Портал Банки.ру попытался разобраться в этом на примере ситуации с Инбанком — первой российской попыткой выстроить банковский бизнес вокруг онлайн-обслуживания. Когда не интернет-сервис подгоняется под банк, а наоборот. После того как в декабре 2012 года команда разработчиков заявила о переходе из Инбанка в Банк24.ру, возник вопрос: что это — провал идеи по созданию самоценного банка с полностью онлайновым обслуживанием или выход проекта на новый уровень?
От «Казны» до «Урана»
Профессор Владимир Фролов, вдохновитель проекта «Инбанк», получил свой первый опыт в качестве банкира в начале 1990-х, когда основал «Северную Казну» — универсальный банк, ставший со временем одним из крупнейших в регионе и претендовавший на звание наиболее высокотехнологичного российского банка. В 2008 году «Казну» купил Альфа-Банк, а Фролов, разуверившись в перспективах универсальных банков, занялся со своей командой созданием единой технологической платформы для банковского онлайн-обслуживания. Под «платформой» разработчики понимают все виды платежных и финансовых сервисов, электронный документооборот для юридических и физических лиц для всех видов устройств в Интернете и социальных сетях, а также проведение трансакций по виртуальным и пластиковым картам.
Понимая, что выстроить эффективную платежную систему, находясь вне банковской структуры, невозможно, основатель «Северной Казны» нашел единомышленников в НОМОС-Банке и задумался о финансовом учреждении, которое можно было бы быстро переделать под онлайн-обслуживание. Банк «Уран» подошел по всем показателям. Он был крошечным при практически полном отсутствии автоматизации, что позволило его платежную систему строить практически с нуля. Он и стал стартовой площадкой для проекта.
Забыть о банке
Для создания современной банковской системы онлайн-обслуживания было решено для начала полностью забыть о банковском бизнесе. Первые несколько месяцев программисты трудились на самих себя — автоматизировали не банковские бизнес-процедуры, а процессы сборки и тестирования программных продуктов. Такой подход использовался не только для ускорения последующих сроков разработки банковских продуктов, но и для минимизации численности персонала. В проекте в итоге оказалось занято 15 программистов, в то время как в региональном банке средней руки трудится сейчас, как правило, около сотни IT-специалистов, а в федеральных банках счет идет уже на многие тысячи.
Чтобы создать платежную систему для людей, разработчикам требовались живые реальные клиенты-тестеры. Их старались подбирать из числа бывших программистов, которые по разным причинам занялись финансами в своей или внешней компании, переквалифицировавшись в бухгалтеров, генеральных или коммерческих директоров.
Конец начала или начало конца?
По словам Фролова, осенью 2012 года разработчики закончили создание банковской онлайн-платформы. Конечной фазой стала интеграция с соцсетями. Работы могли завершиться чуть раньше, но когда начали писать первый продукт для Facebook и прочих сетей — «Накопилку», то поняли, что требуются существенные доработки всей банковской платформы. Ей не хватало специализированных подпрограмм для интеграции с социальными сетями.
Здесь можно отметить, что за три года банковскую онлайн-платформу дорабатывали не один раз, чтобы она соответствовала требованиям постоянно расширяющейся продуктовой линейки. На сегодня, по словам Фролова, эффективность платформы такова, что срок запуска любого сложного банковского продукта — это три-четыре месяца.
Вот только проект «не рванул» и не набрал с ходу солидного количества клиентов. На вопрос «Почему?» Фролов отвечает так: «Мы занимались разработкой, а не продвижением, и делали это специально, привлекая клиентов в первую очередь для тестирования».
Момент завершения платформы онлайн-обслуживания банковских клиентов практически совпал со сменой собственников Инбанка, которые решили развивать кредитную организацию в иной нише, не той, которую изначально определили для себя Фролов и соинвесторы еще три года назад, когда затевали этот проект.
Доля акций Инбанка, принадлежавшая Владимиру Фролову, перешла к группе «ИСТ» — частному инвестиционно-промышленному холдингу, в структуру которого входит второй акционер — сооснователь Инбанка — НОМОС-Банк, а также Ханты-Мансийский Банк, компания «Полиметалл», Тихвинский вагоностроительный завод и ряд других предприятий.
Новый собственник не прокомментировал причины переориентации банка и расставания с командой разработчиков. В СМИ появлялась информация о том, что акционеры были недовольны экономическими результатами прежнего проекта.
«За три года (в период с 1 декабря 2009-го по 1 декабря 2012-го) нетто-активы выросли вдвое: с 1 до 2,2 миллиарда рублей», — подсчитала ведущий специалист информационно-аналитической службы Банки.ру Женни Лубенец. Но Инбанк по-прежнему остался за пределами списка топ-500 по величине активов: на 1 декабря 2012 года он занимал 544-е место по этому показателю (на 1 декабря 2009-го — 639-е). По итогам 11 месяцев 2012 года Инбанк получил 14,8 млн рублей чистой прибыли. Примерно столько стоит трехкомнатная квартира в Москве в панельном доме за пределами ТТК.
Предложения федеральные и реальные
Владимир Фролов заявляет, что ему и команде программистов поступали различные предложения о трудоустройстве, в том числе от одного крупного федерального банка, имя которого он не озвучивает.
В итоге команда во главе с Фроловым реализует сейчас свой проект в Банке24.ру (он стартует в феврале 2013 года). Здесь, как утверждает Фролов, есть единое понимание формата бизнеса и совпадающий взгляд на будущее универсальных и нишевых банков.
В Банке24.ру не стали подробно комментировать ситуацию с переходом команды программистов, ограничившись заявлением о том, что та будет создавать продукт, ориентированный на корпоративных клиентов из сегмента среднего и малого бизнеса.
Портал Банки.ру обратился к экспертам по дистанционному обслуживанию из крупных кредитных организаций с тем, чтобы узнать, почему собственники иногда готовы жертвовать стратегией развития бизнеса на онлайн-технологиях, несмотря на то что в наши дни ни один банк не мыслит себя без дистанционного обслуживания.
Технологии должны приносить деньги
Директор департамента IT-развития Хоум Кредит Банка Кирилл Кибалко не уверен, что кредитная организация может сейчас много зарабатывать на онлайн-обслуживании. Поскольку речь идет главным образом о платежах. В Хоум Кредит Банке, в частности, доходов от обслуживания онлайн-трансакций хватает для компенсации затрат на интернет-банкинг. Другое дело — кредиты.
«Если ты умеешь грамотно кредитовать, то получишь доход, не сопоставимый с тем, который поступит от обслуживания платежей. Небанковским организациям типа QIWI, наверное, имеет смысл жить на маленькой «платежной» марже, но не банкам», — уверен Кибалко.
Низкая маржа от обслуживания платежных операций, по мнению Кибалко, не является единственной причиной, которая лишает привлекательности проекты в виде полностью онлайновых банков. Чтобы понять это, он предложил отъехать от крупных городов. В регионах, по его словам, становится понятно, насколько Россия не похожа на Москву.
У банка, даже очень красивого, нет шансов нагнать клиентскую массу, если у него нет отделений и он сидит в одном лишь Интернете. «Есть визионеры, которые высокие материи делят, но для того, чтобы реальные деньги зарабатывать, нужно посмотреть вокруг себя и понять, что далеко не все люди ходят с айфонами и айпэдами», — пояснил Кирилл Кибалко. Он добавил, что и тем, у кого есть смартфоны и планшеты, также иногда требуется контакт с живым представителем банка.
«Мы много говорили об этом проекте в свое время, — вспомнил Кибалко. — С моей точки зрения, ему не хватило как раз офисной сетки. Представьте, что у меня ларек на рынке. Буду ли я открывать счет в банке через Интернет? Если речь о Савеловском рынке, где торгуют компьютерной техникой, это еще реально. А если это строительный рынок или продуктовый? Какие там высокие технологии? NFC нет, а вырезка есть — вот девиз российского продавца».
Революции поедают инновации
Рассуждая о взлетах и падениях инновационных банковских проектов, директор департамента розничного интернет-банкинга Промсвязьбанка Алгирдас Шакманас использовал поговорку: «Революция съедает своих детей». Он пояснил это на примере США, где стартапов пруд пруди, и самые радикальные из них, в том числе проекты в финансовой сфере, часто прогорают. Несмотря на то, что идея в них может быть заложена здравая. За стартапами первой волны приходит вторая и снимает сливки, используя чужой опыт. От этого не застрахован никто, в том числе создатели российских инновационных платформ для онлайн-платежей.
С другой стороны, идею банковского онлайн-обслуживания не назовешь радикально-инновационной. То, что банк, — это информационный бизнес, основанный не на наличных, а на онлайн-сервисах, давно уже поняли и в России, и за ее пределами. Другое дело, что в России это гораздо лучше понимают банкиры, чем их клиенты. Последних еще только учат пользоваться интернет- и мобильным банкингом. В Прибалтике (не говоря уже о Швеции) этап обучения банки прошли лет пять назад, там онлайн-операции стали нормой. У нас они у кого-то вызывают восторг, у других — испуг.
При этом нельзя сказать, что во всех странах, кроме России, платежи уже сейчас совершаются в режиме реального времени. В США, в частности, ситуация, когда через пять минут деньги, отправленные из одного банка, уже лежат на счете в другом, — скорее исключение из правил. В Европе, в частности в Швеции, по мнению Шакманаса, со скоростью проведения трансакций дело обстоит лучше. Но и здесь бывают моменты, когда новые виды платежей банкам не удается проводить в режиме онлайн. Шакманас рассказал, как он в свое время, будучи еще сотрудником шведского Swedbank, пытался разобраться в проблеме низкой скорости прохождения платежей и приехал в серверную, расположенную в Стокгольме. Там стоял компьютер семидесятых годов с финансовым приложением, написанным на языке программирования COBOL, созданном еще в 1960-м. Это устройство и отвечало за совершение определенного класса трансакций.
Инновации за рубежом
При всем при этом клиент за рубежом гораздо более зрелый и требовательный в плане банковских онлайн-сервисов. Если россияне в интернет-банке пока еще осваивают интерфейс для совершения переводов и платежей, то в развитых странах люди начинают интересоваться банковскими приложениями для учета рисков и планирования инвестиций. Последним писком мировой банковской интернет-моды, по мнению Шакманаса, являются сейчас системы PFM (Personal finance management). В России такие приложения к интернет-банкингу с диаграммами и графиками используются, как правило, в качестве украшения интерфейса, поскольку не обладают функционалом для учета рисков и построения финансовых прогнозов.
Можно сказать, что банковские инноваторы в России и за рубежом думают о разных вещах, поскольку требования клиентов довольно сильно различаются. Тем не менее российские банкиры порой решаются на то, чтобы предложить своим клиентам
Леонид ЧУРИКОВ, Banki.ru
