Расчистка банковского рынка от сомнительных и неустойчивых игроков дает и нежелательные для регулятора результаты. В частности, принудительный вывод с рынка столичного СБ-банка в начале этого года теперь угрожает финансовому состоянию крупнейшего банка Ленинградской области — Рускобанка. В таких условиях управлять ситуацией в банке, включая смену его владельцев, ЦБ приходится в ручном режиме. Впрочем, стремление сохранить банк на плаву обусловлено не только общественными интересами.
О том, как банкротство СБ-банка отразилось на Рускобанке, "Ъ" рассказали несколько источников, знакомых с ситуацией. "Рускобанк с недавних пор выступает ответчиком по искам Агентства по страхованию вкладов, являющегося конкурсным управляющим банкротящегося СБ-банка, на сумму около 500 млн руб.",— говорит один из источников "Ъ". Сама по себе подача исков АСВ — стандартный ход при банкротстве банков: агентство оспаривает практически все предбанкротные сделки. Но в случае с Рускобанком внимание привлекает масштаб претензий: он сопоставим с капиталом банка (на 1 июля, согласно 123-й форме, он составлял 756 млн руб.). В АСВ вчера не стали комментировать иски, которые в случае их успешного рассмотрения могут заметно подорвать финансовое положение банка — не только крупнейшего в Ленинградской области, но еще и фактически с госучастием (блокпакет в Рускобанке — у администрации Ленинградской области). "В интересах судебных разбирательств, которые ведутся с должниками СБ-банка, АСВ не раскрывает информацию, относящуюся к данному процессу. Дополнительный комментарий возможен после вынесения судебных решений",— сообщили в пресс-службе АСВ.
Проблемы у Рускобанка возникли из-за тесных отношений контролировавшего его владельца Хачатура Мурадова с СБ-банком. Он был крупным клиентом СБ-банка, чем, видимо, и объяснялась активность Рускобанка во взаимоотношениях с СБ-банком, которая теперь вылилась в иски от АСВ. Кроме того, как сообщал "Ъ" 28 апреля, в СБ-банке у структур господина Мурадова (в частности, у "Урса Капитала") были кредиты, а договориться об их реструктуризации после отзыва у СБ-банка лицензии не удалось. В такой ситуации господин Мурадов попытался исправить ситуацию с ликвидностью, продав свой пакет в Рускобанке, но в сделку вмешался ЦБ — в лице отделения по Ленинградской области, которое в условиях нависших над ключевым банком региона рисков дальнейшее управление ситуацией осуществляло в ручном режиме.
По данным "Ъ", именно Банк России выбрал новых покупателей для банка из группы надежных, по его мнению, лиц, хотя традиционно это личное дело владельцев банка. В результате такого повышенного внимания регулятора к Рускобанку с недавних пор компанию администрации Ленобласти в его капитале составляют глава санкт-петербургского отделения Связь-банка (дочка ВЭБа) Владимир Виленчик, ряд дружественных ему лиц, а главой совета директоров Рускобанка в конце июня стал также топ-менеджер ВЭБа — глава совета директоров Связь-банка Сергей Васильев. По словам источников "Ъ", инициатива исходила именно от ЦБ, а вовсе не от новых владельцев. Ни Связь-банк, ни уж тем более ВЭБ не имеют в этой сделке никаких интересов, утверждают источники "Ъ". В отделении ЦБ по Ленобласти от комментариев отказались. Глава Рускобанка Людмила Нечаева и Хачатур Мурадов вчера не отвечали по телефонам.
Учитывая богатую историю Рускобанка, столь пристальный интерес регулятора к тому, кто им владеет, вполне объясним. Несмотря на небольшой размер баланса (на 1 июля активов у банка было на 8,4 млрд руб.), в 2000-х годах контролирующие владельцы успели смениться в нем несколько раз. С 2003-го по 2009 год банк принадлежал экс-владельцу санированного банка ВЕФК Александру Гительсону. Впоследствии Рускобанк едва не купил Матвей Урин, который к тому моменту уже вывел из пяти банков через мошеннические схемы более 16 млрд руб., но сделка не состоялась. Потом среди покупателей объявилось непонятное ООО "Амелис+", но эту сделку не согласовал регулятор. А осенью 2012 года контрольный пакет банка приобрел "СМ-Капитал" Хачатура Мурадова.
Впрочем, по данным "Ъ", задача минимизации рисков, связанных с собственниками Рускобанка, не единственная, которую преследовал регулятор. Есть и другая причина: желание отделения по Ленобласти Северо-Западного ГУ ЦБ сохранить неизменным и так небольшое число поднадзорных ему банков (всего в Ленобласти зарегистрировано четыре игрока), тем самым гарантировав себе целесообразность дальнейшего существования. В рамках реформы ЦБ по централизации функций, распределенных по регионам, это приобретает особую актуальность. Так, например, отделению по Московской области выжить в автономном режиме не удалось: оно было объединено с отделением по Москве в рамках централизации в Центральном федеральном округе. "Были опасения, что в результате предложенной собственником сделки банк может быть переведен в Москву, что недопустимо для Ленобласти, и поэтому перед местным ЦБ была поставлена задача собрать пул понятных инвесторов для совершения этой сделки",— подтвердил "Ъ" источник, близкий к акционерам Рускобанка. Небезынтересен банк и своими активами, добавляет другой собеседник "Ъ": у него есть земля и недвижимость.
Впрочем, поддержка на уровне ЦБ и статус добросовестных приобретателей вряд ли поможет новым владельцам выиграть спор с АСВ. "Банк будет отвечать как юрлицо. Смена акционеров не влияет на ответственность банка по своим сделкам. Предполагается, что новые покупатели должны были проводить due diligence, в ходе которого оценить все возможные риски, и учесть их в цене сделки",— говорит партнер юридической компании "Инфралекс" Артур Рохлин.
Юлия ЛОКШИНА, Светлана ДЕМЕНТЬЕВА