Ульяновская история, когда двухлетний мальчик пострадал от «коктейля Молотова», брошенного в окно жилого дома коллектором, вызвала большой общественный резонанс. Глава Совфеда Валентина Матвиенко предложила приостановить деятельность коллекторских агентств до того, как будет принят закон, регулирующий этот рынок. Банки.ру расспросил банкиров, депутатов, микрофинансистов и самих коллекторов о том, что будет, если их запретят.
28 января спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко предложила приостановить в России деятельность коллекторских агентств до принятия закона, который регламентировал бы их работу. По ее словам, такая необходимость возникла «в связи с участившимися случаями беспредела со стороны коллекторов». Сенатор также отметила, что «пока такой документ разрабатывается, следует немедленно вернуть в закон о банковской деятельности ранее существовавший запрет передавать права, связанные с банковскими услугами, лицам, не имеющим банковской лицензии». По ее мнению, это поможет оградить россиян от общения с «сомнительными личностями из непонятных организаций», которые действуют под вывеской коллекторских агентств (цитаты по РИА Новости).
Такое заявление спикер Совфеда сделала после трагического инцидента в Ульяновске: утром 27 января, предположительно, коллектор, чтобы напугать должника, забросил в окно жилого дома бутылку с зажигательной смесью. Возник пожар, в результате которого пострадал двухлетний мальчик – по данным СМИ, он госпитализирован с ожогами лица, рук и дыхательных путей – и травмы получил его 56-летний дедушка. Как сообщает прокуратура Ульяновской области, подозреваемый – бывший сотрудник внутренних дел, ранее судимый – «имеет отношение к коллекторскому агентству, использовавшему в данном случае незаконные методы при взыскании с хозяина дома долга по кредиту, предоставленному одной из микрофинансовых организаций».
После этого эксперты проекта ОНФ «За права заемщиков» призвали МВД защитить граждан от неправомерных действий коллекторов, а правительство – ускорить принятие закона «О защите прав граждан при взыскании». «Законопроект, который бы четко определил права, обязанности, процедуры и ответственность надзора, до сих пор не согласован в правительстве», — говорится в сообщении ОНФ. Также активисты требуют наказать сотрудников полиции, которые не отреагировали на заявления ульяновской семьи об угрозах со стороны коллекторов. «Недостаток правового регулирования и не очень активное реагирование со стороны правоохранителей будут только провоцировать подобные ситуации», – заявил руководитель проекта ОНФ «За права заемщиков», заместитель председателя комитета Госдумы по экономической политике Виктор Климов.
А глава Республики Крым Сергей Аксенов пошел еще дальше и 29 января потребовал вообще запретить коллекторский бизнес в России. «Необходимо полностью исключить коллекторов из процесса сбора долгов. Этим должно заниматься государство. И конечно, решение долговых проблем не должно возвращать нас в беспредел 90-х годов», — цитирует главу региона его пресс-служба.
Банки.ру спросил у экспертов, есть ли косвенная вина банков в «бесчинствах» коллекторов и что будет, если их запретят.
«Если мы запретим посредников, это не значит, что банки перестанут искать должников»
Алексей Саватюгин, президент Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств:
– Подобные меры, если они будут приняты, никому не сделают лучше. Если мы запретим посредников, это не значит, что банки перестанут искать должников. У каждого банка и микрофинансовой организации есть свои службы по взысканию задолженности. Иногда для этих целей привлекаются случайно нанятые люди – так и было, если я не ошибаюсь, в Ульяновске. Это вопиющий случай, чистая уголовщина, виновные должны понести наказание, но наказание в рамках УК. А распространять отдельный случай на весь рынок и запрещать весь рынок – неправильно. Если коллекторов не будет – значит, что, можно не возвращать долги? В древней Месопотамии новые правители списывали все долги граждан. Но это было 3 000 лет назад. Так что предложения запретить деятельность коллекторов — чистый популизм, и жалко, что такие заявления звучат из уст третьего человека в стране.
Проблема деятельности коллекторов в том, что она никак не регулируется, хотя мы – нормальная часть профессионального сообщества – давно за это выступаем. Сделайте закон, назначьте регулятора, введите саморегулирование, стандарты отчетности, раскрытия информации, поведения, этики, вход в отрасль, аттестацию специалистов. В течение многих лет государство не может принять подобного закона, а Банк России делает вид, что он вообще тут ни при чем. Что странно. Рынок очень сложный, десятки миллионов клиентов, масса жалоб, огромное внимание к нему привлечено – но никто не хочет его регулировать. Есть хорошая практика: Сбербанк России с прошлого года заключает договоры только с членами НАПКА. Ассоциация объединяет 30 агентств, которые дорожат своей репутацией. А всего, по экспертным оценкам, таких агентств до тысячи. У тех, которые не входят в профобъединение, нет кодексов этики. У НАПКА же есть контрольный комитет, единые стандарты поведения, требования к страхованию профессиональной ответственности, то есть какие-то элементы саморегулирования. Мы призываем кредиторов, чтобы им самим потом не было стыдно за себя и своих контрагентов, иметь дело с проверенными коллекторскими агентствами. После случая в Ульяновске мы обратились к Банку России с просьбой принять меры против незаконных методов взыскания со стороны кредиторов (банков и МФО), а также разработать для них внутренние стандарты взыскания и рекомендации по выбору коллекторских агентств.
«Эта инициатива ставит под угрозу существование кредитов физическим лицам»
Елена Докучаева, президент коллекторского агентства «Секвойя Кредит Консолидейшн»:
– Запрет коллекторских агентств, в том числе профессиональных, может не только иметь самые негативные последствия для собираемости долгов и сказаться на устойчивости всей банковской системы России, но и доставить немало проблем потребителям банковских услуг. Для большинства из них кредит станет недоступным вследствие, например, существенного повышения ставок или ужесточения кредитором требований к заемщикам. Таким образом, в каком-то смысле данная инициатива ставит под угрозу существование такого понятия, как кредиты физическим лицам.
Правительство уже не раз давало понять, что выступает за регулирование рынка взыскания, а не за прекращение его существования. Заявление Валентины Матвиенко стоит воспринимать, скорее, как эмоциональный призыв для госорганов, которые имеют отношение к разработке профильного законопроекта, а также к Госдуме — как можно скорее принять обсуждаемый в течение десяти лет законопроект. Мы уверены, что принятие отдельного закона сможет полностью решить вопрос о прекращении существования так называемых серых коллекторских агентств. Именно на эти организации поступает 99% всех жалоб от должников, именно их сотрудники становятся участниками криминальной хроники. В своей работе они применяют любые, в том числе и запрещенные законом, методы взыскания.
«Бандитизм надо отделять от коллекторства»
Гарегин Тосунян, президент Ассоциации российских банков:
– Бандитизм надо отделять от коллекторства. Иногда под термином «коллекторы» понимают тех, кто угрожает, оказывает психологическое давление, выкручивает руки, берет в заложники. Но когда речь идет о статьях Уголовного или Административного кодекса, тут о коллекторах говорить нельзя. Эти люди могут себя называть как угодно – коллекторами, банкирами, депутатами, героями, но это элементарные бандиты. Сама по себе коллекторская деятельность ничего предосудительного в себе не несет и во многих случаях реализуется вполне цивилизованно, в соответствии с Гражданским кодексом. Запретить ее невозможно в силу того, что это означает запретить некоторые статьи Гражданского кодекса, в том числе о цессии. Если же речь идет о взыскании долга сотрудниками самого банка, то это уже не коллекторство. Как можно запретить банку работать по взысканию долга – звонить, писать письма, обращаться в суд?
Если банк заключает договор со скомпрометировавшей себя организацией, то, конечно, репутационные риски он несет, а юридических – практически нет. Если банк продал свои права требования третьему лицу, то в дальнейшем прервал с ним отношения. Как банк может отвечать за то, что у третьего лица «поехала крыша» и он стал использовать преступные методы – взял в руки пистолет или начал выламывать двери неплательщика?
«Закон, который все обсуждают, фиксирует существующий беспредел»
Игорь Костиков, председатель совета общественной организации по защите прав потребителей финансовых услуг «Финпотребсоюз»:
– Предложение запретить деятельность коллекторов – это эмоциональная реакция. Тут не совсем верная постановка вопроса – «до принятия закона о взыскании». На самом деле тот закон, который неоднократно пытались вносить, еще больше нарушает права граждан. Предоставляет коллекторам огромные возможности, с которыми граждане вообще не смогут справиться.
Один из вопросов, который нужно решить, – банки и другие кредиторы при передаче долга должны это делать публично. Обязаны оповещать должников о возможной передаче долга третьим лицам. Закон, который все обсуждают, этого не предусматривает, а, наоборот, фиксирует существующий беспредел.
Максимальная цена продажи долга, как правило, не превышает 2% от его номинала. Коллекторы мало того, что взыскивают стоимость долга, еще и накручивают различные штрафы и комиссии. И закон этой проблемы не решает. Центробанк должен исключить из регулятивной базы основание, которое позволяет банкам передавать долги коллекторам, и ввести обязательную публичную продажу долгов. Это можно сделать и без закона.
Банки сейчас фактически продают долги, хотя не имеют права этого делать, так как механизма продажи у нас нет – они должны переуступать. Тут есть над чем задуматься регулятору.
«Деятельность коллекторов должна быть лицензируемой»
Анатолий Аксаков, председатель комитета Госдумы по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству, президент Ассоциации региональных банков России:
– Запретив коллекторов, мы никуда не денем бандитов, которые и так действуют вне правового пространства. Надо срочно рассматривать законы, которые есть в Госдуме, либо правительство должно ускорить внесение того проекта, которое подготовило Минэкономразвития. Это уже давно отработанные документы, подходы к их принятию понятны. При этом, возможно, стоит применить чуть более жесткие подходы, чем раньше предполагалось. Например, деятельность коллекторов должна быть лицензируемой, потому что есть уже сформировавшиеся структуры, которые готовы работать по цивилизованным правилам. Центробанк будет контролировать деятельность таких структур и по крайней мере в правовом поле недобросовестных участников не будет.
Я допускаю, что сотрудники МФО или организации, чьими услугами они пользуются, могли действовать сверх норм права, потому что на рынке микрофинансовых организаций порядок до конца не наведен. Есть подозрение, что некоторые из них контролируются криминальными структурами. Банкам есть что терять, поэтому им в сфере взыскания задолженности сложнее вести себя недобросовестно.
«Действующая модель не позволяет банкам и МФО контролировать методы работы коллекторов»
Роман Гуторов, директор направления кредитования МСБ микрофинансовой организации АО «Городская Сберкасса»:
– Сложно представить ситуацию одномоментной остановки деятельности нескольких сотен и даже тысяч агентств. Практически все они приобретают проблемные портфели за счет собственных или привлеченных, а иногда и заемных средств, арендуют помещения, выплачивают заработную плату и налоги. Остановка деятельности компаний даже на короткий период времени может нанести им непоправимый урон. При этом действующая модель не позволяет банкам и МФО контролировать, отслеживать и нести какую-либо ответственность за методы и способы работы с должниками, которые практикуются коллекторами, – здесь могут играть роль только критерии отбора партнеров по взысканию.
«Что же нам теперь – запрещать полицию после преступления майора Евсюкова?»
Леонид Корнилов, операционный директор МФО «VIVA Деньги»:
– Отсутствие закона о коллекторской деятельности не повод запрещать профессии и целые предприятия, которые уже созданы и работают. Что же нам теперь – запрещать полицию после преступления майора Евсюкова или запрещать врачей после смертельного избиения пациентов в белгородской больнице? Разве наличие федеральных законов о МВД и деятельности врачей уберегло жертв от действий этих отморозков? Для наказания таких людей не нужно писать отдельные законы – они все уже написаны!
Несомненно, закон, регламентирующий деятельность коллекторских агентств, необходим. Но он нужен для того, чтобы сделать бизнес-процессы прозрачными. Однако наличие такого закона никак не предотвратит совершение таких преступлений, как в Ульяновске, – ведь невменяемые люди есть в любой профессии.
Если компания поощряет или культивирует агрессию своих сотрудников по отношению к клиенту, то, конечно же, директор должен нести ответственность. Но прежде всего отвечать перед законом должен непосредственно коллектор, если его действия нанесли вред и попали под рамки УК РФ.
«Весь рынок взыскания займут «метатели зажигательных смесей»
Андрей Петков, генеральный директор онлайн-сервиса микрокредитования «Честное слово»:
– Подобные заявления – попытка проявить «шапкозакидательские» настроения без желания разобраться в сути вопроса. В середине 2015 года предлагалось одним махом запретить всю микрофинансовую деятельность, несмотря на огромные подвижки в этом секторе, которые произошли благодаря регулятивным мерам ЦБ.
Приостановка деятельности коллекторов приведет к запрету деятельности легальных агентств. Ниша на рынке взыскания просроченной задолженности освободится, и ее всю займут вот такие «метатели зажигательных смесей».
Для полного наведения порядка необходим закон, который прекратит деятельность «черных» коллекторов и «вышибал», бросающих тень на весь рынок коллекторских услуг. Добросовестные МФО, профессиональные сообщества заинтересованы в построении прозрачных и регулируемых отношений между всеми участниками рынка микрофинансирования. Мы проверяем и контролируем работу коллекторов, прослушиваем телефонные записи общения с должниками.
«Безусловно, специальный закон о коллекторах необходим»
Екатерина Казак, директор по управлению рисками сервиса онлайн-кредитования MoneyMan:
– Запрет деятельности коллекторов приведет, во-первых, к ухудшению кредитных портфелей кредиторов, во-вторых, увеличению резервов, что отрицательно отразится как на финансовых показателях, так и на соблюдении нормативов ЦБ. Деятельность коллекторов регулируют Гражданский кодекс РФ, Гражданско-процессуальный кодекс, закон «Об исполнительном производстве», а также постановления Пленума Верховного суда РФ. База для регулирования существует, а все преступные действия лежат в плоскости регулирования УК РФ. Безусловно, специальный закон о коллекторах необходим, он разрабатывается уже несколько лет, но по неведомым причинам работа над ним тормозится. В США действует The Fair Debt Collection Practices Act, коллекторская деятельность регулируется в рамках Consumer Credit Act в Великобритании.
Коллекторы, как и представители других профессий, не имеют права на применение насилия. Банки и МФО могут проводить профилактику таких действий – например, с помощью рейтинговой системы коллекторских агентств, с которыми работает организация.
«Банки имеют право прослушивать разговоры коллектора с должниками»
Сергей Тараканов, начальник департамента оценки розничных рисков Транскапиталбанка:
– Для банков приостановка деятельности коллекторов может привести к тому, что многие кредитные учреждения, не располагающие опытом, технологиями и ресурсами, столкнутся с рисками резкого роста просрочки, необходимости доначисления резервов и существенного ухудшения финансовых показателей. Не стоит предвзято относиться к необходимости строгого контроля за возвратом кредитных средств. Для банков это является в первую очередь проявлением их ответственности перед своими вкладчиками. Добросовестные клиенты не должны страдать от недостатка финансовой дисциплины кого-либо.
Ответственность друг перед другом должны нести все стороны, поэтому при выборе коллектора банки обращают внимание на очень большое количество факторов: репутацию коллектора, его историю на рынке, возможность «тонкой настройки» последующей работы с должниками. В договорах прописываются четкие инструкции, определяются все нюансы и границы, обязательно учитываются такие моменты, как строгое соблюдение законодательства – от частоты и количества звонков в день до соблюдения «режима тишины» и прочее. Банки имеют право прослушивать разговоры представителей коллектора с должниками, чтобы оценить корректность исполнения договоренностей. Также они могут проводить дополнительные проверки типа «тайного покупателя». Все это дает отчетливое понимание, как работает твой партнер-коллектор, соответствует ли он всем стандартам, включая этические.
В цивилизованном функционировании этого рынка заинтересованы и банки, и коллекторы. Разумеется, речь идет о тех игроках, кто рассчитывает на работе «в долгую» и стремится отстраивать свой бизнес, ориентируясь на развитие и рост.
«Случаи превышения полномочий со стороны сотрудников крупных коллекторских агентств практически исключены»
Александр Шорников, директор департамента розничного кредитования МКБ:
– Запрет профессиональной коллекторской деятельности абсурден. Ограничение в отрасли вместо ее разумного регулирования усложнит и без того непростую ситуацию на рынке розничного кредитования и спровоцирует рост просрочек. Банки, дорожащие своей репутацией, всегда требовательны к выбору агентов, отслеживают жалобы клиентов и контролируют работу своих подрядчиков по коллекшену, в том числе при помощи «тайных покупателей». Сопоставив впечатления «тайного покупателя» с отчетностью, которую предоставляет коллекторское агентство, можно получить объективные результаты качества взыскания. Исходя нашего опыта, случаи превышения полномочий со стороны сотрудников крупных и надежных коллекторских агентств практически исключены.
«Запрет на действия коллекторов может парализовать банковскую систему»
Дмитрий Коршунов генеральный директор МФО «Фаст Финанс»:
– Конечно, ряд компаний в отсутствие правового регулирования работает по своим собственным «законам», что зачастую приводит к печальным результатам, как, к примеру, этот вопиющий случай в Ульяновске. В то же время запрет на действия коллекторов до момента принятия соответствующего закона может парализовать банковскую систему. Если коллекторы не смогут передать долги обратно в банк, а банк не сможет их забрать и взыскать, это приведет к коллапсу. На этот период долги заемщиков банкам станут фактически невозвратными. Как следствие, в очередной раз будет подорвана платежная дисциплина населения.
«При отсутствии коллекторов кредиторы будут вынуждены напрямую обращаться в суды»
Юрий Провкин, генеральный директор группы компаний «Быстроденьги»:
– При отсутствии функции взыскания кредиторы будут вынуждены напрямую обращаться в суды. Но пока дело в суде дойдет до рассмотрения, долг клиента будет только увеличиваться и прирастать судебными издержками.
Цивилизованная коллекторская деятельность главным образом направлена на то, чтобы договориться с должником, найти возможные инструменты урегулирования задолженности. По поводу ее запрета хочу привести пример из категории очевидных вещей. ДТП по вине водителя автобуса не является основанием для введения запрета на общественный транспорт, но становится причиной для расследования и разработки мер, способствующих предотвращению нарушений ПДД со стороны водителей. Так и с коллекторской деятельностью: существует рынок, которому необходимы согласованные правила игры и регулятор, который будет их контролировать и развивать. Именно на этом и стоит сосредоточить внимание законотворцев.
Кредиторы несут коллективную моральную ответственность. Системообразующие игроки уже давно пришли к такому пониманию ситуации, поэтому тщательно относятся к выбору партнера.
«Коллекторы являются неотъемлемой частью финансового рынка»
Евгений Новиков, заместитель руководителя блока рисков Бинбанка:
– Мы заинтересованы в скорейшем принятии закона о регулировании коллекторской деятельности с целью придания всему рынку цивилизованных форм. Коллекторы являются неотъемлемой частью финансового рынка, в том числе в Европе и в Америке.
С точки зрения ответственности, безусловно, и банки, и МФО должны очень внимательно подходить к выбору коллектора. Например, Бинбанк в приоритетном порядке оценивает качество работы компании, ее порядочность и далее регулярно контролирует все ее действия.
Елена ПЕТЕШОВА, Banki.ru