Даже если власть не откажется от полного страхования банковских вкладов в рамках обозначенной в законе суммы, населению дан однозначный сигнал: вклады в банках — это отношения конкретных людей с конкретными кредитными организациями. Государство за них не отвечает.

Экономические новости в России не дают нам расслабиться. Только начали привыкать к постоянным отзывам лицензий у банков — пошли международные санкции. Только начали привыкать к санкциям — мы ввели ответные, разогнав рост цен на продовольствие до космических величин. Только стали смиряться с ценниками на еду в магазинах и на рынках — после сильной девальвации рубля начался его декабрьский обвал. Только начали думать, куда девать накупленные во время обвала рубля соковыжималки с кофеварками и где хранить накопленные годовые запасы гречневой крупы, — правительство поручает себе подумать об изменении системы страхования вкладов. Причем как раз в тот момент, когда население, воспользовавшись единственным понятным массам положительным последствием повышения ключевой ставки — бурным ростом ставок по вкладам, — активно понесло оставшиеся сбережения в банки.

Один только информационный вброс об экономическом совещании, обсуждавшем возможность возврата к системе, когда государство в случае краха кредитной организации будет платить не 100%, а «всего» 90% от тех 1,4 млн рублей вклада, которые покрываются страховкой, или вернет вам только основное тело вклада без процентов, вызвали бурю возмущения в социальных сетях. Хотя речь шла всего лишь о поручении правительству «изучить вопрос», народ воспринял новость по-своему: государство откажется от стопроцентного страхования вкладов.

Пока из представителей монетарных властей публично озвучить свою позицию решился только заместитель министра финансов Алексей Моисеев. По его мнению, менять правила страхования вкладов россиян в банках не стоит. Лучше ужесточать требования к отчислениям в систему страхования. «Вариантов я вижу четыре: дифференциация взносов, франшиза (неполное страхование), невозмещение некапитализированных процентов и возмещение только суммы внесенных средств. Честно говоря, из всех этих мер мне кажется предпочтительной только дифференциация взносов, франшиза мне не нравится, потому что мне кажется, что она может подрывать основы системы страхования вкладов», — сказал чиновник.

Когда с 1 января 2015 года государство из-за девальвации рубля вдвое увеличило сумму страхового покрытия банковских вкладов — с 700 тыс. рублей до 1,4 млн — это уже выглядело достаточно смелым шагом. По всем признакам, финансовых возможностей у государства в обозримом будущем, по крайней мере в горизонте двух-трех лет, будет меньше, а не больше, чем до удвоения страховой суммы. Понятно, что надо было как-то пополнять стремительно таявший из-за массированного отзыва лицензий в конце 2013-го и 2014 году фонд АСВ. Понятно, что необходимо стимулировать желание граждан нести деньги во вклады. Но тогда надо было и отдавать себе отчет в том, что малейшие разговоры об изменении системы страхования вкладов в худшую для людей сторону могут вызвать негативную реакцию и даже — в случае реализации — финансовую панику.

Тем не менее, независимо от исхода этой истории, в ней есть один положительный момент. Сейчас модно говорить, что народ у нас в последние пять-семь лет привык к кредитам настолько, что многие вообще перестали воспринимать их как свои долги. Или считают вполне возможным строить личные кредитные пирамиды, привлекая новые займы на погашение прежних (тут и банки расстарались, до ужесточения отбора заявок в последние год-полтора проявляя к заемщикам чрезмерный либерализм). Но точно так же россияне подсели и на депозиты.

Стопроцентное страхование вкладов на сумму, которая покрывает реальные депозиты подавляющего большинства их владельцев, абсолютно исказило восприятие смысла этого способа инвестиций. Люди стали считать банк лишь посредником между своими деньгами и государством. Чем-то вроде ячейки, в которой лежат их деньги. Да не просто лежат: еще и проценты капают. Люди отдавали депозиты не банку, неважно, государственному или частному, а непосредственно государству. Вклад стал в сознании людей стопроцентным правом сохранить и приумножить деньги при ноль-процентной личной ответственности.

Теперь нас просто спускают с небес на землю. Да, государство взяло на себя обязанность возмещать в полном объеме вклады с процентами из прогоревших банков сначала на 700 тыс. рублей, а потом и на 1,4 млн. Но это не значит, что оно автоматически избавило нас с вами от персональной ответственности за выбор банка. И это не значит, что стопроцентная страховка в рамках этой суммы сохранится навсегда.

Вклады начали казаться нам бесплатным сыром. А он бывает только в мышеловке. И за то, чтобы мы в нее не попали, отвечает каждый из нас, а не министр финансов или председатель Банка России. Людей никто не заставляет открывать депозиты, равно как и брать кредиты. Если мы делаем это, выбирая конкретный банк, мы вступаем с ним в финансовые отношения. И как во всяких отношениях, в случае их краха виноваты обе стороны. Никакое самое распрекрасное и справедливое государство всех наших личных проблем, в том числе и финансовых, за нас не решит.