Вкладчики, положившие в 90-е годы прошлого века в Сбербанк на вклад «Детский» свои сбережения и считающие их пропавшими после гиперинфляции, могут вернуть свои деньги. Это доказала жительница Архангельской области Татьяна Молева. Она, как многие наши соотечественники, поверила в рекламу банка и открыла в 1996 году целевой «Детский» вклад. Правда, обещанных дивидендов она не получила. А сейчас смогла отсудить у Сбербанка более 1 миллиона рублей.
За ходом процесса следили в аппарате Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации Владимира Лукина. И Владимир Петрович уже обратился в правительство с просьбой решить проблему «детских» вкладов в интересах потерявших свои деньги граждан.
В 1996 году Татьяна, как и миллионы других россиян, положила в ближайшее к ней — Няндомское — отделение Сбербанка на имя десятилетней племянницы Карины 1 миллион рублей сроком на 10 лет под 100% годовых. Это была последняя зарплата внезапно умершего отца девочки.
В смутные 90-е «детские» вклады Сбербанка были весьма популярны: многие россияне, стремясь уберечь от гиперинфляции хотя бы часть сбережений, открывали счета детям, надеясь, что к их совершеннолетию сумма сохранится благодаря обещанному банком высокому проценту. Однако в мае 2006 года, когда закончился срок вклада, Молева обнаружила, что на счету ее племянницы числится всего 6 тысяч 806 руб. Сбербанк в одностороннем порядке снизил ставку до 16% годовых, даже не предупредив об этом вкладчицу.
— Мы решили защитить права нашей племянницы, — рассказал «Известиям» Иван Ильинцев — брат Татьяны Молевой. — Обратились в суд. Наше требование было таким: банк должен восстановить процентную ставку и начислить сумму из 100% годовых.
Ильинцев выступил в суде доверенным лицом истицы и за время процесса, по его словам, «набрался опыта, который скоро пригодится самому». «Я тоже погорел на «детском» вкладе», — объясняет он. В начале 90-х Ильинцев открыл такой вклад на 220 тысяч рублей под 190% годовых. С тех пор, по его расчетам, сумма должна была вырасти до 31 миллиона рублей. Однако Сбербанк начислил всего 8 тысяч.
8 ноября прошлого года федеральный судья Коношского районного суда Архангельской области Надежда Артемова признала требование Молевой законным. По мнению судьи, банк нарушил ст. 838 «Проценты на вклад» Гражданского кодекса России. По этой статье «определенный договором банковского вклада размер процентов на вклад… не может быть односторонне уменьшен банком». В итоге суд обязал Няндомское отделение Сбербанка восстановить процентную ставку и зачислить требуемую Татьяной сумму в 1 млн 133 тысячи 88 рублей на сберкнижку.
Попытка Сбербанка обжаловать это решение в кассационной инстанции была безуспешной. «Коллегия Архангельского областного суда по гражданским делам оставила решение без изменения, а кассационную жалобу отделения Сбербанка — без удовлетворения», — заявила пресс-секретарь Архангельского областного суда Ксения Соловьева.
— Теперь мы ждем, когда Сбербанк выполнит решение, — довольно говорит Иван Ильинцев.
Вчера отделение Сбербанка в Архангельской области не комментировало решение суда.
Неделю назад Иван получил письмо из аппарата Уполномоченного по правам человека Владимира Лукина. Изучив опыт архангельских истцов, Лукин обратился в правительство с просьбой решить эту проблему для всех граждан России, погоревших на «детских» вкладах
Пока же по нашим законам каждый вкладчик, недовольный начисленными процентами, должен самостоятельно доказывать в суде свою правоту. Два подобных процесса проходили в Омской и Мурманской областях. Местные жители, положившие свои деньги на вклад «Детский», отсудили у Сбербанка 80,5 тысячи рублей и 420 тысяч 750 рублей.
Беспроигрышно могут судиться лишь те, кто оформил вклад после 1 марта 1996 года — с этого момента вступила в силу вторая часть Гражданского кодекса России, содержащая ст. 838, которая гарантирует вкладчику неизменный процент годовых. А вот если вклад был оформлен раньше, то уменьшать в одностороннем порядке процентную ставку банк мог, если такое условие содержалось в договоре, а клиент был с этим договором ознакомлен.
Виктор ФИЛИППОВ
РЕПЛИКА
Газета. Ру, «Отдай миллион»:
«Это уже не первый иск по «детским» вкладам, выигранный гражданами у Сбербанка. Еще в 2003 году Омский областной суд удовлетворил иск вкладчика, положившего в 1993—96 годах на «детский» вклад в Сбербанке 231 тыс. руб. Через десять лет, когда вкладчик пришел за законными процентами, в банке ему предложили лишь около 3 тыс. руб. Причина оказалась та же — снижение процентной ставки без предупреждения клиента. Суд решил обязать Сбербанк выплатить клиенту 80 тыс. 500 руб. В 2005 году аналогичное решение принял Мурманский областной суд. Светлана Левашова, открывшая когда-то вклады на троих детей, потребовала от банка выполнить обещания и выплатить причитающиеся ей 420 тыс. 750 руб. из расчета 190% годовых, которые обещал Сбербанк десять лет назад. В ходе рассмотрения дела суд также выявил одностороннее снижение процентной ставки банком без уведомления клиента и обязал Сбербанк расплатиться по обещанной ставке.
Таким образом, со Сбербанком имеет смысл судиться всем, кто размещал вклады в 90-е годы и фактически потерял их по прошествии десятилетия. Даже с учетом прошедшей в 1998 году деноминации граждане, положившие в 1996 году средства в Сбербанк под 100% годовых, сегодня имеют шанс вернуть такую же сумму.
Особенно это касается тех, кто оформил вклад после 1 марта 1996 года. Именно с этой даты Верховный суд РФ принял решение считать уменьшение процентной ставки в одностороннем порядке незаконным.
Если вклад был оформлен раньше, то, по мнению Верховного суда, уменьшать процентную ставку банк мог, если такое условие содержалось в договоре, а клиент был с этим договором ознакомлен.
Проблема вкладчиков Сбербанка в том, что у них нет договоров вклада. Есть только сберкнижки, в которых не указаны условия по вкладам. А раз нет документа, то и решение суда не гарантировано. С одной стороны, Сбербанк не может подтвердить, что ознакомил своих вкладчиков с условиями договора, поскольку его нет. С другой — отсутствие договора мешает и вкладчикам, которым приходится иными путями доказывать неосведомленность о возможности изменения банком процентной ставки.
Юристы советуют обратиться к печатным изданиям того времени: «детские» вклады широко рекламировались, и их условия вместе с процентными ставками, размещенные в печатных СМИ, можно считать публичной офертой.
Если бы в России действовала прецедентная система права, когда одного судебного решения достаточно, чтобы автоматически удовлетворялись все аналогичные иски, Сбербанку пришлось бы несладко. Но согласно нашим законам, каждый пострадавший вкладчик должен самостоятельно доказывать свою правоту. Возможности и время на это есть не у всех, да и суммы, положенные когда-то в банк, не всегда стоят того, чтобы тратить усилия на их возвращение. Поэтому Сбербанк может чувствовать себя в относительной безопасности. Как и российское государство, которое задолжало гражданам по разнообразным обязательствам, в том числе с советских времен, сумму, равную нескольким бюджетам страны».