтому в определенном смысле политика Пола Волкера является примером для Набиуллиной», — поясняет эксперт.
«У нас пока ЦБ закручивает гайки»
Марсель Салихов подчеркивает, что и различий тоже много — для того, чтобы ждать, что в России наступит «положительный кредитный цикл длиной 27 лет».
«Для США скачок инфляции в конце 70-х до 10% был исключением из правил, до этого она на протяжении десятилетий не превышала 2%. Поэтому после жесткой политики инфляция довольно быстро вернулась в «нормальное» русло. У нас не так. Россия является страной с хронически высокой инфляцией. К тому же любой учебник по монетарной экономике говорит о том, что денежно-кредитная политика не влияет на долгосрочные темпы экономического роста. Она может повлиять только на отклонения от долгосрочного тренда», — указывает Салихов.
«Можно считать, что Волкер помог «победить» инфляцию, но он явно не дал ускорения экономике США на следующие 27 лет — как можно сделать вывод из слов Орешкина», — резюмирует Салихов.
Начальник управления макроэкономического анализа «Эксперт РА» Антон Табах также обращает внимание на разницу между экономической политикой в США в 1980-е и современным экономическим курсом в РФ. «В Штатах снижение инфляции совпало со снижением налогов, а у нас по факту они ползут вверх за счет лучшего администрирования. У нас же пока ЦБ закручивает гайки, снижая возможности для кредитования и покупки облигаций. Еще стоит отметить демографию, которая также была источником роста в США», — говорит Табах.
Низкая инфляция — не предвестник экономического роста
Инфляция в России сейчас действительно низкая, а значит, можно попробовать стимулировать кредитование и запустить длинный кредитный цикл. С другой стороны, в начале 1980-х инфляция в США была около 5% годовых, а у нас сейчас еще ниже — 3—4%. Это говорит о том, что, возможно, у нас стагнация, а вовсе не начало экономического роста, — размышляет член президиума СРО «Мир» Александр Шустов. — Дело еще и в том, что сравнивать экономику 80-х и 2017 года — это все равно что сравнивать персональные компьютеры тех времен и сегодняшние: скорости развития экономических процессов, частота кризисов, их интенсивность абсолютно несопоставимы. О циклах длиной 27 лет речи больше не идет. Самые длинные циклы занимают около семи лет, а в промежутки между ними встраиваются короткие циклы по 3—4 года, которые оканчиваются мини-кризисами на национальном уровне».
Шустов считает, что низкая инфляция в России в данный момент — это не предвестник экономического роста, а просто следствие сжатия денежной массы, которое происходило за счет удержания высокой ключевой ставки и массового отзыва лицензий у банков.
«США никогда не были сильно зависимы от цен на нефть, а та зависимость, которая была, носила противоположный характер: низкая цена нефти означала сильный доллар и сильную экономику. Для России же низкая цена на нефть моментально наносит удар по бюджетам всех уровней. Нельзя упускать и то, что Россия находится под санкциями западных стран, которые не дают нам импортировать некоторые технологии и высокотехнологичные материалы. С момента введения санкций начался отсчет технологического отставания: если за 5—7 лет мы не перестроим экономику так, чтобы не зависеть от санкционной политики Запада, технологическое отставание может стать непреодолимым», — предупреждает Шустов.
По словам Михаила Портного, обуздание инфляции действительно создает условия для роста экономики и для активизации инвестиций, но важно дополнить это мерами поддержки бизнеса. «Тот факт, что инфляцию довели до 4% и ниже, — это большая заслуга экономической политики, и это создает условия для активизации инвестиций. Но важны и другие меры. Неслучайно все говорят о необходимости поддержки малого бизнеса. Будем надеяться, что снижение инфляции, создающее платформы для роста инвестиций, приведет к росту экономики», — заключает эксперт.
Анна ПОНОМАРЕВА, Banki.ru
