Доля клиентов, которые имеют ссуды одновременно в банках и в МФО, достигла максимума и, скорее всего, будет расти. Дело не только в закредитованности населения.

В середине мая СберБанк заявил о том, что будет предоставлять своим зарплатным клиентам краткосрочные (на месяц) займы на сумму от 1 тыс. до 30 тыс. рублей. Заявки банк обещает рассматривать в течение двух минут и сразу перечислять деньги на карту.

Развитие онлайн-кредитования и экономические процессы, связанные с коронавирусной пандемией, привели к смешению аудитории банков и МФО. Раньше казалось, что это два полюса финансового рынка: банк — кредитная организация, в которую обращаются тогда, когда нужна крупная сумма денег. Однако выдают ссуды они далеко не всем, а лишь тем, у кого есть стабильный подтвержденный доход. В свою очередь, МФО — решение для тех, кому не хватает денег на жизнь, с платежной дисциплиной у таких заемщиков проблемы, поэтому за высокие риски им приходится платить большой процент. Такая градация уходит в прошлое.

По данным бюро кредитных историй «Эквифакс», в I квартале 2021 года доля заемщиков, которые имеют ссуды одновременно и в банках, и в МФО, составила 9%. За полгода она выросла на 0,5 процентного пункта, достигнув максимума с 2017 года (в более ранние периоды подобные измерения не проводились). Вместе с тем за полгода доля исключительно банковских клиентов сократилась на 1,6 п. п. — до 83,4%, а доля клиентов только с микрозаймами выросла на 1,2 п. п.

На платформе Webbankir доля банковских клиентов еще выше и также растет. 65% людей, подавших заявки на получение займов в январе — марте 2021 года, имели действующие кредиты в банках, что примерно на 5 п. п. больше, чем годом ранее.

О чем говорят эти данные? Первый ответ, который приходит в голову, связан с ростом закредитованности населения: дескать, часть людей уже не могут получить кредиты в банках и обращаются в МФО. На мой взгляд, значение этой тенденции несколько преувеличено. Например, часть заемщиков действительно берут краткосрочные займы, чтобы рефинансировать долги перед банками, но процент подобных клиентов очень невелик — на платформе Webbankir он составляет 0,9%.

Если же рассматривать вопрос с точки зрения макроэкономики, то долговая нагрузка россиян далеко не запредельна. В частности, по последним данным МВФ, совокупный долг домохозяйств в России к ВВП составляет 19,83%. Для сравнения: в США это соотношение достигает 76,41%, во Франции — 73,33%, в Германии — 54,37%.

Вторая причина — в развитии средне- и долгосрочных займов (installment loans). Если в целом микрофинансовый рынок в 2020 году продемонстрировал незначительное снижение — с 417 млрд до 415 млрд рублей, то IL-сегмент, по данным Центробанка, вырос со 196 млрд до 206 млрд рублей, причем 67 млрд из них было выдано в IV квартале. Важно, что installment loans — это продукт с меньшими рисками, чем выдача займов «до зарплаты», приближенный к классическому банковскому потребительскому кредитованию. Например, согласно статистике регулятора, в конце 2020 года взять заем на сумму более 60 тыс. рублей на год и дольше можно было под процент, вполне сопоставимый со ставками в банковском секторе.

В итоге часть клиентов начинают рассматривать МФО как альтернативу банкам. А другие вовсе не делают различия между теми и другими, выбирая финансовый продукт просто по принципу «где удобнее взять».

Подобному восприятию в не меньшей степени способствуют кейсы, когда банки расширяют свою линейку продуктами, характерными для МФО. Речь, например, об упоминавшейся выше инициативе «Сбера». А годом ранее мгновенные нецелевые кредиты до 15 тыс. рублей через Интернет стал выдавать МТС Банк.

И если известные банки охотно ассоциируют себя с микрофинансовыми услугами, то стоит отметить, что качество самих этих услуг за последние пару лет значительно возросло, в первую очередь в онлайне.

Настораживающим фактором для клиентов раньше был мисселинг — навязывание ненужных дополнительных опций. Например, при выдаче займа МФО могла продать страховку на случай потери работы или полис юридической помощи, а заодно и взять плату за выбор способа получения денежных средств. Особенно обременительной подобная «забота» о клиенте была в PDL-кредитовании, где средний размер займа составляет 10 тыс. рублей, а срок — один месяц. В таком случае стоимость ненужных услуг подчас могла достигать половины суммы займа. Да и страховка с услугами юристов на месяц, как правило, не нужна.

Сегодня ряд крупных компаний отказались от продажи дополнительных услуг и не берут скрытые комиссии, которые бы влияли на полную стоимость займа. Это связано с пониманием того, что лояльный клиент способен принести компании большую выгоду, чем можно заработать на сиюминутной продаже ненужных услуг. Те же, кто до сих пор не осознал этого, будут все равно вынуждены покончить с мисселингом уже под давлением Центробанка, который однозначно дал понять, что будет пресекать подобные практики.

Наконец, противопоставление «осмотрительные банки» vs «рисковые МФО» уже не кажется столь жестким вследствие изменения скоринговой политики. В 2019 году, после ограничения максимальной ставки по потребительским кредитам и займам на уровне 1% в сутки, микрофинансисты повысили требования к заемщикам. Этот тренд продолжился в 2020 году на фоне локдауна. По данным «Юником24», процент одобрения заявок МФО по итогам года составил порядка 25%, что ниже, чем годом ранее, примерно на 5 п. п.

Сегодня, принимая решение о выдаче займа, МФО проявляют большую осторожность. Как следствие, доля дефолтов у крупных компаний находится на исторически минимальном уровне. Например, у Webbankir в I квартале 2021 года она составила всего 5,6%, что является самым низким показателем с 2012 года.

При этом к банковским клиентам микрофинансисты относятся очень лояльно. Тот факт, что банк провел идентификацию человека и выдал ему кредит, серьезно повышает шансы на получение займа. Конечно, при условии, что заемщик не допускал просрочек по взятым ранее кредитам.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции