«Все живут в кредитах, и я так жила годами». Что делать, если жизнь в долг стала привычкой — разобрали на реальных историях

Из 140 млн населения России каждый третий (50 млн человек) выплачивает кредиты и займы в МФО. Самих же задолженностей и того больше. 

Сами по себе заимствования — не проблема, а всего лишь финансовый инструмент. Однако если бы все было так просто, то сейчас в стране не наблюдался бы долговой кризис. Его подтверждает статистика.

На 1 октября 2025 года доля проблемных потребительских кредитов выросла до 12,9% — против 10,8% весной того же года. Банк России связывает это с «вызреванием» кредитов, выданных в период кредитного перегрева 2023–2024 годов. Параллельно растет и рынок микрозаймов: за год число заемщиков МФО увеличилось на 3,2 млн человек, а их общая задолженность — до 6,1 трлн рублей.

Но это сухая статистика. За каждым кредитом, за каждой просрочкой скрывается человек — со своими проблемами и своей мотивацией. Мы поговорили с теми, кто находится в долговой зависимости, и узнали, как они справляются со своими проблемами и как может помочь себе каждый, кто испытывает похожие трудности.

«Все живут в кредитах, и я живу»: как люди оказываются в долговой яме

Андрей (имя изменено) много лет жил с ощущением, что с деньгами как-нибудь разберется. В подростковом возрасте ему казалось, что хорошая жизнь — это когда не нужно особенно напрягаться. Потом была работа, стабильный доход, подработки. Но ощущение не менялось: сколько ни зарабатывай, денег все равно не хватает.

«Я не умел распоряжаться деньгами. Постоянно занимал, перекрывал одно другим, и это раздражало», — рассказывает Андрей.

Со временем сложилась схема. Деньги приходят — и сразу уходят. Налоги можно отложить, коммунальные платежи — оплатить позже, кредитная карта выручит на пару дней. Каждое решение по отдельности кажется не критичным, но вместе они постепенно приводят к долгам. В какой-то момент мужчина обнаруживает, что обязательств стало больше, чем возможностей, а выбраться самостоятельно уже не получается.

Долгое время Марина (имя изменено) не считала, что у нее есть проблема. Деньги регулярно заканчивались, долги копились, приходилось занимать и перекрывать одно другим — но это казалось нормальным. «Все живут в кредитах, и я живу», — думала она. Эти временные трудности длились годами.

Когда Марина все-таки начала разбираться с финансами, выяснилось, что сумма долгов приближается к четырем миллионам рублей. Она даже не могла точно сказать, сколько должна и кому: часть — банкам, часть — людям, часть — по обязательным платежам. Постоянная тревога стала фоном жизни.

В их рассказах узнается типичный сценарий долговой ямы. Сначала появляются отдельные обязательства, которые кажутся управляемыми.  Обязательные платежи откладываются, кредитная карта помогает дотянуть до следующего дохода, часть долгов выпадает из поля зрения. Каждое решение по отдельности кажется неопасным.

Со временем долгов становится больше, часть из них теряется из виду, и доход начинает расходоваться еще до того, как им удается распорядиться. Остается только постоянное чувство нехватки. В этом состоянии сложно принимать взвешенные финансовые решения и выбраться из долгов в одиночку.

В какой-то момент людям вроде Андрея и Марины становится ясно: дело не в том, что не хватает еще одного дохода или правильного кредита. Попытки перекрывать долги долгами больше не работают.

Нужна среда, где можно честно увидеть и озвучить проблему без оправданий. Так люди приходят в сообщество анонимных должников — группы взаимной поддержки для тех, кто признает, что долги стали зависимостью и начали управлять жизнью.

Это в том числе говорит и о том, что долги чаще накапливаются постепенно: обязательства растут быстрее, чем контроль над ними.

В итоге проблема оказывается не в одном неудачном кредите, а в системе решений заемщиков — когда заемные деньги используются, чтобы закрывать текущие разрывы, а долги начинают управлять финансовой жизнью.

Кто такие анонимные должники

Участники сразу уточняют: анонимные должники — это не клуб и не организация с иерархией. Это группы взаимной поддержки, которые регулярно собираются очно или онлайн. У группы нет «центра управления» — важнее то, как устроено взаимодействие внутри.

По словам Анастасии (имя изменено), одной из участниц и организаторов, цель у группы одна: перестать брать необеспеченные долги, разумно погашать уже накопленные и делиться опытом с теми, кто только пытается остановиться.

Анонимные должники используют подход взаимной поддержки, знакомый по другим анонимным программам двенадцатишаговых систем. Встречи проходят очно и онлайн — это позволяет участвовать людям из разных городов и с разным опытом.

Люди собираются на час, чтобы поговорить о деньгах — без советов и поучений. Каждый говорит только за себя и только если хочет. Темы не абстрактные: кредитные карты, долги, эмоциональные покупки, учет расходов, страх открыть банковское приложение.

Это не лекция и не консультация. Здесь не объясняют, как правильно жить, а делятся тем, что сработало: как перестали занимать хотя бы на один день, как пережили первый месяц без кредитки или что помогло не сорваться, когда деньги снова закончились.

Главный ресурс — личный опыт: как человек перестал занимать хотя бы сегодня, как впервые увидел реальный размер долгов, как выстроил учет или договорился о графике выплат.

У кого-то поворотным моментом становится простой шаг — разрезать кредитные карты и посмотреть задолженности в приложениях. У кого-то — таблица учета, которая сначала пугает, а потом дает ощущение ясности. Кто-то первое время буквально «живет программой», а затем находит более устойчивый ритм — без хаоса и попыток закрыть все сразу.

Общие цифры и доходы у всех разные, но логика изменений похожа: долги перестают быть фоном и превращаются в понятную систему, с которой можно работать шаг за шагом.

Андрей вспоминает, что на первых собраниях сделал простое действие: он разрезал кредитные карты, чтобы убрать соблазн тратить не свои деньги. Потом поставил «Госуслуги» и впервые увидел реальные задолженности — в том числе по старой машине, которую много лет назад не снял с учета. В этот момент он впервые трезво посмотрел на свои финансы.

Анастасия выделяет несколько вещей, без которых группы не работают:

• анонимность — не разглашать услышанное, не раскрывать личности, не оставлять в публичном пространстве деталей, по которым человека можно узнать;
• принятие — группа открыта тем, кто считает себя зависимым от долгов и хочет остановиться;
• самообеспечение — расходы покрываются добровольными пожертвованиями участников, без внешнего финансирования.

Именно эти «правила дорожного движения», как шутят участники, и создают пространство, где можно сказать: «Я должник», — без оправданий и желания выглядеть лучше.

Для многих это первое место, где не дают советов и не читают нотаций, а просто показывают, что с долгами сталкиваются разные люди, и с этим можно работать.

Это создает пространство, где о долгах говорят без оценок. Здесь ценится честность и повторяемые действия.

Как долги становятся привычкой и перестают казаться проблемой

Почти все участники говорят: проблема есть, но ее как будто нет. Деньги уходят, долги растут, тревога нарастает, а внутреннего сигнала «стоп» не возникает. 

В сообществе это называют «мышлением должника». Анастасия объясняет его просто: это неспособность соотносить свои решения с последствиями. Не потому, что человек глупый или безответственный, а потому что в моменте работает другая логика — логика облегчения.

У долговой ямы есть несколько уровней.

Уровень 1. Отрицание долгов

Первый механизм — отрицание. Не обязательно активное («у меня все под контролем»), чаще пассивное: не открывать банковское приложение, не считать общую сумму, не смотреть квитанции, не фиксировать расходы.

Еще одна участница клуба анонимных должников Юлия (имя изменено) долгое время пыталась не замечать задолженности. Долги по ЖКХ и налогам не казались критичными — «не кредиты же». Но сил посмотреть на цифры не было. Таблица расходов вызывала почти физическое сопротивление. Позже она узнала термин из медицины зависимости — анозогнозия, неспособность осознавать наличие болезни. 

У Марины отрицание проявлялось через нормализацию. «Все занимают — и я занимаю. Все в кредитах — и я». Пока она не увидела точную сумму долгов, проблема была просто фоном. 

Уровень 2. Стыд, вина и тревога

Следующий слой — эмоции. Чаще всего на встречах звучат стыд, вина и страх.

Стыд — за «несостоятельность», за несоответствие образу «нормального взрослого».

Вина — перед близкими, детьми, партнерами, работодателями.

Тревога — фоновая, постоянная, изматывающая.

Одна из участниц описывает это состояние как жизнь в тумане: тревога сопровождала ее с утра до ночи, были бессонницы, внутреннее напряжение, ощущение неудовлетворенности. При этом внешне она выглядела социально успешной, образованной, профессиональной. Этот разрыв между внешним и внутренним усиливал стыд и мешал просить помощи.

Важно, что в группе эти эмоции не прорабатывают в терапевтическом смысле. Их нормализуют: человек слышит, что другие чувствовали то же самое, и напряжение снижается. Стыд теряет изоляционную силу.

Уровень 3. Долг становится зависимостью

Участники сообщества прямо называют привычку жить в долг болезнью. Их поведение становится компульсивным.

Анастасия проводит аналогию с алкоголизмом: есть неспособность отказаться от «первой рюмки» — первого кредита, первой кредитной карты, первой эмоциональной покупки. А дальше включается невозможность остановиться.

У Юлии компульсия проявлялась в покупках — желание возникало внезапно. Она подчеркивает, что знания о финансах не помогали: в момент тяги решение принималось не рационально.

Уровень 4. «Все так живут»: социальная маскировка проблемы

Отдельный фактор — социальный контекст. Кредиты, рассрочки, «плати потом» стали нормой. 

Марина объясняет: долгое время она не видела в своем поведении ничего особенного именно потому, что оно совпадало с поведением окружающих. Юлия считала свои долги «несерьезными», потому что они не выглядели, как классические кредиты. Еще одна участница — потому что ее профессиональная среда была далека от образа «должника».

В итоге человек остается один на один с проблемой. Решения становятся импульсивными, и спланировать что-то сложно.

Почему сложно остановиться самостоятельно

Участники приходят к выводу: попытки справиться в одиночку не работают. Потому что человек остается внутри той же логики мышления.

Пока есть надежда «как-нибудь выкрутиться», «еще чуть-чуть потерпеть», «сначала заработать, потом разобраться», программа не начинается. Для многих переломным моментом становится ощущение дна: невозможность платить, угроза потери жилья, страх за детей, физические симптомы тревоги.

Именно в этот момент человек впервые может честно сказать: «Я не справляюсь». 

Почему люди попадают в долговую яму: мнение психолога 

Зоя Герасименко, психотерапевт, системный психолог, объясняет: «За долговой ямой почти всегда стоят не только ошибки в бюджете, но и устойчивые психологические сценарии. Именно они делают долги привычными и мешают из них выбраться, даже при нормальном доходе.

Один из самых частых механизмов — травма дефицита. Это внутреннее ощущение, что ресурсов всегда будет мало. Человек берет кредиты не ради вещей, а ради чувства безопасности, которого когда-то не хватало. Отсюда импульсивные покупки и страх остаться без чего-то важного, даже если объективной необходимости нет.

Другой распространенный сценарий — избегание реальности. Долги создают иллюзию отсрочки: кажется, что неприятные решения можно отложить. Это проявляется в игнорировании счетов, откладывании платежей и надежде, что ситуация как-нибудь решится.

Есть и поиск одобрения через потребление. Кредиты берут ради статуса, подарков или помощи другим, чтобы чувствовать себя нужным и значимым. В этом случае долг становится способом удерживать связь с окружающими: пока должен, о тебе помнят.

Часто работает и семейный сценарий. Если в семье долги были нормой, человек воспроизводит эту модель автоматически, не осмысливая ее и не выбирая осознанно.

Отдельный механизм — азарт и ощущение контроля. Перекредитование, рефинансирование, постоянные маневры с займами дают чувство, что ситуацию можно переиграть. На практике это лишь усиливает зависимость».

Почему долги растут как снежный ком

Получить заемные деньги можно быстро

Сегодня взять деньги проще, чем принять решение. Для людей с компульсивным поведением это особенно опасно. Для них не работает ни знание финансов, ни рациональные аргументы. 

Отсутствие финансовой подушки

Даже без кредитной зависимости отсутствие накоплений делает человека уязвимым. Любая поломка, задержка дохода, болезнь или форс-мажор быстро превращаются в долг.

Но у компульсивных должников добавляется иллюзия, что потом они смогут взять финансы под контроль. Для должников такое откладывание долгов на потом не кажется опасным, пока сумма не стала ощутимой и пугающей.

Заемные деньги стали социальной нормой

Фразы вроде «у кого сейчас нет кредитов» или «все живут в рассрочку» снимают тревогу. Участники клуба говорят, что годами не видели проблему, потому что их поведение совпадало с поведением окружающих. Занимать, перекрывать, снова занимать не воспринималось, как опасность. Когда в клубе они свели свои цифры в таблицу, они наконец поняли реальность и масштаб проблемы. 

У одной из участниц маскировка работала по-другому. Высокий уровень образования и профессиональный статус давали надежду, что она уж точно не окажется в долговой яме. 

Низкая финансовая грамотность — не всегда ключевой фактор долговой ямы

Важно, что сами участники подчеркивают: дело не только и не столько в знаниях. Кто-то из участников знал много про деньги, кто-то хорошо зарабатывал, чей-то бизнес в разные периоды приносил хороший доход, многие упорно работали. Но все равно оказались в долговой яме. 

Поэтому в сообществе проводят четкую границу: финансовая неграмотность и долговая зависимость — не одно и то же. В первом случае помогают курсы и навыки. Во втором — без изменения поведения и мышления знания не удерживают.

Внешние условия — доступный кредит, агрессивный маркетинг, отсутствие привычки говорить о деньгах — усиливают риски. Но сами участники избегают идеи, что «виновата только система».

Скорее, речь идет о совпадении факторов: человек с внутренней уязвимостью оказывается в среде, где долг — быстрый, а последствия придут когда-то потом. 

Поэтому в анонимных должниках почти не обсуждают реформы рынка или регулирование. Фокус на том, что человек может сделать здесь и сейчас, независимо от того, изменится ли внешняя среда.

Как люди выбираются из долговой ямы

В сообществе анонимных должников не говорят о быстрых решениях. Выход из долгов здесь описывают не как рывок, а как последовательность мелких, иногда скучных действий, которые постепенно возвращают управляемость.

Первый шаг — признание и отказ от иллюзий

Почти у всех участников переломный момент связан не с деньгами, а с признанием «я не справляюсь сам».

Андрей вспоминает, что пришел в группу уже после алкоголизма, но с тем же мышлением в отношении финансов. Он считал, что если деньги от бизнеса пришли, значит они его. Только на собраниях он впервые назвал себя компульсивным транжирой и признал, что проблема в нем — он не может изменить свои привычки.

Марина рассказывает, что когда она увидела точную сумму долгов, стало ясно, что «подзаработать» — не решение проблемы. Нужен был другой подход — не увеличение дохода, а остановка долгового поведения.

Прекратить брать в долг — «только сегодня»

В программе подчеркивают: цель не в том, чтобы немедленно закрыть все долги, а в том, чтобы перестать создавать новые.

Андрей разрезал кредитные карты, чтобы убрать автоматический доступ к заимствованиям. Марина отказалась от новых займов. 

Этот принцип — «только сегодня» — снижает давление. Человеку не нужно обещать себе правильное будущее, достаточно не брать новый долг сейчас.

Учет доходов и расходов

Следующий этап — то, чему почти все сопротивляются, — учет.

Марина говорит, что именно таблица доходов и расходов стала точкой, где она реально посмотрела на вещи. Пока цифры были размыты, ее поглощала тревога. Когда они стали конкретными, у Марии появилось ощущение опоры. Стало понятно, сколько можно платить, сколько оставлять себе, где нужен резерв.

Андрей пришел к этому позже, уже в бизнесе. Он начал разделять деньги по назначению: оборотные, зарплатные, налоговые, резервные. 

Важный момент, который подчеркивают участники: учет здесь — не наказание, а способ снизить тревогу. 

Групповая поддержка и ответственность

Ключевое отличие от одиночных попыток — группа. Она дает одновременно поддержку и ответственность. Здесь не проверяют чеки и не читают нотации, но сам факт регулярного контакта и честного рассказа о своем состоянии удерживает от возврата к старым схемам.

Индивидуальные решения для каждого

В сообществе подчеркивают: не все инструменты подходят всем.

Кто-то идет через реструктуризацию, кто-то — через переговоры с кредиторами, кто-то — через процедуру банкротства. Эти варианты обсуждаются, но не навязываются. Решение подбирается под конкретную ситуацию и возможности человека.

Андрей, например, договорился с приставами о фиксированном платеже и сохранении рабочего счета — это позволило не разрушить бизнес и постепенно гасить долги. Марина, наоборот, не торопится закрывать остаток долга сразу, несмотря на подушку безопасности: для нее важнее равномерность и устойчивость.

За три с половиной года Андрей погасил все долги, с него сняли ограничения, и он впервые почувствовал спокойствие, которое раньше казалось ему скучным. Марина за четыре года сократила долг почти в четыре миллиона рублей до символического остатка и говорит, что главное изменение — не цифры, а исчезновение постоянной тревоги.

Общий вывод, который здесь звучит чаще всего, простой и вдохновляющий: выход из долгов — это привычка. Привычка считать, озвучивать проблему и вырабатывать дисциплину.

«Выход начинается не с роста доходов, а с осознания триггеров. Важно понять, в каких состояниях возникает желание взять долг: стресс, одиночество, вина, тревога. Полезно фиксировать эти моменты и учиться выдерживать дискомфорт без финансовых “обезболивающих”».

Групповые форматы, такие как анонимные должники, работают именно поэтому. Они снимают стыд, дают ощущение безопасности и позволяют увидеть другие модели поведения.

Выход из долговой ямы — это не столько про то, как больше зарабатывать, сколько про то, как перестать убегать от себя и своих решений», — отмечает психолог Зоя Герасименко.

Все участники сходятся в одном: путь освобождения от долгов начинается не с денег и не с юридических процедур. Он начинается с момента, когда человек впервые честно говорит: «Я должник», — и перестает делать вид, что справится в одиночку.

Долги в этих историях — не приговор и не «плохой характер». Это симптом. И если человек больше не один, с этим симптомом можно жить иначе.

Как помогает система: юристы, банки, государство

Хотя в анонимных должниках фокус делают на личной ответственности и ежедневных действиях, участники не отрицают роль внешней помощи. Просто относятся к ней прагматично: система может помочь, но не заменяет работу человека.

Что происходит после первых просрочек

Для большинства путь начинается одинаково: напоминания, штрафы, рост задолженности, передача долга в взыскание, приставы, ограничения по счетам и выезду. На этом этапе многие впадают либо в панику, либо в отрицание — и продолжают избегать контакта.

Опыт участников показывает, что игнорирование почти всегда ухудшает ситуацию. Разговор — даже сложный и неприятный — чаще дает больше возможностей, чем молчание.

Переговоры с кредиторами и реструктуризация долга

Один из рабочих инструментов — прямой диалог.

Андрей рассказывает, что, когда его бизнес-карты были под арестом, он пошел к приставу и предложил фиксированный ежемесячный платеж в обмен на разблокировку рабочего счета. Формально это не гарантированное решение, но в его случае договоренность сработала. Он понял, что пропуск платежа сразу повлечет последствия, и это изменило его отношение к деньгам.

Участники подчеркивают, что такие решения всегда индивидуальны. Где-то удается договориться с банком о реструктуризации, где-то — о снижении нагрузки, где-то — только о четком графике выплат. Универсального сценария нет.

Когда должники прибегают к банкротству

Для некоторых банкротство действительно выход, особенно когда долговая нагрузка несоразмерна доходам.

При этом участники помнят, что банкротство не решает проблему само по себе. Если не меняется поведение, долги могут вернуться в другой форме. Поэтому в сообществе юридические решения рассматривают как часть пути, а не его финал.

Роль юристов и экспертов в проблемах с долгами

Юридическая помощь особенно важна там, где человек не понимает последствий своих действий: почему нужно платить по долгам, какие ограничения реальны, а какие — нет.

Но и здесь участники делают оговорку: специалист помогает разобраться в правилах, но ответственность за решения остается у самого человека. Это не сервис «сделайте за меня», а поддержка в решении проблемы.

Государство, банки и юристы могут:

• оформить процедуру;
• зафиксировать договоренности;
• снять или наложить ограничения;
• дать правовую рамку.

Но они не могут:

• остановить компульсивное поведение;
• убрать тягу к тратам;
• научить жить по средствам;
• взять контроль над деньгами.

Эта часть — зона личной работы. Именно здесь, по словам участников, и становится критически важной поддержка группы.

Комментарии снова доступны

Авторизуйтесь, чтобы обсуждать материалы и делиться мнением