Несмотря на рост популярности электронных платежей, вытеснение наличных денег из оборота в мировых масштабах — миф. С 2008 года доля наличных в ВВП крупнейших экономик растет. В России, по расчетам «Коммерсанта», этот тренд наблюдается с 2015 года, пишет «Коммерсант».

В статье для европейского исследовательского центра CERP экономисты Нацбанка Австрии Клемент Йобст и Хельмут Стикс на статистическом материале, покрывающем 96% мирового ВВП, констатируют отмечавшиеся для отдельных экономик нестандартные тренды в наличном денежном обращении. Несмотря на широко обсуждаемое падение использования наличных в экономиках Франции, Норвегии, Швеции, с 2007 года рост доли наличных в ВВП — общемировая тенденция, распространяющаяся на США, зону евро, Швейцарию и Японию. Она менее выражена в странах вне ОЭСР с низким уровнем долларизации экономик, хотя и там она выше, чем в 2003 году.

Для России тренд роста доли наличных в ВВП, по сути, еще не сформировался, но он есть, поскольку распространение безналичных платежей в России идет в последнее десятилетие очень быстро, компенсируя ранее существовавшее отставание. Номинальный рост объема наличных в ВВП в случае России совпал с периодом быстрого снижения инфляции и падения доходности депозитов, с большой вероятностью процесс будет продолжен и в 2018 году.

Возможно, на рост популярности наличных рублевых сбережений повлияла также кампания ЦБ по отзыву лицензий у банков — впрочем, полноценным объяснением происходящего это быть не может, поскольку депозиты в банковской системе увеличивались, в какой-то части они обеспечивались конвертацией наличных денег в безналичные в банковских кассах. Рост популярности интернет-торговли в РФ и расширение сетевого ретейлового бизнеса в 2014—2018 годах могли снижать потребности в наличных — для многих территорий это основной канал популяризации безналичных платежей. Наконец, перевод бюджетного сектора на карты «Мир» и успешная борьба ЦБ с рынком «обнала», резко увеличившая стоимость нелегальной трансформации безналичных денег в наличные в 2016—2018 годах, также играли против показателя «банкноты в сопоставлении с номинальным ВВП», а, по последним данным Росстата, доля занятости в «тени» населения РФ в 2017 году снижалась, но это все равно не помешало наличным расти.

Возможно, и для РФ, и для ОЭСР объяснение происходящего является общим. Финансовые кризисы на фоне низкой инфляции отправляют «под подушку» наличные увереннее, чем население привыкает к банковским картам, а достигнутый уровень налогового бремени делает объем теневой экономики, нуждающейся в наличных, чем-то вроде мировой константы.