Как стало известно газете «Коммерсант», один из самых закрытых регуляторов финансового рынка страны — Федеральная служба по финансовому мониторингу намерена обнародовать черный список лиц и организаций, причастных к терроризму. По мнению банковского сообщества, таким образом Росфинмониторинг пытается привлечь широкую общественность к борьбе с легализацией преступных доходов. Реализация этой инициативы увеличит давление регуляторов на банки и сопряжена с серьезными репутационными рисками, предупреждают эксперты.
Обязанность вести список лиц, подозреваемых в терроризме и экстремизме, возложена на Росфинмониторинг законом. Список состоит из двух частей и содержит несколько тысяч фамилий и названий компаний. В первую часть вынесен согласованный с резолюциями Совета Безопасности ООН список международных террористов, в который уже внесены и некоторые руководители незаконных вооруженных формирований, действующих на территории Чечни. Во вторую — физические лица, в отношении которых возбуждены уголовные дела о причастности к терроризму, и организации, работа которых на территории Российской Федерации решениями судов прекращена в связи с их противоправной деятельностью. Формированием и обновлением списка Росфинмониторинг занимается с 2003 года совместно с правоохранительными органами, Федеральной регистрационной службой и МИДом. До сведения банков список доводится через Банк России.
Намерение разместить в открытом доступе на официальном сайте перечень организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их участии в экстремистской деятельности, «Ъ» подтвердила пресс-служба Росфинмониторинга. До сих пор этой информацией обладали лишь подотчетные ведомству организации (банки, страховщики, ломбарды и т. п.), непосредственно обязанные противодействовать легализации преступных доходов и финансированию терроризма.
Обнародовав свой черный список, ведомство последует примеру других регуляторов финансового рынка. В феврале перечень недобросовестных банкиров вывесили на своих сайтах Банк России и Агентство по страхованию вкладов. В апреле перечень недобросовестных страховщиков раскрыла Федеральная служба страхового надзора. В конце июня Федеральная служба по финансовым рынкам опубликовала на сайте список компаний, обладающих признаками финансовых пирамид.
Как сообщили «Коммерсанту» в Росфинмониторинге, первым шагом к открытой публикации черных списков станет согласование этой идеи с другими заинтересованными ведомствами. «Список носит сводный характер: сведения предоставляются различными государственными органами, — пояснили в пресс-службе. — Вопрос о его открытости необходимо согласовать с ними».
На практике черный список Росфинмониторинга используется следующим образом. При осуществлении операций, требующих установления личности клиента (все, кроме обмена валюты на сумму менее 15 тыс. и социальных перечислений до 30 тыс. рублей), банковский служащий проверяет, нет ли клиента в списке. В случае полного совпадения данных (Ф.И.О, дата рождения, номер паспорта) сотрудник банка обязан под любым благовидным предлогом отказать клиенту в обслуживании и не позднее чем через сутки сообщить об этом факте в Росфинмониторинг, а тот, в свою очередь, — проинформировать правоохранительные органы.
Официальная цель публикации черного списка — облегчить участникам рынка исполнение закона и активизировать борьбу с легализацией преступных доходов. «Из-за того, что файл с обновленным списком сначала пересылается в центральный аппарат ЦБ, оттуда в теруправления Банка России и только потом банкам, на его обновление уходит два-три дня»,— пояснил «Ъ» зампред правления Собинбанка Александр Баскаков. По его оценкам, централизованное обновление списка через сайт может занять всего один час.
В банках не исключают, что, делая черные списки публичными, Росфинмониторинг рассчитывает подключить к борьбе с легализацией преступных доходов не только подконтрольные ему организации, но и широкую общественность. «Если инициатива Росфинмониторинга получит широкую огласку, сигналы о подозрительных людях, компаниях и их действиях будут идти изо всех сфер, а не только из финансовой», — считает господин Баскаков. «С точки зрения борьбы с экстремистами это было бы верное решение, — поддерживает зампред правления банка «Возрождение» Александр Долгополов. — Но информацию нужно тщательно дозировать, чтобы не пострадали невиновные».
Риски, сопряженные с реализацией инициативы Росфинмониторинга, могут перевесить возможные выгоды, полагают участники рынка. «Непонятно, как банки должны будут узнавать об обновлении списков на сайте Росфинмониторинга, — беспокоится Александр Баскаков. — Если участников рынка не будут об этом извещать, может сработать человеческий фактор: банк вовремя не заметит обновления информации и в итоге может нарушить закон». Невыполнение законодательства о легализации преступных доходов является одним из самых серьезных нарушений в финансовом секторе: за это ЦБ отзывает большинство банковских лицензий.
Банки также высказали опасение, что черные списки, размещенные на сайте Росфинмониторинга, могут быть использованы для недобросовестной конкуренции. «Интернет-сайты нередко подвергаются хакерским атакам,— говорит начальник управления мониторинга операций клиентов СБ банка Елена Федосова. — Есть риск, что в списке окажутся имена людей или названия организаций, не имеющих никакого отношения к экстремистской деятельности». Такой удар по репутации будет очень сложно компенсировать, прогнозирует она.
Скандалы с черными списками
История вопроса
13 мая 2004 года Банк России отозвал лицензию у Содбизнесбанка (впервые в истории — за отмывание доходов, полученных преступным путем). 17 мая глава Федеральной службы по финансовому мониторингу Виктор Зубков заявил, что в тех же махинациях подозреваются еще десять банков. На рынке появились слухи о нескольких вариантах черных списков подозрительных кредитных организаций. В результате практически прекратилось межбанковское кредитование. Наиболее пострадавшими оказались банк «Кредиттраст» (лишился лицензии) и Гута-банк (остановил платежи и в итоге был продан ВТБ за символический 1 млн руб.).
9 августа 2005 года Минфин опубликовал на своем сайте черный список из 26 управляющих компаний, инвестирующих пенсионные накопления. За то, что они не предоставили в срок отчетность о своих владельцах, государство могло расторгнуть с ними договор. Большинство компаний из списка заявили, что отправляли документы и у них есть подтверждение этого. 10 августа список удалили с сайта, а сотрудники Минфина признали «техническую ошибку».
13 апреля 2008 года Федеральная служба страхового надзора (ФССН) опубликовала на сайте службы черный список топ-менеджеров страховых компаний, которые ушли с рынка, не предоставив полагающейся отчетности. Многие менеджеры, оказавшиеся под угрозой увольнения на новых местах работы, опротестовали свое внесение в список. Так, бывший гендиректор и главный бухгалтер перестраховочной компании АПК РЕ Дмитрий Мороз сообщил, что уволился из компании еще до того, как у нее отозвали лицензию. ФССН была вынуждена признать ошибку и вычеркнуть господина Мороза из списка.
Вы верите в черные списки?
Андрей Нечаев, президент банка «Российская финансовая корпорация»:
— Конечно. Это нормальная практика, если списки трижды проверены. Вероятность ошибок огромна, и можно публично ославить человека! Эти списки — своего рода солидарность всех банков против нечистых на руку людей.
Алексис Родзянко, управляющий директор компании Credit Suisse:
— Доверяй, но проверяй. На мой взгляд, такая практика очень опасна, как для банков, так и для клиентов. На Западе предварительно составляются административные акты, проходящие через жесткие процедуры, и только после этого списки обнародуются.
Евгений Адамов, научный руководитель НИКИЭТ им. Н. А. Доллежаля:
— Не слишком. Наш НИИ попал в список госдепартамента США как помогающий мировому терроризму не из-за Бушерской АЭС, а из-за меня. Что же до банков, то и у них дорога, вымощенная добрыми намерениями, может завести не туда, и людям, случайно попавшим в эти списки, будет трудно отмыться от клеветы.
Виктор Геращенко, в 1998—2002 годах глава Центробанка России:
— А судьи кто? В такие списки может попасть любой, пусть даже списки будут сотни раз сверены с судебными решениями. История ЮКОСа показала, что рассчитывать на нашу правовую систему не стоит. К тому же нарушения у лиц из списка могут быть разные, а разглашение их имен портит репутацию всем одинаково.
Денис Хадеев, старший вице-президент ОАО «Первый объединенный банк» (Самара):
— Я против списков — и черных, и белых. Публикация даже положительных списков нервирует рынок. Перед публикацией списков тех, кто вошел в систему страхования вкладов, нервничали все, и банки, и их контрагенты, ведь от ошибок и сбоев никто не застрахован. И рынку такая нервозность пользы не приносит.
Айдар Хамидуллин, председатель правления Банка Казани:
— А это не утка? Что-то не верится. Сколько говорили об этих списках, никто их не видел. И для кого их составляют, непонятно.
Евгений Гуревич, один из акционеров холдинга «Адамант», Санкт-Петербург:
— У нас есть подобный список фирм, с которыми мы не работаем и никому не рекомендуем. Жаль, что внедрение в практику черных списков идет слишком медленно.
Юлия ШАЛИМОВА, Светлана ДЕМЕНТЬЕВА
Мой профиль