«Люди действительно испугались падения доходов»

Заместитель президента – председателя правления ВТБ 24 Екатерина ПЕТЕЛИНА в интервью Банки.ру подвела итоги уходящего года и рассказала, чего ждать банковскому сектору от года наступающего.

– Чем вам запомнился 2015 год с точки зрения трендов на банковском рынке?

– Выделю четыре основных фактора.

Во-первых, это экономический кризис и снижение реальных доходов населения – они упали больше чем на 7%, это очень много. За последние 15 лет мы впервые наблюдаем такое падение. Если вспомнить кризис 2008–2009 года, он был другим, и после него все достаточно быстро восстановилось. И самое главное – тогда реальные доходы населения практически не снизились. Сейчас картина другая.

Во-вторых, изменение потребительских предпочтений. Люди действительно испугались падения доходов и поменяли свое поведение – стали больше сберегать, аккуратнее тратить, сокращать свои потребности и осторожнее относиться к кредитам. Не факт, что в будущем люди будут возвращаться к прежнему уровню жизни и привычкам потребления за счет кредитных средств. Так, мы отмечаем резкое падение как в заявках на кредиты, так и в выдачах: по сравнению с 2014 годом выдачи по кредитам наличными упали почти в два раза. Люди стали бережнее относиться к деньгам, вести себя более рационально. Приведу простой пример: снятие наличных за счет кредитного лимита по кредитным картам, облагающееся достаточно высокой комиссией. Доля таких снятий снижается уже несколько лет подряд, в этом году тренд особенно очевиден. Если кто-то и использует кредитный лимит, то предпочитает делать это непосредственно в точках продаж, чтобы не снимать наличные и не платить за это дополнительную комиссию. Кстати, утилизация кредитного лимита тоже несколько снизилась.

В-третьих, волатильность валютного курса. В 2015 год мы входили с курсом доллара 67–70 рублей, в мае произошло восстановление рубля до 50 рублей за доллар. А закрываем год опять с курсом 70–70+. На фоне таких курсовых колебаний мы наблюдаем рост доверия населения к валюте и снижение доверия к рублю. Произошел значительный рост доли валютных вкладов. На 1 января 2014 года по рынку валютные вклады составляли 20%, а на 1 ноября 2015 года – уже 30%. В ВТБ 24 эта тенденция выражена еще более ярко, потому что мы работаем преимущественно с премиальным сегментом, который сильно конвертировался в валюту в конце 2014 года. У нас доля валютных вкладов достигает почти 50%.

– Один из главных итогов года – рекордное количество отзывов банковских лицензий…

– Как раз четвертый момент, которым запомнится этот год, – уменьшение числа банков. Я считаю это позитивной тенденцией. Как неоднократно говорили председатель Банка России Эльвира Набиуллина и другие представители ЦБ, снижение количества банков – не самоцель. Целью является удаление с рынка именно тех банков, которые не выполняют нормативы регулятора.

Мы видим продолжение процесса консолидации банковской системы. Очень активно работает группа «Бин», группа «Открытие», Промсвязьбанк. То есть количество банков уменьшается также благодаря сделкам слияния и поглощения.

Концентрация рынка происходит и за счет того, что более крупные игроки продолжают расти, а более мелкие теряют долю рынка. Крупному банку за счет экономики масштаба проще справиться с ситуацией падения доходности, у него есть запас прочности, также есть возможности для инвестиций в инфраструктуру и технологии. Многим маленьким банкам такое резкое падение кредитной маржи за счет роста фондирования и рисков оказалось не по зубам.

Помимо крупных игроков, на мой взгляд, выигрывают в этой ситуации и универсальные банки, у которых есть несколько «точек опоры»: кредит наличными, ипотека, автокредитование, пассивные продукты и другие. В таких банках широкая собственная депозитная база, в том числе не только на вкладах, но и на текущих счетах клиентов, которые позволяют управлять стоимостью фондирования. Банки-монолайнеры, фокусирующиеся на одном продукте или сегменте, наоборот, очень сильно пострадали в кризис.

– С этой точки зрения у ВТБ 24 как раз должно быть относительно благоприятное положение?

– Да, ВТБ 24 в этом плане оказался в хорошей ситуации. Например, мы лидер в сегменте автокредитования. Этот рынок очень пострадал, мы видим падение уже третий год подряд. Не могу сказать, что падение этого сегмента нас радует, но у нас есть кредиты наличными, ипотека, малый бизнес, трансакционные и депозитные продукты. Нам есть на что опереться и за счет чего продолжать быть прибыльными.

– Через сколько лет, по-вашему, кредитование вернется к докризисному уровню?

– Мы ожидаем, что рынок кредитов физических лиц в 2016 году вырастет на 5–6%, а рынок депозитов на 10–12%. По малому бизнесу рост будет в районе нуля по кредитам и 2–3% по привлеченным средствам. ВТБ 24 планирует расти, существенно опережая рынок во всех сегментах.

– В ВТБ 24 просрочка по портфелю розничных ссуд с начала года выросла с 7,71% до 8,47%. С чем это связано?

– Можно сказать, что это произошло по всему рынку. Здесь ВТБ 24 не исключение. В первую очередь надо понимать, что просрочка – зеркало не текущих, а прошлых выдач, портфеля, который был сформирован в разгар кредитного бума, в агрессивные 2012–2013 годы, когда мы, как и весь рынок, очень активно развивали потребительское кредитование. Резервы, которые ставились на год, на 80–85% созданы по старому портфелю и только на 15–20% связаны с выдачами нового поколения, отсюда и такой рост.

Мы достаточно серьезно ужесточили требования к заемщикам в конце 2014 года – первом квартале 2015 года. Я бы сказала, что мы даже слишком пережали тогда в связи с неопределенностью и кризисностью ситуации. Сейчас мы делаем фокус на собственной клиентской базе, на зарплатниках, на корпоративной программе. При этом, не закрывая выдачу кредитов клиентам «с улицы», но более точечно настраивая скоринговые модели.

ВТБ 24 находится в лучшей ситуации, чем многие банки, за счет двух факторов. Во-первых, мы универсальный банк. А во-вторых, у нас премиальный сегмент клиентов и высокая доля зарплатников. Эти два фактора и формируют более качественные выдачи и более качественный портфель.

– Как вы боретесь с ростом просрочки в банке?

– Как уже отметила выше, в первую очередь повышением качества выдач. Кроме того, повышаем эффективность взыскания. У нас работает коллекшн-скоринг, который гранулярно сегментирует клиентов с просроченной задолженностью и по ним выбирает максимально точную стратегию сбора долгов. Также у нас есть механизмы урегулирования во внесудебном порядке и различные программы реструктуризации. Мы готовы прийти на помощь добросовестным клиентам, чья платежеспособность ухудшилась. У нас есть целая линейка продуктов реструктуризации на разных сроках просрочки, а также адресно клиентам с форс-мажорными обстоятельствами. Мы за счет различных механизмов можем снизить платеж по кредиту до 30–60%. Но если клиент не лоялен, не работает с банком по возврату долга, мы подходим к нему по всей строгости закона.

– С какого момента вы передаете внешним коллекторам просроченный кредит?

– В среднем мы передаем коллекторам кредит, просроченная задолженность по которому составляет более 210 дней.

– Почему вы не закрывали в разгар кризиса кредитование «с улицы»?

– Потому что всегда есть хорошие клиенты. Для нас таким клиентом может быть зарплатник другого банка, который, например, не хочет идти в «свой» банк за кредитом. Если у него нормальный скоринг, белая зарплата, хорошая кредитная история, почему ему не дать кредит?

– Какие события в 2015 году были самыми важными для самого ВТБ 24?

– Для нас год был достаточно событийный. Мы запустили модель продаж и новое продуктовое предложение для состоятельного сегмента – пакет «Привилегия». Запустили линейку дебетовых карт. Это очень актуальный продукт на фоне того, что у людей снижается аппетит к кредитам, повышается рациональность и финансовая грамотность. А нам важны трансакционные доходы и текущие остатки.

– Разве у вас не было дебетовых карт в линейке?

– Они были, но никогда не маркетировались как отдельный продукт. Фактически это была кредитная карта с нулевым лимитом без каких-либо особенностей. Сейчас мы четко развели два продукта: кредитные карты и дебетовые карты. Дебетовая карта, помимо самого карточного функционала, предусматривает консьерж-сервис, повышенный уровень бонусов в программе «Коллекция», льготные условия страхования и тарифы расчетно-кассового обслуживания, включая бесплатные переводы в рублях через «ВТБ24-Онлайн» и многие другие опции. И мы видим огромный спрос на эти продукты. В тестовом режиме мы начали продавать дебетовые карты с июля, с сентября пошли активные продажи по всей сети, и уже за ноябрь мы продали 70 тысяч дебетовых карт.

– Что еще нового было в банке в 2015 году?

– Мы полностью обновили продуктовые линейки по кредитам наличными и кредитным картам, значительно их упростив и сделав более понятными для потребителя. Запустили хорошие бонусные карты, например «Карту мира», «Карту впечатлений» и «Автокарту», которые четко нацелены на конкретные потребности конкретного сегмента. По этим картам клиенты могут получать до 5% кешбэка в выбранной категории. По «Карте мира» можно копить мили на путешествия абсолютно с любой авиакомпанией, причем скорость накопления в 2–3 раза превышает предложения конкурентов. Потратив по карте 200 тысяч рублей, вы можете уже заработать на билет в Европу.

Плюс кризис – наиболее верное время, чтобы уделить внимание повышению собственной операционной эффективности. Мы пересмотрели функционал сотрудников в сети, провели оптимизацию бизнес-процессов и сокращение персонала. В рамках этой работы мы также провели агрессивный запуск программы по подключению клиентов к дистанционным каналам при каждом визите клиента в офис. При этом мы не просто оказываем услугу подключения, но и подробно объясняем, как это работает, с загрузкой мобильного приложения и с проведением первого платежа (например, помощь в оплате коммунальных услуг или сотовой связи). Мы запустили программу с июля и вышли на очень хорошие темпы: сейчас в ВТБ 24 по 250 тысяч человек в месяц подключается к дистанционным каналам.

– Есть ли у вас желание пролоббировать продолжение госпрограммы ипотеки?

– Мы заинтересованы в пролонгации госпрограммы субсидирования ипотеки, как, впрочем, и другие участники рынка. Но решение, конечно, зависит от ограничений федерального бюджета. В 2015 году ВТБ 24 выдал по госпрограмме 40 тысяч ипотечных кредитов на 70,5 миллиарда рублей выдач. Мы продолжим прием заявок и выдачу кредитов до 29 февраля 2016 года и рассчитываем в полном объеме выбрать установленный банку лимит в размере 99 миллиардов рублей.

– Декабрь – последний месяц действия госпрограммы по автокредитованию. Какие у вас показатели по итогам этой программы?

– 2015 год выдался для автобизнеса непростым, поэтому программа господдержки автокредитования была очень своевременной: для ВТБ 24 выдачи в рамках программы составили около 50% кредитных продаж, наша доля на рынке программы – 16,5%. Мы профинансировали 34 тысячи автокредитов на сумму более 14 миллиардов рублей.

– Лишь 1% выданных ВТБ 24 в первом полугодии 2015 года ипотечных кредитов у вас валютные. Заемщики сами не хотят брать валютную ипотеку или вы не выдаете?

– Мы прекратили выдачу валютных кредитов еще в декабре 2014 года. То, что было выдано в первом полугодии 2015-го, – это реструктуризация старых валютных кредитов, когда люди не пожелали их конвертировать в рубли.

– И не планируете возвращать валютную ипотеку?

– Нет.

– А при каком курсе возможно ее возвращение?

– В принципе, в рознице передача валютного риска на клиента – дело опасное. Потому что, как мы видели по бастующим валютным заемщикам, они не понимают, что делают. При выборе ипотечных программ они гнались за ставкой: не хотели брать ипотеку под 13% в рублях и брали под 8% в долларах. При достаточно продолжительной относительной стабильности курса доллара, наверное, люди могли на это решиться. Сейчас ситуация другая. Даже профессиональные экономисты не всегда могут спрогнозировать ситуацию. О падении цены на нефть, которое мы наблюдаем сейчас, не говорили даже ведущие инвестиционные банки. А простые люди, которым нужен валютный кредит, не должны сталкиваться с валютным риском. Они не в состоянии его оценить. Поэтому, если хотите, это некая защита и себя, и своих клиентов от грядущих шоков. Планов по возвращению валютной ипотеки у нас нет.

– Сколько ваших заемщиков конвертировали валютную ипотеку по предлагаемой вами льготной ставке?

– 400. А всеми предложенными для валютных заемщиков инструментами воспользовалось 2 тысячи человек. Это половина всех наших валютных заемщиков. У нас их около 4 тысяч на 600 с лишним тысяч ипотечных заемщиков.

– В октябре в России вступил в силу закон о банкротстве физических лиц. Сколько заявлений о банкротстве физлиц уже подал ВТБ 24?

– Мы подали 21 заявление. По всем заявлениям в судах возбуждены производства. На такую жесткую меру мы идем только по отношению к тем должникам, которые нелояльны, недобросовестны или перевели свои активы на третьи лица. Пока решения ни по одному делу не вынесено.

Беседовала Анна ДУБРОВСКАЯ, Banki.ru