Бюджет ставит на Urals

Каких изменений российский нефтяной сектор ждет от 2026 года

Цена на Urals в 2026-м составит $59 за баррель. По крайней мере, по такому сценарию был сформирован российский бюджет, говорил РБК министр финансов Антон Силуанов. Отметив, что ведомство всегда исходит из «взвешенных консервативных подходов». По оценкам аналитиков, Brent в среднесрочной перспективе будет стоить $60-65 за баррель. И с учетом дисконта Urals по $59 кажется «достаточно взвешенным» сценарием. При этом к концу 2025-го цена на российскую нефть снизилась почти на треть. По данным Argus Media, экспортеры получали до $40 за баррель при отгрузке топлива в портах Балтийского и Черного морей. Россия пыталась компенсировать это объемом поставок. С августа отгрузка на морские танкеры выросла на 28%. Но из-за санкций стало сложно находить покупателей, в итоге избыток российского топлива в море достиг почти трехлетнего максимума.

И пока признаков, что появятся новые рынки сбыта, нет, отмечает директор по исследованиям и развитию Института энергетики и финансов Алексей Белогорьев: «Российская нефть последние три с половиной года поставляется в три страны. В основном это Индия, Китай и Турция. Есть небольшие отгрузки в Египет, еще куда-то, но это второстепенное направление. Базово российская нефть и ее экспорт зависит от Индии и Китая. В 2026 году в этом смысле ничего не поменяется, может быть только переконфигурация между ними, то есть больше нефти пойдет в Китай, меньше — в Индию. Позиция Турции пока тоже более или менее устойчива: страна не планирует отказываться от импорта российской нефти, хотя возникло много дополнительных сложностей.

Дисконты будут держаться на высоком уровне в течение всей зимы, но должны пойти вниз весной, если не будет новых дополнительных ограничений, заградительных пошлин США и еще чего-нибудь такого. Понятно, что любая новая крупная санкционная волна вновь приведет к росту дисконтов, так уже было неоднократно. Но если ничего нового не будет происходить, я думаю, где-то к марту ситуация начнет стабилизироваться, дисконты будут снижаться с $20-25 примерно до $15, может быть, даже до $12 за баррель».

Сейчас Китай и Индия — это около 80% российского экспорта нефти. Поставки в Нью-Дели в прошлом месяце превышали 1 млн баррелей в день, писал Reuters. По оценкам аналитиков LSEG, в январе объемы импорта могут сохраниться на том же уровне благодаря подключению к цепочке поставок новых контрагентов. При этом в данном случае опираться даже на официальную статистику — не самый надежный подход, подчеркивает старший научный сотрудник Финансового университета Станислав Митрахович: «Торговля России с Индией продолжится. Если бы там было что-то катастрофичное, Владимир Путин не поехал бы в Индию на большой визит. Скорее всего, были согласованы подходы к тому, как эта торговля могла бы быть продолжена, вероятно, с использованием цепочек посредников, методов по перегрузке нефти и продаже ее от имени уже другого поставщика, чтобы непосредственно российские и индийские контрагенты не передавали друг другу деньги.

Тут возможны, кстати, игры со статистикой. Я не исключаю, что официальная индийская статистика может сглаживать сокращение поставок нефти из России, показывая рост импорта из других источников, например из ОАЭ, чтобы не раздражать США. Подобные схемы давно известны, их использует, например, Китай, который по документам не покупает иранскую нефть, но все западные агентства уверяют, что иранская нефть идет в Китай под видом нефти из других стран вроде Малайзии. Возможно, что-то такое мы тоже будем активно использовать в случае с Индией, Китаем и Турцией.

Главная российская проблема — это не столько дисконт, сколько, собственно, возможность продолжать поставки нефти в достаточно крупных физических объемах. Это оборотная сторона того, что мы можем поддерживать объемы физического экспорта на большом уровне, приходится доплачивать за всех этих посредников. Интересно, что есть большая разница между уровнем дисконта в порту отгрузки и уровнем дисконта в порту разгрузки. Кто-то зарабатывает на том, что обеспечивает перевозку нефти, трейдерские услуги, страховку и так далее.

Я не исключаю, что часть дочерних российских компаний, в том числе вертикально интегрированных, тоже заняты в этой игре, поэтому, когда мы видим высокий уровень дисконта в порту отгрузки, это не значит, что случилась какая-то катастрофа. Хотя непосредственно для бюджета низкая цена в порту отгрузки имеет значение, потому что налоговая цена Urals рассчитывается как цена в порту отгрузки плюс дополнительная накрутка где-то примерно $2 — это виртуальная транспортировка до Европы, которая физически не происходит, но так считается налоговая система у нас».

Если Нью-Дели откажется от российской нефти, расходы Индии на импорт сырья вырастут примерно на $10 млрд, еще летом подсчитывали аналитики Kpler. Впрочем, полностью поставки страна сворачивать и не намерена. Пошлин США, чтобы прекратить торговлю между странами, недостаточно, отмечал Bloomberg. Однако, по оценкам источников агентства, которые учувствуют в закупках, в этом году поставки российского сырья в страну упадут до 600 тыс. баррелей в сутки. Это минимальный уровень с начала 2022-го.

Однако уже в этом году рынок наверняка ждет перезагрузка, уверен эксперт по энергетике Кирилл Родионов: «Не позднее 2026 года будет подписано соглашение о завершении конфликта, это позволит российским нефтяным компаниям снизить санкционные риски. Это, с одной стороны, касается дисконта Urals к Brent, он будет постепенно возвращаться к своим многолетним уровням. С другой стороны, российские компании смогут снизить использование так называемого теневого флота, плюс к этому Индия сможет минимизировать риски закупок российской нефти. Например, по итогам ноября 2025 года объем поставок нефти из России в Индию снизился более чем вдвое. Скорее всего, в 2026 году мы увидим не только сокращение дисконта, но и полноценное возвращение России на индийский нефтяной рынок.

Санкционные риски я бы не считал долговременными. Просто мы находимся в той точке, когда США были вынуждены пойти на дополнительные ограничения, чтобы простимулировать мирные переговоры. Я более чем уверен, что большинство российских компаний, которые сейчас находятся в SDN List США, не только нефтяных, но и угольных и металлургических компаний, будут оттуда выведены. В целом российским экспортерам в 2026 году будет легче с точки зрения санкционных рисков.

В следующем году российский рынок станет более конкурентным. То есть, с одной стороны, средняя цена Urals по 2026 году будет ниже $60 долларов за баррель, с другой, экспорт смогут еще сильнее увеличить страны Южной Америки, где сравняется низкая цена нефтедобычи с точки зрения издержек. Ключевая проблема заключается в том, что той маржи, которая была на нефтяном рынке в нулевые и десятые годы, больше не будет, и российским компаниям придется работать в более конкурентном окружении. В целом единственный выход — это снижение издержек и смягчение санкционного фона».

Даже если все западные санкции против России будут сняты, немедленного восстановления поставок из России ждать не приходится, говорится в ноябрьском анализе Goldman Sachs. По оценкам S&P Global Energy, на конец ноября около 18% мощностей российских НПЗ были остановлены из-за атак беспилотников и проблем с техобслуживанием.